Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 6 из 7

Что касается подарков московских дипломатов иностранным монархам, то анализ сохранившихся материалов Посольского приказа свидетельствует о том, что российский двор, вплоть до эпохи Петра I, только в исключительных случаях снабжал их действительно богатыми дарами, например, при направлении своих послов к восточным монархам, или же к правителю Священной Римской Империи, где великолепие посольства должно было отражать авторитет и могущество своего государя. При этом следует иметь в виду, что в российской практике все посольские подарки оплачивались из царской казны, куда, затем, передавали и все «ответные» поминки. Кстати говоря, при этом послы надеялись на благосклонность своего монарха, который мог им «пожаловать» за удачное выполнение порученной миссии что-нибудь из полученных подарков.

Случалось и так, что, например, на фоне щедрости оказываемой царским послам английской королевой Елизаветой I, подаренные ей Григорием Микулиным «сорок соболей да две пары», не произвели впечатления, также как и образцы восточного оружия, подаренные датскому королю Фридерику II. В то же время, подарки, которые российское посольство привезло французскому королю Людовику XIV и дары римскому папе Иннокентию XII, врученные «великим послом» Борисом Шереметьевым в 1698 году отличались особым богатством.

Подарочный этикет посольства Шереметьева явился «последним аккордом» древнего посольского обычая, который сформировался в России на стыке культур и обычаев Запада и Востока, и который, со временем исчез из повседневной практики, в силу несоответствия требованиям новой эпохи, которую принесли реформы Петра I. В новой реальности российские дипломатические дары отнюдь не теряли своей значимости, но их применение стало полностью отвечать общепринятым европейским нормам.

Сравнительно недавно петербуржцы смогли познакомиться с интересной экспозицией в Эрмитаже «Дары Востока и Запада Императорскому двору за 300 лет». На ней было представлено около 400 произведений изобразительного и прикладного искусства, оружие, книги и нумизматические ценности, преподнесенные российским правителям начиная с Петра I и заканчивая Николаем II.

Эти подарки вручали во время дипломатических визитов и встреч, по поводу успешного проведения военных действий и установления мира, на коронациях, которые проходили особенно торжественно. Интересным примером языка дипломатии XVIII века были дарственные табакерки, которые особо ценились, подчас наравне с орденами. Своей популярностью при русском дворе табакерки во многом обязаны приверженности Петра I европейской манере поведения. Особенно почитаемыми были те, которые украшались вензелем или портретом государя.

Среди хранящихся в Эрмитаже даров русскому императорскому двору, последними стали четыре шпалеры из серии «Времена года», которые французский президент Раймон Пуанкаре подарил императрице Александре Федоровне во время своего визита в Санкт-Петербург 20–23 июля 1914 года. Женские образы, олицетворяющие сезоны, навеяны графическими фигурами Жюля Шере, по картонам которого они и были созданы.

На выставке были также представлены экспонаты, наиболее характерные для искусства стран-дарительниц, художественные достоинства которых не уступают их исторической ценности. Своими подарками иностранные государства демонстрировали, с одной стороны, глубокое уважение к России, с другой – интерес к развитию связей с ней. Все они хранят следы исторических событий и являются овеществленными свидетельствами русской истории.

Эрмитажная коллекция включает в себя дары западных и восточных держав, относящиеся к периоду, когда столица государства была перенесена в Петербург. Многие из этих произведений многократно экспонировались на различных выставках в музее и за рубежом. Впервые представленные вместе, они являются ценными свидетельствами развития связей России с Западом и Востоком с XVIII до начала XX столетия.





Особый интерес продолжают вызывать петербургские выставки, где рассказывается о традициях празднования главного праздника в дореволюционной России – Рождества Христова членами императорской семьи. Еще Петр I ввел традицию украшать дом еловыми ветками на Новый год и Рождество, а жена Николая I Александра Федоровна ввела обычай ставить и наряжать елки. Будучи немецкой принцессой, она с детства соблюдала эту традицию, широко распространенную в Германии того времени, и эти особенности празднования прижились и при императорском дворе. При Николае I рождественская елка в Зимнем дворце становится ежегодной традицией. Постепенно обычай наряжать елки распространился в аристократическом кругу, а затем и среди горожан.

Интересно отметить, что у каждого из членов семьи Романовых была своя елка, под которую складывали подарки, и подчас эти подарки были очень неожиданными…

Подарки готовились заблаговременно. Николай I любил лично выбирать их для каждого члена семьи. Детям обычно дарили игрушки и сладости. Для родителей дети сами приобретали подарки, за свои карманные деньги. Самым оригинальным подарком Николая I дочери, княжне Александре, стал привязанный к елке жених – в 1843 г. незадолго до праздников он прибыл в Петербург. Родители скрыли это от дочери, а на праздник презентовали его в качестве подарка. Ее сестре, великой княжне Ольге Николаевне, подарили рояль фирмы Вирт, картину, нарядные платья и браслет с сапфиром. Однако наиболее значительным подарком Николая 1 был дворец, сооруженный архитектором Андреем Штакеншнейдером и подаренный старшей дочери императора великой княгине Марии Николаевне в честь ее бракосочетания с герцогом Максимилианом Лейхтенбергским.

Обычай делать столь дорогие подарки близким родственникам и фаворитам был весьма распространенным. Вспомним, хотя бы, Мраморный дворец, построенный Екатериной Великой для графа Орлова или скандально известный по числу дарений Аничков дворец. Вначале Елизавета подарила его своему фавориту Алексею Разумовскому. Впоследствии дворец неоднократно выступал в качестве подарка, обычно на свадьбу. После восшествия на престол Екатерина II, выкупив его у брата Разумовского – Кирилла, подарила его своему фавориту графу Григорию Потемкину. К подарку были присовокуплены 100 тыс. рублей на обустройство дворца «по его вкусу».

В конце XVIII века дворец был откуплен в казну, а в 1809 году Александр I подарил дворец своей любимой сестре великой княгине Екатерине Павловне как приданое на свадьбу с принцем Георгом Ольденбургским. Когда в 1816 году та повторно вышла замуж и уехала из России, дворец опять был куплен в казну. В следующем, 1817 году, Александр I подарил дворец на бракосочетание своему брату Николаю Павловичу, будущему Николаю I. В 1841 году Николай подарил дворец, опять же на свадьбу, сыну Александру, а тот через четверть века также на свадьбу сыну тоже Александру, будущему Александру III.

В послереволюционный период радикально меняется подарочный этикет. Составляется и новый реестр праздников. Дипломатическая активность с 1917 по 1921 годы была фактически равна нулю из-за непризнания Советской Республики. Какие уж тут посольские дары и дипломатические приемы! В то же время, в разные страны выезжали представители нового государства с целью прорыва политической экономической блокады со стороны ведущих мировых держав. Везли с собой и подарки, однако точная информация о вывезенных ценностях отсутствует, хотя некоторые музеи зафиксировали утрату ряда ценных экспонатов. В то же время, справедливости ради надо признать, что предложения обмена необходимой техники для налаживания промышленного производства, к примеру, на уникальную ограду Летнего сада было отвергнуто.

Тем не менее, процесс установления дипломатических отношений с Советской Россией постепенно набирал обороты, однако, как это происходит и по сей день, под крышей посольств нашлось место и для кадровых разведчиков, снабженных дипломатическим статусом. И в этой связи уместно будет рассказать об одной истории, напрямую связанной с подарками, которые напоминают деяния данайцев из далекого прошлого.