Страница 64 из 124
— Это очень злой герой, — посмотрел на нее маг Порядка. — Где-то год назад он украл у принцессы Лумизара унитаз и отдал его эльфам. Это потрясло всю общественность Лумизара. А помог ему в этом добрый волшебник Пен. До этого Арт де Петро с помощью телепортации воспользовался тем унитазом, которым на протяжении веков пользовались лишь люди королевских кровей. А после похищения он передал его эльфийскому инженеру — Дистису. После того, как тот исследовал унитаз, распилив его надвое, он продал его половины за миллион золотых каждую: одну гномьему герцогу, другую королю одного свободного города. Говорят, что когда Арт де Петро прочел об этом в «Экономическом вестнике», то он тут же решил идти в Эльтвуд за деньгами.
— Арт де Петро участвовал в битве на границе, а также в обороне Дэльвига. — подключилась к разговору Элианна. — У него есть, или был, один из крутивших артефактов этого мира — демонический меч. Благодаря «Армагеддону» Арта де Петро во время осады удалось испугать десять призванных василисков и обратить их в бегство на призвавших. В том бою один из них съел короля Индэрвиля — Понитра вин Огиноля. Говорят, что король чтобы лучше увидеть сражение выехал на своей карете из рядов солдат и, увлеченный зрелищем, не заметил, как оказался совсем один.
— А кто их призвал? — Лония посмотрела на эльфийку.
— Видимо, Инкериус Великий, — пожала плечами Дэль-Корэ. — Я не знаю других магов пятого уровня Земли в Индэрвиле.
Алиса ничего не поняла, но догадалась, что Арт де Петро, видимо, крутой герой.
— А, что стало с демоническим мечем? — Кнольц посмотрел на мечницу.
— Я читала, что добрый волшебник Пен предложил Арту поменяться на некоторое время артефактами. И взамен демоническому мечу он дал ему волшебный мешок, приносящий семьсот пятьдесят золотых в день. Но у Арта этот мешок потом украли, а демонический меч сбежала от доброго волшебника, — улыбнулась эльфийка.
— Мне бы такой меч! — закрыл глаза Элвант. — Меч, который превращается в девушку, это мечта любого воина.
— А откуда он, этот Арт де Петро? — Лония взглянула в зал.
— Вроде бы из Минска, — Элианна посмотрела на завешенную сцену.
«Из Минска!» — внутри Алисы появилась надежда. Значит, очень скоро она узнает что-то новое об этом мире.
— Это где? — поморщила лоб Альманти.
— Не знаю, — пожала плечами Элианна. — Может быть в свободных землях. Но говорят деревня такая есть. Или была…
Зазвенел звонок, масляные лампы под потолком погасли, на сцене открылся занавес, и началось представление. В спектакле Арта де Петро изображали тупым идиотом, любящим выпить и потрахаться. Зал периодически смеялся над его глупыми проделками. Побеждал герой только за счет своей великой удачи. Публика ржала, как ненормальная, над его идиотскими выходками. От заслуженных героев Индэрвиля он убежал, спалил магическую академию возле Бадэна, уничтожил деревню и сделал еще много гадостей.
Гном, сидящий под самой ложей, так громко ржал, что заглушал всех остальных. Подняв кружку пива, он случайно вылил ее содержимое на латника, сидящего перед ним.
— Вот жопа! — буркнул гном.
Латник стал медленно подниматься.
— Ты мне мешаешься смотреть! — гном достал из-за спины небольшой топор.
— Я сейчас тебе посмотрю! — латник обнажил меч.
Гном схватил ящик от попкорна и разбил его о голову врага.
— Бородатое хамло! — латник нанес удар мечем, который гном заблокировал стальным древком. Однако, доска, на которой сидел гном, не выдержала и проломалась. Гном упал на кресло, которое развалилось, а затем рухнул на пол. Он хотел встать, но пол проломался, и бородач полетел в подвал.
Зал взорвался от смеха.
— Меч гниения, это вам не шутки! — латник слез со своего кресла и опять сел на него.
Представление продолжилось. И оно бы пошло дальше, если бы во время того, как актер, изображавший Арта де Петро, кривлялся на сцене, люк в ее полу не открылся, и из него не высунулся топор, а затем гном.
— Ах ты, сука! — гном замахнулся, спрыгнул со сцены и побежал по ковровой дорожке красного цвета между кресел к заднему ряду.
Латник поднялся, обнажил меч и пошел между кресел выходя на дорожку. На сей раз дебоширы схватились у самого входа. После очередного блока гном увернулся, меч латника вонзился в балку, поддерживающую ложу, и застрял там. Гном нанес врагу страшный удар топором, пришедшийся в доспех. Попытка выдернуть меч одновременно с ударом привело к тому, что балка развалилась, часть ложи обрушилась и вниз выпал Элвант Стэйл. Он рухнул на выцветшую и загаженную красную дорожку. Деревянный пол затрещал под его весом.
— Да я вас сейчас убивать буду! — вскочил Элвант и дал гному такого пендаля, что тот покатился по ступенькам до самой сцены и врезался в нее, проделав брешь. Все актеры, игравшие спектакль, попадали от толчка, а тот, кто играл Арта де Петро свалился прямо на первый ряд зрителей. Латнику Элвант хорошенько врезал, и тот вылетел в тамбур, пробивая двери.
— Я капитан городской стражи! — заорал латник поднимаясь.
— А я Элвант Стэйл! — детина принялся дубасить латника кулаками в стальных перчатках, пока тот не рухнул поверженный на пол. Потом Элвант поднялся в ложу и сел на уцелевшее кресло.
Представление продолжалось, только уже без Арта де Петро. Поскольку актер неслабо расшибся, падая на баб спереди. Оно выглядело глупо, ведь главного героя теперь не было. Но зал по-прежнему ржал, еще больше прежнего.
Гном высунулся из пробитой в сцене дыры и побежал по дорожке. Он поднял топор и вылетел в тамбур.