Страница 39 из 50
- Я все еще не понимаю, какова моя роль в предстоящих событиях?- прозорливо спросила девушка.- Какое отношение я имею к принце Еремею. Да я видела его всего раз в жизни. Думаю, он даже не вспомнит о глупой потерянной велеске.
- Двадцать лет назад королева Ольга не могла родить долгожданного наследника. Обладая зачатками магии, она рано отвернулась от нее. Она исповедовала культ велесок. Но когда богиня не дала ей сына, королева пошла во все тяжкие. Она обращалась к темным силам, к ведьмам и колдунам. Пока ее способность к деторождению не иссякла. Вместо мертвых детей, она не могла уже зачать младенца. Вот тогда и появилась жрица велесок Элоиза. Ей удалось убедить королеву, что на ту пала кара, она отвернулась от собственной веры и в наказание должна была остаться бесплодной. Элоиза призвала королеву покаяться. Проклясть магию, ибо только истинная вера была способна ей помочь. На самом же деле, Элоиза обладая магией, с помощью заклятий и зелий даровала способность королеве зачать. Плод был очень слаб, потребовались зелья, которые преподносились как снадобья велесок. И могучие заклятия. Королева разродилась двойняшками. Мальчиком, который получил имя Еремей и стал наследником. И девочкой...- Мейн замолчал, хотя теперь было поздно отступать.- Элоиза убедила королеву, что девочку надо принести в жертву, чтобы вся сила досталась наследнику, который в отличие от девочки был очень слаб. И королева вновь пошла на поводу жрицы.
Вэйна хотела было натянуть рубашку. Но та валялась на полу, вернее две ее части. В голове был сумбур. Странно, но удивления не было. Возможно потому что она часто ощущала себя чужой в той деревушке в которой выросла. Хотя родители и не делали отличий между ней и братьями. Хотя как выяснилось они не были ее родителями. И брат у нее был один. Что же теперь поступок Дефорта приобрел смысл. Обменять приемыша на жизнь собственного сына. Вэйна подумала сколько заплатили крестьянской семье чтобы они взяли чужой приплод. Видимо деньги быстро кончились. Хорошо что они не утопили ее как слепого ненужного котенка. Ведь в деревушки был случай, когда вдова избавилась в реке от новорожденного. Не могла заснуть из-за плача голодного ребенка. Вэйна тряхнула головой. О чем она только думает. И почему нет слез? Или она их уже все выплакала. Вэйна вспомнила, как ей было легко и хорошо рядом с Еремеем. Как будто они были одним целым. По сути, так оно и было. Одно целое которое раздели помимо их воли. И все же судьба странная штука. Еремей воспитывался в королевских покоях, а сейчас был в бегах. А девочка выросшая на сеновале обучалась магии, которой ее стращали в детстве.
- Значит, я должна убедить Еремея принять помощь совета?
-Да.
- И это единственная причина, по которой я здесь?- уточнила Вэйна с угасшей надеждой спросила девушка.
Мей присел на край стола.
- Совет не знает о твоем существовании. Они направили в Полевию собственного посланника, чтобы он убедил Еремея принять помощь магов. И если он ответит согласием, то Полевия будет залита кровью, многие невинные люди будут убиты. Совет магов желает возродить магию, невзирая на жертвы. Узнай они о тебе, то тогда пожелали бы видеть во главе королевства не человеческого принца, а чародейку. И это принесло еще больше жертв.
- Понятно. Я конечно не хочу становиться королевой. Но...чего хочешь ты?
- Мир Полевии, возвращение магии и других культов. И возвращение на трон Еремея...Я не собираюсь тебя неволить. Тебе решать, хочешь ли ты того же или нет. Ты можешь отправиться в Полевию со мной, можешь сообщить о себе совету магов или же отправиться в Дарстан и забыть о том, что услышала от меня. Выбор за тобой.
- Значит эта единственная причина, по которой ты нашел меня?
Мейн был намного старше Вэйны. Для него она была всего лишь ребенком. От решения которой в будущем зависело так много. И не важно если сейчас она не осознает какой силой обладает. Вскоре она все узнает или же найдутся доброходцы которые откроют ей глаза. Из множества путей и решений, Мейн избрал тропу, осталось умудриться пройти по ней чтобы не свернуть и не упасть в окружающие болота. Первая влюбленность. Мейн забыл, что в шестнадцать-двадцать лет эмоции и гормоны правят балом. Конечно можно было сразу пресечь вспыхнувшее у девушки чувства. Но Мейну было на руку ее влюбленность. Это позволило ему легко забрать девушку из Тур Лея, да и теперь лепить из нее ту что примет в конце нужное для него решение. Глупая влюбленность держала девушку в замке, не позволяя бежать и просить помощи у друзей. Впрочем, как и надежда что Мейн воспылает ответной страстью. Чего никогда не произойдет. Эмоции и чувства слишком отвлекают и порой ведут к разрушительным последствиям. С этим Мейн уже сталкивался. Ведь этот замок, ставший руинами и погребальным костром, был вечным напоминанием. Так что повторять собственные ошибки Мейн не желал.
Да и не видел Мейн в Вэйне женщину. Мейн предпочитал женщин постарше. Да и после месяцев изнурительных занятий девушки стала походить на привидение, покрытое синяками.
Она хочет верить, что нужна кому-то. Что же Мейн даст ей эту надежду и уверенность.
Вэйна потянулась за разодранной рубашкой. Но Мейн перехватил ее руку. И поднес к губам. Это будет не сложно. У Мейна давно не было женщин. Он был заперт в этом замке вместе с ученицей. До этого разговора, он не хотел переступать черту. Нагромождать еще одну ложь. Но ему были нужны рычаги управления Вэйной. Девочка хочет верить в сказку? Он заставит ее поверить. Осталось немного времени. И тогда он нанесет мат своей старой знакомой. А Вэйна поможет ему в этом. Хотя пока и не подозревает об этом.
****************
Калари взмахнула полами плаща. Ее поиски оказались плодотворными. Да и интуиция с самого начала подсказывала, кто стоит за исчезновением этой Вэйны. Все стало на свои места, когда она услышала о том, что девушка родом из Полевии. А ведь слухи ходили еще двадцать лет назад, что у королевской семьи была двойня. Второго ребенка посчитали умершим, но она выжила. К тому девочка обладает магией. Чародейка в королевской семье, какие это открывало горизонты. Неудивительно, что Мейн скрывал ее существование. Калари знала мага с рождения. Знала, что совет магов для него не указ. Он часто не разделял методы совета. Пытаясь решить дело мирным путем. И порой казалось, что ему все подвластно. Мейнстаун, прорицатель и провидец. Самым сильным провидцем известным Калари и совету. И возможно один из сильнейших за все существование магии. Правда в его руках сосредоточилась много власти. И совет магов не смел ему перечить. Не забывая кто его отец. Хотя насколько знала Калари отец с сыном если не враждовали, то находились в прохладных отношениях. Мейнстауном невозможно было управлять. Впрочем, если верить хроникам и летописям, все провидцы были неподвластны совету и власти.
Калари не стала ждать, когда Сурен пригласит ее в дом. Колдунья распахнула двери, прибегая к магии. И в тот же мир почувствовала, как сети огненной магии оплетают ее тело. Чародейка заскрипела зубами. Она должна была догадаться, что мальчишка силен, проклятое наследство его матери. Впрочем, колдунья и сама не оставляла свой дом без присмотра. Это надо же использовал магию сильфа неудобную даже для чародейки и колдуньи.
Сурен усмехнулся, наблюдая за потугами Калари выбраться из его пут. Зрелище было впечатлительным. Но глупо было настраивать против себя ведьму, если только чуточку. Маг смилостивился и снял защиту. Но ухмылка осталась на лице, так чтобы чародейка ее заметила.
- Чем обязан вашему посещению?
Яран замер в дверях. Он едва проснулся и не ожидал столь раннего гостя. Вервольф был в одних брюках, которые успел надеть. Хотя сейчас он пожалел, что не вышел в шортах. Прошли месяцы, а Яран хоть и бегал к подружкам в Лет, не оставлял попыток соблазнить колдунью.
- Мне надо поговорить с вами двумя, немедленно.
Чародейка хотела поставить защиту от подслушиванья, но наткнулась на магию сильфа. По-новому взглянула на Сурена. С таким потенциалом когда-нибудь он заменит на посту отца. По крайней мере задатков и тщеславия у него было в избытке.