Страница 136 из 329
Герда невольно сравнила их ладони: примерно такая же разница. – Аура прямого дара, как у меня, всегда ярче ауры опосредованного, как у тебя. Как две стороны каждой стихии. Прямому дару – ветроплаву, огнежару, морочу и оборотничеству – для выхода не требуется ничего, кроме скопленной во внутреннем резерве стихийной энергии. Опосредованный – мыслечтение, целительство, ясновидение и мертвошёпт – наоборот, работает, только во взаимодействии с другими людьми или Горним миром. Пользоваться им сложнее, чем прямым. К тому же ты девушка. – Это плохо? Вот уж мужчиной становиться никогда не хотелось. Единственное хорошее, что у них есть – возможность носить штаны. – Нет, просто женский дар развивается по-другому. Есть два уровня владения даром: врождённый – тот, который дан изначально; и потенциальный – тот, которого можно достигнуть в течение жизни. У мужчин врождённый уровень очень высокий, а потенциальный низкий, то есть в течение жизни он изменяется постепенно и мало. У женщин наоборот – врождённый уровень низкий, а потенциальный высокий. После нескольких сильных потрясений твой дар начал развиваться, но от своего пика он всё ещё далёк. Так что рано судить о его силе. – Но Майли же вон какие вещи может делать: повелевать полчищами призраков, призывать Жнецов смерти. И Дугава, вы же видели, какие красочные иллюзии она создавала во время испытания. А ведь они обе примерно моего возраста. – Конечно, они обе очень талантливы, но у тебя другой случай. Дело не в том, сколько тебе лет, а насколько ты сама чувствуешь себя зрелой. Возможно, когда твой дар раскроется в полную мощь, он окажется даже сильнее моего. – Вряд ли, – покачала головой Герда. – Я помню, как вы сражались с Предвестником. Я бы никогда так не смогла. – Надеюсь, тебе не придётся, – взгляд Морти сделался очень тревожным. Герда с воодушевлением взялась изучать ауры. С каждым разом разглядеть их получалось всё легче, становились заметны подробности, а через несколько дней уже и щуриться не требовалось. Излюбленными объектами для наблюдений стали Морти с Финистом. На людях они старательно изображали безразличие друг к другу, но то и дело пытались пройти в одну дверь, сесть на один стул или просто занять одно и то же место, слишком узкое для двоих, и толкались плечами, пока Охотник не уступал. Заметив, с каким интересом Герда наблюдает за ним, Финист отвёл её в сторонку и стал выпытывать, как проходят занятия с Морти. – Замечательно! Вначале я делала дыхательные упражнения и училась слушать ветер. А теперь я могу читать ауры, – похвасталась она. – И всё? Да он тебя дурит! – разочаровал её Финист. – Время тянет и ничему стоящему не учит. Странное у него ремесло, странный конь, даже подход тоже... странный. Ну да, ей бы хотелось делать что-то более сложное, но Морти не разрешал. – А вы с Вожыком по-другому занимаетесь? Он уже справляется с огнём? Оборотень смутился. – Да, почти… Он очень старательный! Их прервал стук в дверь. Послышались гулкие шаги Эглаборга в прихожей. Герда с Финистом поспешили за ним посмотреть на гостя. Им оказался посыльный с готовыми заказами от портного и сапожника. Втроём они разобрали вещи и понесли наверх. Герда отвела Вожыка к себе и придирчиво осмотрела, как сидели на нём обновки. Строгий костюм из тёмно-синего сукна пришёлся юному огнежару по вкусу: он долго вертелся перед маленьким зеркалом и изображал на лице зловещие гримасы, рыча при этом как котёнок. – Ну как, я похож на грозного Охотника? – он перекинул плащ себе через плечо, сдвинул брови и сверкнул глазами. Герда прыснула в кулак. Интересно, каким был Морти в этом возрасте? Даже в четырнадцать лет, когда она встретила его впервые, он казался удивительно серьёзным, намного старше своих лет. Наверное, его и впрямь воспитывали очень сурово, не позволяя быть обычным весёлым и дурашливым ребёнком. Жаль его. Сиротка помогла Вожыку раздеться и обнаружила у него на ладонях волдыри. Он смутился, спрятал руки за спину и заглянул ей в глаза: – Не всё получается сразу, но Финист меня хвалит. Ты веришь? – Конечно, он говорит, что ты очень старательный, – Герда погладила огнежара по волосам, чтобы успокоить. Он переоделся, забрал вещи и убежал к себе, пообещав всё развесить по крючкам и вешалкам, а не свалить в кучу в углу, как они с Финистом любили делать. Сама же Герда переоделась в подаренные Анкой штаны с жилеткой и натянула новенькие, пахнущие кожей сапоги. Очень мягкие и удобные, сидели они идеально. Видимо, чтобы искупить неучтивость, сапожник превзошёл себя. Сиротка покрутилась перед зеркалом, но оно оказалось слишком маленьким, чтобы увидеть себя в полный рост. Герда постучалась к Майли. Та тоже занималась примеркой, разложив платья на кровати. Зеркало в её комнате было больше. Наследница пропустила сиротку к нему без лишних слов. А ничего получилось. К короткой стрижке наряд очень даже шёл. – Здорово выглядишь, – похвалила Майли. – Для сопливого мальчишки. Ну да, ничего нового. Герда натянуто улыбнулась, восприняв как шутку. Жаль, что способность к отражению действует только на дар, а не на слова. А то бы она ответила, так ответила! Только как назло все слова пропали.