Страница 4 из 53
— Граф, — Ларк взглянул в зло прищуренные темные глаза, — только не говорите мне, что у вас нет досье на всех мало-мальски заметных людей Одара. Магов в том числе. Не поверю.
— Могу хоть сейчас обеспечить вас копиями, ваше высочество. Возможно, вы углядите там нечто, пропущенное моими аналитиками. Мы отсеяли тех, кто никак не может быть нашим таинственным гением, но остальные… — он покачал головой. — Я бы предположил, что это какая-то новая фигура. Возможно, из колоний. Полукровка, освоивший что-то из чуждой нам варварской магии и сумевший совместить две школы. Пират. Какой-нибудь самородок из провинции. Я нацелил самых надежных своих агентов именно на этот вариант, но пока — ноль. Впрочем, он может сидеть на той самой базе, и тогда мы доберемся до него разве что чудом.
— Дед сказал бы сейчас, что над чудесами следует долго и упорно работать, — хмыкнул принц.
— И я совершенно согласен с его величеством. Но разумных идей по поиску базы у меня пока нет.
— А неразумных? — быстро спросил Ларк.
— Авиаразведка, как выражается Джегейль. Поиск с воздуха. У них это обычное дело, можете себе такое представить? До самолетов или хотя бы дирижаблей наши возможности долго еще не дотянут, но построить воздушный шар нам вполне по силам.
Ларк нахмурился. Джегейль и ему рассказывала как-то о воздухоплавании, они тогда еще посмеялись, что подобная авантюра понравилась бы Реннару или Никодесу.
— Она называла это авантюрой.
— Поверьте, ваше высочество, так оно и есть. Полетом воздушного шара невозможно управлять. Только высота, причем лишь в определенных пределах, без точного контроля. Подняться над полем боя, чтобы отслеживать текущую обстановку — еще куда ни шло, но поиск в горах, да еще зимой, при неустойчивой погоде… Нет, право, это чистое безумие. Одно то, что я хотя бы теоретически думаю о подобном, показывает, в каком тупике я себя ощущаю. Отвратительно.
Говоря откровенно, принц Ларк ощущал себя так же. Безумная идея практически неуправляемого, сверх всяких пределов рискованного полета… Захватывает. Манит. И хуже всего, что разумной альтернативы и впрямь нет. Ларк лучше многих знал, как легко спрятать в горах военный лагерь. Даже если это временный лагерь полка на марше! А уж постоянную, строго засекреченную базу…
— Впрочем, это могут быть пещеры, — озвучил он совершенно очевидную, но отчего-то пришедшую лишь теперь мысль. — Тогда с воздуха мы ничего не обнаружим. — Он рассмеялся: — Вы чувствуете облегчение, граф? Признаться, я — чувствую. Одно дело просто безумная идея, и совсем другое — с большой долей вероятности бесполезная.
— Наши пленные не говорили о пещерах, — покачал головой граф. — Упоминали ущелье с водопадом, осыпи — их гоняли там на тренировках. Я оставлю вам стенограммы допросов.
— В конце концов, есть еще надежда на вашего Тила. Если он сумеет взять негодяев под контроль тем амулетом, «кукловодом». Они сами приведут нас.
— Взять он может, удерживать долго — проблема.
Принц расхохотался:
— Вот и видно, граф, что вы, при всем уважении, человек не военный. Вам подавай точный результат, иное не приемлете. Все, проблема решена, — он хлопнул ладонями по столу, по оставленным фор Циррентом протоколам и стенограммам. — Потрошите ваших пленных дальше и готовьтесь передать их мне, когда выпотрошите полностью. Вместе с вашим Тилом. Я пока соберу отряд.
Начальник Тайной Канцелярии посмотрел на него жестко, спросил:
— Надеюсь, соваться туда лично вы не планируете?
— Рад бы, — хмыкнул Ларк. — Но, увы, позволить себе участвовать в такого рода операции я сейчас не могу.
— Рад, что вы это понимаете, ваше высочество.
«Рано Никодеса отправил, — подумал Ларк, — вот бы кто подошел идеально. Хотя… Нет, нужен кто-то не настолько заметный. Лейтенант какой-нибудь».
На том и распрощались. Но поздно вечером, уже просмотрев оставленные фор Циррентом бумаги, тщательно все обдумав и подобрав подходящего человека для поисков, Ларк все же поймал себя на мысли о воздушном шаре. Да, безумие, да, глупейшая авантюра, крайне рискованная и почти без надежды на успех. Но, святое древо и пляшущие под ним черти, как же хочется…
Да и кто бы мы были без авантюр? Уж точно — не мужчины.
Старая сплетница фор Ганц была права насчет мягкого южного климата: стоило пересечь горы, и зима осталась где-то там, позади, сменившись приятной прохладой морского бриза и тонким ароматом невянущих трав. Промерзнув в горах до самых костей, едва не переломав ноги коням и чудом не свернув собственные шеи на опасных тропах, возглавляемый Никодесом маленький отряд наслаждался солнцем, теплом и сухими ровными дорогами. Теперь можно было без опаски гнать галопом от поселка к поселку и от имения к имению, разнося по побережью вести из столицы, собирая столь нужные принцу Ларку и графу фор Цирренту слухи и прикидывая, как бы половчее найти и захватить какого-нибудь одарского прохвоста.
Со слухами дела обстояли прекрасно, с прохвостами — не очень.
Что по-настоящему неприятно удивило Никодеса — барышня фор Циррент, предлагая авантюру со слухами, почти ни в чем не ошиблась. Нанятые Одаром пираты и в самом деле начали уже бесчинствовать у андарских берегов, намертво перекрыв морские пути, и о нападениях на поселки тоже уже говорили. Без особых зверств, но с грабежами и пожарами — право, можно подумать, ублюдки своими ушами слушали речь Джегейль и приняли ее как руководство к действию!
Непонятно было, отчего в столице до сих пор не знают о делах на побережье.
— Похоже, агенты нашей доблестной Тайной Канцелярии совсем мух не ловят, — кипел Никодес, выслушав в очередном поселке или имении очередную порцию тревожных известий.
— Возможно, мы разминулись с донесением обо всем этом, — флегматично отвечал Дастин ди Ланцэ. — Или же фор Циррент не во все нас посвятил. Обрати внимание, между прочим, пока что мы многое слышали, но ничего не видели своими глазами — никаких следов, ни очевидцев, ни даже пиратских парусов на горизонте.
— И что это, по-твоему, значит?
— Слухами можно играть с двух сторон. Гляди, наша доблестная Тайная Канцелярия с подачи милой барышни Джегейль считает, что слухи о нападениях на побережье выгодны нам в столице.
— Ну? — Никодес решительно не понимал, к чему клонит приятель.
— А может, Одару они тоже выгодны? Сам припомни, много мы слыхали здесь добрых слов о короле? Только и говорят, что он не может защитить своих подданных!
Никодес зло выругался, а Дастин мрачно кивнул:
— Вот тебе и «ну». Пиши принцу, Нико. Он должен знать. И еще — ты помнишь, что барышня плела насчет ополчения? Думается мне, ее идеи срочно нужно воплотить в жизнь, и мне очень интересно, чем занят генерал-губернатор.
— Известно чем, Клалию развлекает, — скривился Никодес. Абсолютная бестолковость губернатора Южного Пригорья, как и его страсть к светской жизни, давно вошли в поговорку среди ближнего круга офицеров принца Ларка. — Вот только полномочий взять его за задницу и пнуть к делу принц нам не дал.
— А жаль. Но завернуть в Неттуэ все-таки нужно. Без сплетен о ее высочестве картина у нас, я считаю, неполная.
Нико задумчиво посмотрел на приятеля: тот сердито хмурился, кусая ус, от обычной флегматичности мало что осталось.
— Тебе бы на фор Циррента работать, а не в полку служить, — беззлобно подначил Нико. — Ишь, как увлекся слухи собирать. А не забыл, что наша цель — не слухи, а живой и разговорчивый одарский мерзавчик? В Неттуэ мы такого не раздобудем. Отправим доклад и едем дальше по побережью. Нам нужны глухие места, укромные бухточки, куда могут причалить чужие корабли, балы во дворце губернатора обойдутся без нас.
Вопреки предположениям бравого Никодеса фор Виттенца, балами во дворце генерал-губернатора и не пахло. Тревожные слухи дошли и сюда, и губернатор, отчетливо осознающий свою неприспособленность к военным действиям, вовсю строчил панические депеши в столицу — в Тайную Канцелярию и лично его величеству. Так, конечно, и до отставки недалеко, но лучше уж отставка, чем обвинение в преступном бездействии. От таких обвинений попахивает, знаете ли, государственной изменой. А он не изменник, он всего лишь приверженец мирной жизни. Пока не началась вся эта ерунда со спорными землями и перекупленными Одаром пиратами, побережье процветало под его руководством. А война — что ж, он понимает, что война требует иных талантов. Жестких решений, жестокого правления. Пусть уж его величество подберет подходящего человека, пока не стало поздно.