Страница 22 из 36
Глава 7. Торговля с Левантом
За пределами Адриатики Венеции также пришлось отстаивать свои права. Значение понятия «владычество над морем» менялось от века к веку. Так, морское владычество Великобритании начиная с Наполеоновских войн и заканчивая Первой мировой войной можно назвать «стандартным» или «шаблонным». В эпоху парусного судоходства оно подкреплялось патрулями, способными охранять море во все времена года и размещавшимися в стратегических пунктах вдоль торговых путей, определявшихся в основном господствовавшими ветрами. С наступлением эпохи пароходов наличие расположенных в стратегических местах угольных портов и запрет на вход в них вражеским кораблям позволили британскому флоту бороздить моря, где находились как военные, так и торговые корабли противников. С вражескими военными флотилиями британцы вступали в бой, а суда нейтральных государств обыскивали, задерживали и захватывали. Власти другого рода, которую можно назвать нетривиальной, оборонительной, почти добилась Германия благодаря применению подводных лодок в годы Первой мировой войны. Власть второго типа не направлена на защиту своих судов; страна в таком случае добивается цели, если не допускает врагов к основным торговым путям.
Хотя в средневековой Европе ни одному военно-морскому флоту не удавалось добиться власти на обширном участке водного пространства, венецианцам на Адриатике это почти удалось. Их патрули на реках и около их устьев подкреплялись по мере надобности военными кораблями, достаточно прочными и быстрыми, способными подавить любое сопротивление. После стремительного взлета Венеции, вызванного завоеванием Константинополя, на плечи венецианцев легла большая ответственность – борьба с пиратством, особенно на Адриатике. Каждый год, не только в военное время, они регулярно направляли в море галерную флотилию, призванную охранять порядок. Естественно, такая флотилия сопровождала торговые корабли, которые направлялись в Апулию и Романью, а далматинские города, особенно Рагузу, использовала в качестве подчиненных баз. В 1330 году решено было выделить еще одну эскадру для поддержания порядка в Венецианском заливе. Была введена даже должность капитана залива, в обязанности которому вменялось следить за порядком на Адриатике в то время, когда основной военный флот вел боевые действия в Эгейском море или в Заморье.
Разумеется, у Венеции не хватало возможностей для того, чтобы организовать контроль над всем Средиземным морем, то есть не пускать туда врагов и в любое время добиваться безопасности судоходства для своих граждан и союзников. Ни Венеция, ни кто-либо из ее конкурентов не были в состоянии убрать врагов из моря. Им недоставало технических возможностей для установления эффективной блокады. Существовало несколько торговых путей, а рейсы осуществлялись короткими переходами. Суда, в силу своей конструкции и оснастки, не могли бесконечно охранять тот или иной порт в любую погоду, подобно тому как это делали британцы в конце XVIII века. Военным кораблям еще труднее было найти врагов, которые уклонялись от сражения, чем лорду Нельсону, когда он дважды пересекал Атлантический океан в поисках наполеоновского флота. И даже после сокрушительной победы победитель не мог эффективно заблокировать вражеский город. Он не мог помешать побежденным выслать новый флот, пусть и очень маленький, для быстрого набега на незащищенную точку или нападение на торговое судно.
В таких условиях тот вид «владычества на море», к которому могли стремиться венецианцы, главным образом заключался в способности охранять свои караваны торговых судов и посылать помощь в колонии, нанося потери торговле врагов или совершая набеги на его прибрежные города. После завоевания Константинополя Венеция организовала такого рода морское владычество в Восточном Средиземноморье. Так как главной заботой оставалось торговое судоходство, стратегическими базами становились порты, в которых собирались торговые флотилии или куда они заходили в поисках припасов и убежища.
Морские и сухопутные караваны
Самые важные порты для этих караванов определялись двумя направлениями торговли: в Романию и Заморье. В понятие Романия входили не только Пелопоннес и острова Эгейского моря, но и все соседние земли, бывшие частью Византийской империи. В понятие Заморья входили земли к востоку и юго-востоку от Эгейского моря, точнее, Кипр, Сирия и Палестина (см. карты 2 и 3).
В сфере торговли в Романии были заняты большая часть кораблей и купцов. Привилегии, дарованные венецианцам за помощь византийским императорам против норманнов, давали им право на льготное обращение; более того, по Золотой булле 1082 года они освобождались от всех пошлин в большинстве городов. Греки, исконные жители тех мест, платили 10 процентов пошлины, а венецианцы не платили ничего. Такое конкурентное преимущество обеспечивало прибыль венецианцам, поскольку они действовали на давних, налаженных рынках, где цены устанавливались расходами купцов-аборигенов, вынужденных платить пошлины, от которых венецианцы были освобождены. На некоторое время генуэзцы и пизанцы также получили льготные пошлины, но их не освободили от уплаты пошлин полностью. Когда в 1204 году образовалась Латинская империя Константинополя, освобождение венецианцев от налогов подтвердили и распространили на территорию всей империи. Генуэзцы и пизанцы получили подтверждение своих прежних привилегий как жест доброй воли со стороны венецианцев. Им была посвящена оговорка в договоре между венецианцами и Латинской империей: народы, находящиеся в состоянии войны с Венецией, будут изгнаны из всей Романии. При таких условиях нетрудно понять, что венецианцы были заинтересованы не просто в поиске в Романии товаров, которые пользовались бы спросом в самой Венеции и на Западе. Они стремились также перевозить эти товары из одной части Романии в другую. Так, венецианцы обосновались в Коринфе, чтобы возить товары Пелопоннеса, который венецианцы называли Мореей, в другие части Греции. Вино, масло, фрукты и орехи с греческих островов они доставляли в Египет, а назад везли зерно, бобы, сахар и т. д. Они вывозили во многие места шелк, которым тогда славились Спарта и Фивы. Но главной статьей в торговле в пределах Романии считалось снабжение Константинополя и вывоз его продукции. Даже после разграбления в 1204 году Константинополь по-прежнему оставался огромным по средневековым европейским меркам городом, где процветали многие отрасли промышленности и имелось большое население, которое нужно было кормить. Зерно в Константинополь поставляли частично из Фракии и Салоник, но главным образом из черноморских портов. Ранее изгнанные из Черного моря византийскими императорами, венецианцы после 1204 года вернулись туда. Некоторые обосновались в Судаке на восточном побережье Крыма, откуда они везли в Константинополь зерно, соль, рыбу, меха и рабов.
Лучшим местом для ведения торговли оставался, конечно, Константинополь. Благодаря своему местоположению он на время стал таким же центром венецианской государственности, как и сама Венеция. Тамошняя венецианская колония на протяжении всего XIII века была так велика, что по численности соперничала с поселениями вокруг Риальто. По легенде, появившейся много позже, сразу после завоевания Константинополя в 1204 году правительство Венеции провело официальную дискуссию о возможности массовой миграции и переносе правительства в Константинополь. И действительно, в течение нескольких лет венецианцы в Константинополе, возглавляемые избираемым ими верховным магистратом, действовали как Энрико Дандоло, не дожидаясь приказа из Венеции. Судя по всему, какое-то время венецианцы, проживавшие в пределах бывшей Византийской империи, в Константинополе и других местах, были столь же многочисленны и богаты, сколь и те, кто жили в окрестностях площади Риальто.
В то время как многие венецианцы обосновались в Романии и нажили состояние на торговле, а также на походах в Черное море и Египет, все большее значение приобретал товарообмен между странами Запада и Левантом. Западная Европа производила все больше шерстяных тканей и металлов, пользовавшихся большим спросом в Леванте; в обмен западноевропейцы покупали больше товаров, произведенных на Востоке. Из Романии в Венецию шел шелк-сырец, но главное – шелковые ткани и другие изделия искусных константинопольских ремесленников, квасцы, кармин (красная краска из Мореи), воск, мед, хлопок, зерно из разных портов, в зависимости от урожая, меха и рабы с Черного моря, сладкие вина с Греческих островов.