Страница 24 из 26
Свадебное торжество Дональда и Иваны было проведено в Клубе 21, бывшем баре, в котором незаконно торговали спиртным, известном своей звездной клиентурой. Около двух сотен людей посетили его, включая мэра Бима, Кона, многих политиков и адвокатов Трампа. И только один член семьи Иваны, ее отец Милош, был со стороны невесты.
ЛУЧШЕЕ ЕЩЕ ВПЕРЕДИ: КАК СПРАВИТЬСЯ С РАЗВОДОМ И СНОВА НАЧАТЬ НАСЛАЖДАТЬСЯ ЖИЗНЬЮ.
31 декабря 1977 года, спустя год после помолвки, Ивана родила Дональда Джона Трампа-младшего, первого из их троих детей. Иванка появилась в 1981‑м и Эрик в 1984‑м. Новая семья переехала в восьмикомнатные апартаменты в доме номер 800 на Пятой авеню, украшенные современными секционными материалами и лишь с небольшой долей избытка, что впоследствии станет отличительной чертой стиля Трампа. Позже они предложат репортерам соблазнительное позирование перед камерами ослепительной модели и ребячливого генератора в сфере недвижимости. «Он заходил в комнату, переполненную людьми, и каждый смотрел на него», – говорил Стэнли Фридман. «Весь мир вращался вокруг Дональда. Он всегда был тем, кто говорит с тобой, и в этот момент смотрит через плечо в ожидании следующего человека. Всегда работающий… Он всегда искал следующую сделку, он всегда искал чего-то следующего».
Что-то следующее всегда требовало больше работы, чем быть отцом. Как обычно поступал его отец, так же и Дональд видел своих детей преимущественно в офисе, где им всегда были рады. «Я всегда здесь для моих детей, когда они нуждаются во мне, – говорил он, – в наше время это не всегда означает толкать впереди себя коляску на протяжении двух часов по Пятой Авеню». Трамп «не знал, что делать с детьми, когда они были маленькие, – говорила Ивана. – Он любил их, он их целовал и держал их на руках, но потом передавал мне, потому что не знал, что с ними делать». Дети будут смотреть назад в свое детство с твердой уверенностью в любви своего отца и определенной тоской о его приоритетах. «Это не был вид отношений отца и сына вроде: «Эй, сынок, пойдем поиграем в мяч на заднем дворе», – вспоминал Дональд-младший. – Это было: «Эй, ты пришел из школы, спускайся в офис». Поэтому я сидел в его офисе, играл грузовиками на полу его офиса, играл в «кошелек или жизнь» в его офисе. Таким образом, я проводил с ним много времени, и это было на его условиях… Он никогда от нас не прятался, никогда не избегал нас, но все было на его условиях. Вы знаете, это было похоже на то, как он ведет дела».
Трамп быстро добавил Ивану к своему исполнительному персоналу, предоставив ей возможность работать в качестве вице-президента по осмотру внутреннего дизайна в «Командоре», позже в «Башне Трампа», отеле «Плаза» и одном из казино Дональда в Атлантик-Сити. «Это было неслыханно для бизнесмена в тех кругах, предоставлять своей жене, своей новой жене, тому, кто не провел хоть сколько-нибудь времени, осматриваясь, такие серьезные обязанности, – сказала Никки Хаскелл, подруга обоих Трампов. – Многие богатые мужчины не разрешали своим женам приходить к ним в офис. Многие женщины не знали, чем занимаются их мужья».
«Дональд и Ивана были слеплены из одного теста, – говорила Луиз Саншайн. – Они относились к одному типу людей – очень-очень решительные, целеустремленные, очень жесткие… они очень усиливали друг друга и были очень похожи, крайне похожи. Было очень сложно воспринимать их по отдельности. Возможно, они появились из одной яйцеклетки».
На стройплощадке «Командора» Ивана часто спорила с бригадирами. Но когда работа натыкалась на препятствия, Дональд обычно винил своих менеджера проекта или ассистентов – а не свою жену. «Командор» был трудоемкой работой; массивный двадцатишестиэтажный ремонт был более сложным, чем все, чего достиг его отец. После того как бригада по сносу зданий приступила к работе в мае 1978 года, они обнаружили условия, намного худшие, чем те, которых они ожидали. Бездомный мужчина въехал в теплую населенную вшами бойлерную. Стальная рама, на которой Трамп планировал строительство, была ржавой и сломанной. В подвалы рабочие выпустили кошек для отлова орды крыс размером со слонов; кошки погибли, а крысы выжили. Расходы вскоре начали стремительно расти. Двадцать шесть этажей фасадной каменной кладки должны были быть задекорированы зеркальным стеклом. Целые этажи должны были быть разгромлены. Поставщики и подрядчики стремились получить деньги. Когда Барбара Рэс, помощник менеджера проекта в HRH Construction, которую Трамп нанял вести работы, приехала на стройплощадку, ее начальник вручил ей контракт и проинструктировал ее убедиться, что каждая секунда работы была отслежена и оплачена: «Прочитайте это и узнайте то… Эти люди убьют вас. Ведите записи всего».
Руководя своим первым проектом, Трамп был «очень дерзкий и невероятно самоуверенный», – сказала Рэс в то же самое время. Многие его решения поражали опытных строительных рабочих своим дилетантством. Архитекторы и подрядчики боялись спорить с ним, создавая то, что Рэс назвала «смертельная комбинация:… агрессивный и властный человек во главе, который к тому же и неопытен». В то время, как на него смотрели его кредиторы, Трамп искал способы экономить. Он полагал, что сможет окупить несколько долларов, спасая старые трубы и сталь «Командора». Импульс был точно скопирован с его отца, легендарного скряги, который однажды хвастался, что сэкономил 13 000 долларов за один день, убедив подрядчика сбить цену за покраску тринадцати тысяч апартаментов на один доллар за каждый. Попытка Дональда сыграла против него. Профсоюзные рабочие провели много часов, распыляя краску соответственно кодам на каждый металлический объект – красный цвет для мусора, зеленый оставить – затормозив строительство до черепашьей скорости.
В качестве своего архитектора Трамп нанял Дэра Скутта, восходящую звезду модернистского дизайна Нью-Йорка, который постоянно курил трубку. После их первой встречи, в вечер пятницы в Максвелл Плам, Трамп пригласил Скутта к себе в апартаменты. Как и Трамп, Скутт имел свою собственную смесь чудачеств, продиктованных его эго, – он сменил свое первое имя с Дональда на немецкое слово для обозначения определенного артикля «the». Он был раздражен «чрезвычайно агрессивной» техникой продаж Трампа и его склонностью к преувеличениям. Но все же он подпитывался энергией от непрекращающихся запросов Трампа. «Он не видел ничего плохого в том, чтобы позвонить мне в семь утра в воскресенье и сказать: «У меня идея. Увидимся в офисе через сорок минут», – говорил Скутт. – И я всегда еду».
Модернизированный «Гранд-Хаятт» был открыт 25 сентября 1980 года, спустя шесть лет после того, как Трамп впервые нацелился на «Командора». Первоначально разработанный для обслуживания путешественников среднего класса, отель на четырнадцать сотен комнат показывал разумную роскошь с латунными светильниками, и цена за номер теперь начиналась от 115 долларов за ночь (по ценам 2016 года 330 долларов). Чтобы отпраздновать свое открытие, «Гранд-Хаятт» устроил звездную вечеринку в бальном зале, которую посетили губернатор, мэр, бывший мэр, Кон и другие, входящие в нью-йоркскую элиту работы с недвижимостью. «Гранд-Хаятт» покажет экземпляр стиля застройки Трампа: щедрые налоговые льготы, задействование интересов конкурирующих сторон друг против друга и здоровенная доза финансовой наглости и ловкости рук. Трамп заявил, что отель даст толчок близлежащим районам Гранд-Сентрал и возвестит новую эру гламура для Манхэттена. Трамп сказал, что проект изменил его жизнь: «Если бы я в конечном итоге не убедил город выбрать мою площадь на Западной тридцать четвертой улице для его конференц-центра и затем не принялся бы за разработку «Гранд-Хаятт», я бы, вероятнее всего, вернулся в Бруклин и сегодня бы собирал арендную плату».
Судьба, которую Трамп предрек для близлежащих районов, так никогда и не свершилась. К тому времени, как команды впервые начали работать над «Командором», десятки других офисных, квартирных и отельных проектов уже разрабатывались в окрестных кварталах – без поддержки со стороны правительства, по мнению Трампа, которая была необходима для того, чтобы заставить что-либо происходить в унылом районе. Теперь, когда посетители отеля начали появляться в большом количестве, он крепко ухватился за одну из тех немногих уступок, которые он сделал, чтобы получить налоговую льготу. В 1987 году Трамп сказал своим бухгалтерам изменить их способы ведения отчетности, ограничив количество средств, которые сделка «Гранд-Хаятт» о разделении доходов предоставляла городскому правительству. Когда главный налоговый финансовый города, Карен Берштейн, пересмотрела записи отеля, она обнаружила, что «аномальные» практики бухгалтерского учета обманули город на миллионы долларов в виде налогов. Спрошенный спустя несколько лет об этом Трамп сказал, что он не помнит никакого расследования на этот счет.