Страница 3 из 60
«Карфагенцы утверждают, будто в Ливии, где-то за Геркулесовыми столпами (Гибралтар), есть место, где живут люди с таким обычаем: если к ним привозят товары, товары эти нужно сложить в порядке на берегу моря, вернуться на корабль и пускать оттуда дым. Заметив дым, туземцы выходят на берег, кладут рядом с товарами предназначенное в уплату за них золото и уходят. Тут карфагенцы сходят на берег, смотрят выложенное золото и, если считают его достаточным в уплату за их товары, погружают его на корабль и отплывают. Если же золота мало, они возвращаются на корабль и ждут дальше. Тогда туземцы возвращаются и добавляют к прежнему количеству новое золото, пока карфагенские торговцы не будут удовлетворены. Ни одна сторона не совершает несправедливости по отношению к другой, ибо карфагенцы не прикасаются к золоту, пока не сочтут его количество приемлемым за свои товары, а туземцы не трогают товары, пока карфагенцы не увезут золото».
Как видим, точно установить, какое количество является необходимым при обмене, — задача необычайно сложная. В конце концов, люди начали сравнивать между собой товары с помощью денег. Это особый товар, являющийся мерой стоимости, ее всеобщим эквивалентом.
«Денежный товар» оказался востребован всеми, поскольку позволял производить любой обмен, и как раз в то время, когда возникает в данном товаре острая необходимость.
Роль денег, эталона всех менов, играет тот товар, на который есть наибольший спрос, или тот, что имеется в изобилии.
У многих пародов слова «скот» и «деньги» почти синонимы. Изображения быка на древнегреческих монетах указывает на то, что наидревнейшие «живые деньги» — скот. Голова рогатого скота заменяла денежную единицу. Например, в «Илиаде» и «Одиссее» Гомера цены товаров определяются быками, коровами. У древних греков была даже поговорка: «Бык на языке». Ее применяли к тому человеку, молчание которого было куплено щедрой взяткой. С тех времен существует и слово «гекатомба», что по-гречески — сто быков. Данное количество — определенная сумма, которой оперировали при заключении сделок. Гекатомбу приносили и в жертву богам.
В Древнем Риме pecuitia обозначало «скот». Цена серебра, когда оно позже появилось в обращении, определялась количеством скота.
Слово «капитал» тоже произошло от латинского слова caput — голова, поскольку счет скота вели по головам.
Широкое распространение получили «раковинные деньги». Розовато-белая, похожая на головку змеи, раковина, которую на ее родине, у берегов Индийского океана, называют «каури». Не случайно эта раковина вошла в литературу под названием «каури» (купреа) — монета. Многие века она служила международной валютой. Связки каури находили при раскопках по всему свету. Выли времена, когда молодой, сильный раб стоил десять связок по сто каури.
Жители Северной Америки расплачивались раковинами оливеллы. Они обесценились только в XIX веке, когда освоили штамповку подделок.
На полузабытых цивилизацией тихоокеанских Соломоновых островах раковинные деньги до сих пор в ходу. Местное население ценит их выше, чем любые другие монеты.
Рис. 1. Слева: денежное кольцо из раковины Tridacna gigas Соломоновы острова. Справа; деньги джар из перламутровой раковины. Остров Яп.
Те, кто получают европейские деньги в качестве зарплаты, стараются обменять их на местную «валюту», самую твердую, в точение боков не подвергающуюся инфляции.
Такая финансовая устойчивость легко объяснима. В отличие от печатного станка «белых людей», который можно запустить на полные обороты, выпуск денег-раковин жестко ограничен, прежде всего, самой природой. «Денежные» раковины водятся только в труднодоступных и немногих районах архипелага, в основном, в лагуне Ланга-Ланга на острове Луки в северном побережье острова Малаита. Возможности промысла этих раковин строго лимитированы. Кроме того, для изготовления «раковинных денег» необходимо приложить немалые усилия. Выловленные раковины тщательно сортируют (процент бракованных весьма велик), разламывают на отдельные пластинки, вырезают из них монетки диаметром 8 мм, старательно, несколько раз шлифуют, аккуратно просверливают. Затем нанизывают на шнурки стандартного размера — 90 см. Только полная связка имеет стоимость. В ней до 500 монеток. Отдельные монетки или неполные связки функции денег утрачивают.
«Валюта» Соломоновых островов трехъярусная: черные деньги (играющие роль разменной монеты), белые (самые ходовые) и красные (по материковым понятиям — «купюры» самых высоких номиналов). Черные делают из раковины курила. Эта раковина попадается рыбакам в десять раз чаще, нежели белая раковина какаду. Вот почему стоят черные связки в десять раз дешевле белых. Связка какаду, называемая галиа, выполняет функцию основной расчетной единицы. Четыре какаду составляют одну фуру, а десять фур — одну нсаглию.
Для удобства расчетов у островитян в ходу и двойные связки «белых монет» — галиабаты.
Роль крупных банкнот выполняют ронго-связки очень редких и нуждающихся в специальной термической обработке раковин рому. Их натуральный цвет — бледно-розовый. Чтобы довести его до требуемой кроваво-карминовой кондиции, раковины накаливают и «варят» специфическим способом. Десять связок ронго, да еще с дополнительной, тщательно выполненной шлифовкой, — самая крупная на Соломоновых островах деньга — фире. За такую гирлянду в рыбацкой деревне можно купить дом.
Минералы в качестве денег не получили большого распространения. Исключение составила каменная соль. Она долго совмещала меновую и потребительскую ценность. По этой же причине на Севере применялись «меховые» деньги — шкурки белок, соболя, куниц (отсюда и упоминаемая в летописях денежная единица «куна»).
В Китае, Тибете и ряде других регионов Азии более девяти веков ходили в качестве расчетной денежной единицы чайные брикеты. На них иногда даже выдавливали их номинал и названия «банков-эмитентов».
Все эти товары не слишком годились на роль денег. Они долго сохраняли «провинциальное» значение, но удовлетворить потребности человечества в целом не могли. Денежное обращение удалось обеспечить только в результате освоения металлов. Преимущества благородных металлов в данном случае оказались наиболее выгодными.
Развитие товарного производства сделало неизбежной «демократизацию» благородных металлов. Из культового золото все больше становилось товарным. Самый крупный производитель золота в древнем мире — Египет — стал первым в истории человечества банкиром. Властители Шумера, Халдеи, страны Ближнего Востока покупали у Египта «денежный» металл.
В середине III тысячелетия до н. э. появились первые египетские деньги — литые золотые кольца. Важное значение их в жизни страны было настолько большим, что в этой связи изменилась даже письменность: иероглифом золота начали изображать три сближенных кольца вместо прежнего, который раньше изображал схематично промывку золотого песка.
С течением времени значение благородных металлов все более возрастало. Сами по себе они уникальны. Например, золото. Одно из его главных достоинств — однородность, По сравнению с другими товарами, золото не имеет отличий в качестве. Унция чистого золота равна любой другой унции чистого золота во всем мире.
Безудержное стремление обладать этими «универсальными» ценностями содействовало прогрессу и одновременно порождало порочные явления, такие как подделки.
К слову сказать, что обман осуществлялся и в ту пору, когда не существовало денег. Например, в ацтекской империи злоумышленники разрезали стручки какао, служившие эквивалентом обмена, вынимали оттуда бобы, затем, заполнив стручки каким-нибудь веществом, снова склеивали их и выдавали за полноценные.
Как видим, к овладению драгоценностями стремились всегда и подделки существовали на самых ранних этапах человеческой цивилизации.
При всем их разнообразии существуют подделки умышленные, а также такие, которые порождены ошибочными взглядами.