Страница 9 из 50
- Жрицы не всесильны,- сквозь зубы заметила Вэйна, впервые выступая защитницей сестер.- Не всех кого приносят в храм можно спасти.- Нехотя добавила девочка. На руках Вэйны умирали люди. Умирали маленькие дети, которые взирали на нее с надеждой и умирали с верой в глазах.
- Моей дочери было только десять, когда я принес ее в храм Велесы. Но жрицы отказались принять ее, так как праздновали один из своих глупых праздников.
Вэйна сглотнула.
- И что произошло?- спросила она упавшим голосом, зная заранее ответ на заданный вопрос.
- Она умерла на рассвете. Я просидел с ней всю ночь у ворот храма. Оставалось каких-то полчаса до рассвета...- Голос старика сорвался, он замолчал, погружаясь в воспоминания, которые до сих пор причиняли ему боль. Вэйна молчала, не зная слов утешения. Наконец-то старик отшельник встрепенулся, перевел взгляд с трупов на юную послушницу.- Как тебя зовут?
- Вэйна.- Ответила девочка.
- Я Лигул...А теперь помоги мне.
Вэйна едва не падала от усталости, ее силы были на исходе, руки с непривычки ныли. Бродяги были тяжелы, а их пришлось стащить с тропинки вглубь чащи. Старик достал из рюкзака тонкий плащ, протянул его девочке.
- Сними свое одеяние. Я принесу лопаты из хижины, а ты отстирай кровь, пока она не засохла.
Вэйна дождалась, пока шаги старика стихнут. Она осталась наедине с тремя трупами. Девочка скинула хламиду с тонких плеч, быстро завернулась в плащ, подвязав его ремешком для волос. Выстиранная хламида сохла на ветру. Охотник вернулся бесшумно. Кинул девочке лопату.
- Вставай, у нас мало времени.
Вэйна вспомнила первые месяцы в храме, когда ее заставляли работать до ломоты в спине. Но сейчас речь шла о собственной жизни. Общая могила была вырыта, трое бродяг были навсегда погребены в ней. Уйдя безымянно из жизни, впрочем, они ее так и прожили.
- Принеси хворост и корнеплоды.
Через полчаса охотник так умело замаскировал могилу, что казалось невероятным, что эта земля стала погребальным саваном для насильников и убийц.
- Пойдем со мной.
Вэйна не спорила со стариком, она устала и была голодна. Девочка мечтала о том, чтобы закрыть глаза и заснуть. Вэйна проглотила еду предложенную стариком и заснула прямо за столом...
Когда девушка проснулась, было уже давно за полдень. Вэйна увидела хламиду, висящую на стуле, она подсохла, а рукав был незаметно подшит. Девушка облачилась в собственную одежду, смотрелась. Вся хижина состояла из одной большой комнаты. В центре стоял стол, в углу кровать. На полу лежали шкуры животных. Еще несколько шкур и чучел висели на стене.
- Ты проснулась?
Вэйна резко обернулась. Наконец-то она смогла внимательно рассмотреть старика. Не меньше шестидесяти, высокий и жилистый, длинные седые волосы неаккуратно подстрижены. Небольшая борода, темно каштановая с седыми прядями. Светлые глаза весело смотрели на девочку.
- А ты бесстрашная малышка.- Похвалил он.
- Я уже не ребенок,- грубо ответила Вэйна, закусила губу. Ведь она всегда была добра и ласкова с людьми. Но не сегодня. - Прости меня. Я... - Девочка осеклась. Она не хотела даже мысленно возвращаться к утренним событиям. Понимая, что еще ни одну ночь будет просыпаться в крике и холодном липком поту.
- Забыли. - Отмахнулся старик.
Вэйна заметила в руках отшельника корзину с травами, вопросительно приподняла брови.
- Я немного разбираюсь в лечебных травах, хотя не силен в зельях. Надеюсь, тебе они пригодятся.
- Спасибо,- растерянно пробормотала Вэйн, она схватила корзину.- Мне пора возвращаться.
Девочка выбежала из хижины, ей стало неловко от понимающего взгляда старика. Вэйна вспомнила о том, чего была лишена. Семьи, детей и друзей. Сестры по вере должны были заменить девочке семью, но Вэйна и через несколько лет послушничества была одинока и неприкаянна, как в тот день, когда отец оставил ее в уплату долга...
- Проходи, коли пришла.
Лигул не удивился, увидев у дверей хижины раннюю гостью. Старик знал, что девочка обязательно вернется. Вэйна была слишком живой для чопорных послушниц и суровых жриц. За годы служения в храме, она все еще оставалась чужой для обители. И коли жрицы еще не поняли этого, значит Вэйна была умелой лгуньей.
Девочка прошмыгнула в хижину. В ней ничего не изменилось, только витал аромат жаренного мяса, которое дымилось в миске на столе. Вэйна облизнула губы. В храме шла третья неделя очередного поста, который должен был умерщвлять плоть служительниц. Еще одна байка о том, что молитвы и воздержание должны были стать пищей для души и заменить потребности тела. Вэйна ненавидела овощи с отрочества. Голодное детство напоминало о себе, когда Вэйна вопреки правилам прятала хлеб в складках платья, чтобы съесть его в тайне от других. Ведь за вынос хлеба из столовой следовало сразу наказание, а желающих донести и подставить подножку ближнему в обители было много. Послушниц с детства обучали доносить, следить, завидовать и ненавидеть друг друга. Правда все это прикрывалось возвышенными словами о заботе о ближнем.
- Ешь,- усмехнулся старик, протягивая миску с мясом.
Девушка отрицательно покачала головой, страх перед наказанием кажется проник уже под ее кожу.
- Я не могу,- нехотя выдавила она.- Нам нельзя...пост...
- Ешь,- повторил охотник и откусил кусок мяса. Жир потек по его пальцам, вызвав новый приступ голода у Вэйны.
Девочка не стала противиться искушению, она вцепилась в сочное мясо. Отмечая, что у кухарки в храме мясо всегда было пресным и сухим. Это было настоящее наслаждение есть не под всевидящим взглядом жриц, когда каждый кусок стоял поперек горла. Охотник достал буханку хлеба, половину протянул девочке. Глотание еды вызвало легкую улыбку у старика. Много лет Лигул жил по соседству с храмом, наблюдал, как служительницы Велесы с каждым годом приобретают все больше власти и влияния. Менялись и сами жрицы. Они обрастали новыми традициями и правилами. Из некогда отзывчивых и добрых женщин, жрицы превратились в сухих, строгих наставниц. Они простирали свое влияние, почти с ненавистью и презрением относясь к другим культам.
Старик с улыбкой смотрел на юную послушницу, предвидя, что пройдет несколько лет, и она превратится в свою наставницу хмурую Детрию, которую Лигул помнил другой.
- Как ты попала в храм?
Девочка на миг прекратила есть, потом безразлично пожала плечами. Прощать Вэйна не умела, да и не хотела этому учиться, как и верить в спасение после смерти.
- Теперь это неважно,- юная велеска облизала пальцы, испачканные в жиру.- Зачем вспоминать прошлое, если его неподвластно изменить даже магу?- Философски заметила она.
- Не хочешь говорить воля твоя.- Охотник подошел к шкафу, достал бутылку с элем. Плеснул себе полстакана.
- Что это?- вытягивая шею, спросила Вэйна.
- Эль...налить?- усмехнулся мужчина.
Девочка вызывающе кивнула.
- А это разве не противоречит вашим принципам? Ведь вы призываете к воздержанию в употреблении вина.
Рука девушки на миг замерла, но в следующую секунду она уверено взяла стакан и с размаху выпила его до дна. Вэйна закашлялась, из глаз брызнули слезы. Девочка открывала рот, ловя воздух.
- Заешь,- посоветовал Лигул.
Вэйн схватила помидор и почти целиком засунула его в рот.
- Зачем люди пьют это пойло?- спросила она, проглотив овощ.
- Вырастишь узнаешь.
- Сомневаюсь, что захочу когда-нибудь изведать этот напиток.- Возразила Вэйн, утирая выступившие слезы.
- Эль слишком силен для юной девушки. Думаю, вино или шампанское понравилось бы тебе больше...- Лигул нахмурился, задумываясь, что же привело девочку в его хижину. В прошлый раз она твердила о наказание. Что же сейчас не боится? Ведь если кто-то донесет на нее, то девочку привяжут к позорному столбу, и она отведает кнута. - Зачем ты искала встречи со мной?
Вэйна вскинула испуганные глаза, огромные и настороженные как у олененка, которого преследуют охотники.
- Научи меня владеть оружием,- попросила она.