Страница 8 из 33
Девуля быстренько на одного из гостей-шоферов глаз положила, кстати, на напарника Палыча, и вскоре из домика с ним на минуту вышла "подышать свежим воздухом". А там их встретил безнадежно влюбленный Гриша. Который, как и обычно, обожаемую Розочку везде старался сопровождать. Но сейчас он получался третьим лишним, причем обоже сопровождал не один из молодых ИТРовцев, с чем он уже смирился, а всего лишь простой шофер! То-есть, равный по статусу, причем, можно сказать, человек проезжий!
Такого оскорбления молодой канавщик стерпеть не мог и полез выяснять отношения. В результате от смелого авантюриста - мало кто не побоится контрабанду возить - получил профессиональный апперкот и на несколько секунд вырубился. А когда пришел в себя - противника и предмета обожания рядом не было. Не было их и в пределах отряда, и в палатке, в которой студентка иногда ночевала. И даже на завтраке не появились. Но после него, когда народ повезли в поле на работу, а Леонид начал уже думать, где кралю искать, она объявилась. Объяснила, что плохо себя чувствует, и решила покамералить. Только под глазами имела синие круги, на шее и плечах следы страстных поцелуев в виде так называемых "засосов". В камералке на глазах присутствующих девица томно вздыхала и потягивалась как кошка, разминая тело после бурной ночи, и демонстрируя на шее золотую цепочку с золотым же крестом, по своим размерам изделием явно мужским, а если еще точнее - ранее принадлежавшим напарнику Палыча. Который, как я сейчас только узнал, имеет имя Роман, очень для происшествия подходящее.
Молодой канавщик тоже оказался не здоровым и на работу не поехал - подтвердил свою кликуху "Курортник". Зато навестил ремонтируемый Камаз, с приличной дубиной, и попытался засветить Роме между глаз за недавнее двойное унижение: и девушку увел, и в нокаут отправил. В результате от умельца-шофера заработал фингал, и обратил на себя гнев Леонида Дмитровича, как на нарушителя дисциплины и порядка во вверенном ему отряде.
Со своей стороны, Палыч тоже своему напарнику кое-что высказал, и что бы не усугублять ситуацию по завершению ремонта машины, Камазы из отряда увел. Потому что канавщик Гриша, доведенный неразделенной любовью до почти невменяемого состояния, все время вокруг них крутился и не дай бог мог решиться на еще какую-нибудь выходку почище применения дубины. Вот такие дела.
"Следующий раз контрабандисты с лихим Ромой у нас появятся через месяц, и канавщика Гришу, прибабаханого любовью, я успею в партию отвезти", - рассуждал Леня вслух, - "но не поможет же! Эта краля еще что-нибудь отчебучит!" - и уставился на меня, ожидая ответа.
"Гришу можешь и увезти, с "Курортника" толку как с козла молока. Канаву одну никак закончить не может. А девушку", - я Лене подмигнул, - "не вздумай - ребята наши тебе этого не простят!"
"Ты еще предложи отдельный домик ей выделить! Что б с очередным клиентом (совсем грубо, Леня!) не нужно в кусты бегать! Подружка (вторая студентка) уже не знает что делать - эта краля норовит и в палатку на ночь парня притащить!" - возмутился начальник! Однако на это я не купился: ситуация в общем то знакомая, и даже привычная для нас обоих. И раньше свободу нравов в отрядах Леонид если и не поощрял, то и препон не ставил. Из убеждения: девушки всякие важны, девушки всякие нужны. Особенно когда их мало, а ребят много. Я и попытался Леониду объяснить пагубность его намерений:
"Помнишь, как ты из отряда повариху в партию отправил? Не потому, что она никому не отказывала, а за то, что с обязанностями перестала справляться - днем отряд три раза накорми, а ей ночью мужики спать не давали. И что получилось? После работы в субботу - к ней в партию, за пятьдесят километров! - ребята бегали. И к утру понедельника возвращались! Довольные, но без сил и для работы негодные!" - Леня вначале вид принял заинтересованного, потом заулыбался, а я продолжил, - "А помнишь, как в отряде шоферами были две бабы-эстонки? Им же цены не было! Не пили, не ругались, машины всегда в порядке, и мужикам не отказывали! У тебя ж тогда рай был в отряде!" - Леня теперь и рот открыл в улыбке, - "А сейчас от бесценной девушки ты избавиться хочешь!" - здесь я изобразил на лице максимальную серьезность и помотал головой, - "Наша молодежь тебя не поймет!"
Леонид улыбку спрятал, рот закрыл и с шумом вздохнул:
"Не поймет. Я и не против, что б здесь осталась, но зачем в открытую отношение с ребятами демонстрировать?"
"Поговорю с ней - и все образуется", - предложил я на полном серьезе.
"Попробуй", - согласился начальник, - "может и присмиреет. А я канавщику объясню: не успокоится - пусть вещички пакует, в партию отправлю!"
Часть седьмая.
Разъяснительную беседу с Розочкой я провел в поле - специально пришел на канаву, которую она документировала. Вопреки ожиданию, ни на одно мое слово, насчет "аморального" поведения, не возмутилась, и даже наоборот - выдала загадочную фразу, смысл которой я толком не понял:
"Я на ваших козлов", - так назвала молодых ИТРовцев, с половиной из которых успела...., - "смотреть не могу! И дел больше - не имею!" - и в такое поверить, ежели девуля можно сказать в разнос пошла?
Я и не поверил, но к всеобщему удивлению, дальше повела себя загадочно: больше никого из ребят не соблазняла, ночевала в своей палатке, а не где-то...ну сами понимаете.
Настроение у Лени заметно повысилось, но настороженность, по отношению к студентке и ее поклоннику-канавщику, оставалась. В большей мере к студентке, за которой он на всякий случай присматривал:
"Что-то с девкой не то. Молчит, на ребят не смотрит. Плохие симптомы - как бы в женатого не втрескалась. Тогда я ее в момент в партию отвезу!" - посмотрел на меня с подозрением, - "Может, на тебя глаз положила? Когда с ней беседовал?" - погрозил мне пальцем.
"Точно не на меня!" - ответил твердо.
"И даже не пробовала?"
"Если не считать одной давней попытки - выразила озабоченность отсутствием у меня женщины".
"И что ответил?" - ну вот, теперь от меня отчет требует!
"Что перебьюсь!" - улыбнулся поборнику нравственности, - "А если совсем разболеюсь - найду женщину постарше. И точно буду у нее не вторым или третьим в отряде мужиком!"
"Правильно!" - крамолы в моих словах Леня не нашел. И я тут же озвучил мыслишку, тоже не совсем, как мне казалось, для него приятную:
"Может и не прав, но мне кажется, что девуля не просто глаз на напарника Палыча, положила, а в него втрескалась. Ничем другим не объяснить ее внезапную скромность. Сам знаешь - попробовала девушка мужика - и уже не остановится, пока", - зачем то погрозил Лене пальцем, - "по настоящему не влюбится. А признаки этого я замечаю: крестик мужской, подарок парня, постоянно носит, пальчиками постоянно поглаживает и даже иногда целует. Неспроста это!"
"Пусть целует!" - к моему удивлению, расстройства Лене не прибавил - он даже улыбнулся, - "Месяц Палыч с командой в отряде не появится - мы и поживем спокойно. Только б эта мадам подарок не пересталат поглаживать и целовать, и за старое не принялась!"
"Мечтать не вредно", - деликатно высказал я сомнение, насчет месяца нашей спокойной жизни. На что Леня пожал плечами:
"А что делать?" - действительно нечего, если принять, что все в руках божьих.
А что это так - через три дня мы и убедились: в субботу к отряду подкатил Камаз, причем один и с севера, откуда должен ехать пустым не по разбитому проселку через родник, а по асфальту от нас в двухстах километрах. Остановился от домиков в сторонке, и к нему тут же рванула наша головная боль - студенточка Роза. А из него выбрался Палыч и пошел к нашему домику. Леня не замедлил рвануть ему навстречу, на полпути встретил, о чем-то пять минут разговаривали, потом в домик зашли. Оба очень серьезные. Палыч со мной поздоровался, а Леня после этого тяжело вздохнул, и гостю показал пальцем на меня - что бы объяснил ситуацию.