Страница 3 из 4
- Дело в том, дорогая - сказал Поль спокойно - что на тот момент, когда была проведена операция, в живых остался лишь один человек - Жан Лавуазье. Другие пострадавшие были мертвы. Мы просто заменили множество частей тел тому бедняге...
Поль собрался, было, что-то добавить к своим словам, и даже сформулировал в голове нечто вполне научное, но отчего-то вдруг умолк. Странная мысль на секунду посетила его, однако эта мысль быстро промелькнула и помчалась куда-то дальше, не оставив после себя даже следа.
***
В баре, где уже около получаса сидел мсье Этьен, было довольно уютно и не так накурено, как это обычно бывает в подобных местах. Стакан разбавленного джина, который Поль себе заказал, был ещё наполовину полон, когда посетителя кто-то негромко окликнул.
- Эй, кто это тут спрятался один, наплевав на добрую компанию?
Поль поднял глаза и узнал Даниэля Леруа. Он был искренне удивлён его появлением здесь, ведь вероятность того, что в нескольких кварталах от центра города, в таком малоизвестном заведении, вдруг появится кто-то из его товарищей по работе, равнялась почти нулю.
Леруа подсел ближе, тоже заказав себе что-то у бармена.
- Не дают покоя лавры победителя, Поль? - спросил он осторожно, обратившись к коллеге.
- Нет, друг, меня терзают немного другие мысли.
- Тогда поведай, если секрет.
"Почему нет? - подумал Поль. Даниэль был хорошим компаньоном и врачом, они много времени провели вместе на работе и неплохо сдружились за последние годы.
Вкратце Поль Этьен упомянул про разговор со священником, потом рассказал про спор с женой. Закончив, он снова отпил из стакана, продолжая держать тот двумя руками. Даниэль Леруа молча выслушал, не притрагиваясь к своей выпивке, после чего сказал следующее:
- Думаю, тебе не стоит терзать себя сомнениями, Поль. Все эти россказни про то, что наши пациенты заимствуют черты характера других людей после пересадки органов, не более чем досужие вымыслы. Могу сказать с уверенностью, что иногда, да, иногда кое-что из подобного действительно случается. К примеру, не так давно была удачная пересадка мозга одной пожилой пациентке. У неё накануне случился инсульт и как раз вовремя подвернулся донор - молодая девушка, погибшая при неудачном падении с велосипеда. Хочу тебе сказать, что после выздоровления та женщина действительно начала проявлять некоторую странность в своём поведении. Она отчего-то полюбила играть в теннис, хотя раньше этого за ней не замечалось, она стала чаще смотреться в зеркало и даже флиртовать с молодыми парнями. Но самое удивительное в том, что она стала панически бояться ездить на велосипеде, хотя всю свою жизнь каталась на нём по улицам своего маленького городка.
Поль с интересом выслушал собеседника, затем подозвал бармена и заказал себе добавки.
- Но разве то, что ты сейчас рассказал - спросил он у Даниэля Леруа - не является прямым подтверждением тому, что в черты характера одной личности как бы примешиваются свойства другого человека?
Даниэль, наконец, отхлебнул из своей посудины, и усмехнулся.
- Нет, не говорит - уверенно сказал он.
- Почему?
- Да потому что периодически мы ведем наблюдение за нашими пациентами. Поверь мне, Поль, прошло совсем немного времени, и вскоре та помолодевшая, было, старушка уже не вспоминала про теннис, зато спустя всего полгода она вновь стала ездить на своём велосипеде. Про частые посиделки у зеркала и про парней она также с успехом позабыла. Всё просто объясняется. Наша личность, наше внутреннее исходное "я" как бы адаптирует под себя всё то, что мы себе пришиваем или приклеиваем. Если поначалу что-то кажется странным и непривычным, то потом всё внутри нас приходит в норму и обретает первоначальный баланс. И это происходит не только со свойствами психики, подобные явления характерны и при пересадке конечностей. Так, одному мексиканцу пару лет назад пересадили ногу человека из Дании. Поначалу, когда больной стал выздоравливать, было странно наблюдать за тем, как желтокожий парень ковыляет на белой ноге, словно одетой в носок, однако прошло совсем немного времени, и кожа на пришитой ноге по цвету перестала отличаться от кожи остального тела. Сегодня парень играет в волейбол не хуже любого другого, и никто не скажет, что два года назад ему пришили ногу.
- Да, всё это очень интересно - сказал Поль Этьен и покачал пальцем в воздухе - Но скажи мне, Даниэль, а что именно тогда является нашей личностью? Как нам с ней быть? Похоже, мы научились перекраивать любые тела по своему усмотрению, но нащупать главное так пока и не можем.
- Я... не знаю точно. Никто этого не знает, кроме, может святых отцов.
- Давай пока оставим в покое церковные догматы. Скажи мне просто, как врач врачу: что будет, если пересадить человеку пять или, скажем, десять органов сразу? Останется ли он прежней личностью? Судя по тому, что ты мне только что рассказал, внутри нас есть нечто, что является неким сгустком нашего "я". Выходит, сколько органов не пересаживай, исходная личность не изменится. Взять хотя бы последний пример с тем парнем с буровой вышки, которому пришлось пересадить позвоночник вместе со спинным мозгом. Честно говоря, я совершенно не был уверен в успехе операции, однако наше новое оборудование творит чудеса, и пациент не просто выжил, но и, надо полагать, всё же остался самим собой.
Поль Этьен почти залпом допил свой второй стакан, глаза его заблестели и он добавил к сказанному:
- Ещё мне до сих пор не понятно, Даниэль, в каком именно из наших органов или части тела располагается наша личность? То есть та часть нашего "я", к которой можно прилепить всё, что угодно, но которая, после всех этих пересадок, сможет остаться сама собой?
- В давние времена - неуверенно заговорил Даниэль - люди считали, что это сердце...
- Брось, это точно не сердце! - воскликнул Поль возражая - ещё много лет назад врачи умели пересаживать сердце. Сущность личности пациента после удачно проведённой операции всегда оставалась прежней.
- Не знаю, Поль... Ещё недавно я бы сказал, что вместилищем нашего "я" является головной или спинной мозг, но теперь, когда проведены удачные операции по их пересадке...
- Вот и я говорю, что мы, учёные и врачи - полные профаны. Наука стоит на пороге невероятных открытий, Даниэль. Возможно, есть смысл в том, чтобы...
Поль Этьен прервался на полуслове, внезапно замолчав. Его стакан был пуст, но двойной порции джина ему, похоже, было явно недостаточно.
- В чём есть смысл? - Спросил Даниэль, который потихоньку тоже принялся опустошать свою посудину.
- Послушай, у меня вдруг возникла невероятная мысль - Поль Этьен вдруг пододвинулся ближе к собеседнику, и стал говорить полушепотом, глядя тому прямо в глаза - до сих пор мы в нашем институте имели дело с пересадкой органов обычных людей другим людям.
- Да, а что?
- Насколько я знаю, в стране есть ряд лабораторий, которые активно занимаются выращиванием органов и частей тел человека из стволовых клеток. Пару месяцев назад был даже симпозиум, где делался доклад по поводу того, что скоро трансплантология может полностью перейти на пересадку подобных органов.
- Да, это не новость - подтвердил Даниэль - что было бы проще, вместо того, чтобы ждать донора, когда заранее можно вырастить для себя любой орган или даже часть тела...
- Вот-вот, я об этом и говорю! - с жаром в голосе подтвердил Поль Этьен - Нужно обязательно выпросить у академии провести эксперимент: постепенно пересаживая орган за органом человеку, меняя его на искусственно выращенные части тел, чтобы постепенно узнать, в какой из них содержится информация о человеческой личности.
- В таком случае, Поль, мы сможем узнать и ещё об одной важной вещи - глаза Даниэля Леруа заблестели так же ярко, как и у собеседника.
- О какой именно? - спросил Поль Этьен, хотя и так хорошо понимал, что ответит ему собеседник.