Страница 2 из 5
Лютный переулок был как всегда неприветливым, волшебников куры не клюют, открытых лавок - единицы, если не считать торговцев, сидящих за дурно пахнущими облезлыми коврами, основной товар которых - когти драконов, шкуры мышей, ядовитые жала остроклювов и, наверно, самый противный из всех товаров, что был в Лютном переулке - волосатые глаза мохнатого осьминога, которые предназначались непонятно для чего, но самое главное, непонятно для кого.
Амос Диггори достал из кармана мантии платок, вытер губы, выпрямился и с неприсущим для себя подозрением осмотрелся по сторонам. Он затевал непростую шалость. По сравнению с тем, что сотворили Фрэд, добрая ему память, и Джордж Уизли, во время последних экзаменов в Хогвартсе около трех лет тому назад, шалость Амоса выглядела намного хуже, поэтому он не хотел, чтобы его кто-либо застал за этим делом.
Амос Диггори не брился больше трех месяцев с того дня, как началась эта проклятая бессонница, так что, в таком виде его мало кто может узнать. Встреть он на улице Ранка Генрика, оба прошли бы мимо, и Амоса, возможно, устроил бы такой разворот событий. Впрочем, ему и сейчас было хорошо за своей пышной бородой и длинными седыми волосами, за которыми его никто не узнает, а на Лютном переулке встретить знакомых...нет, Амос Диггори покачал головой и тут же успокоился.
- Как пройти к лавке Кормака? - спросил он и горбатого парня в длинном черном тулупе. Из-под серой кепки показалось прыщавое лицо, с одним единственным глазом и порванным ртом, откуда в сопровождении брызгов слюней и ужасного запаха, вырвались слова на незнакомом Амосу языке.
- Простите, я не понимаю, где?
- Ид..ите... прамо виргъ за сидьма... где зела...
Амос Диггори с трудом разобрал слова этого бедняги. Этот незнакомый язык оказался очень даже знакомым, просто отсутствие некоторых зубов и травма горла не давали горбатому парню нормально изъясняться.
- Где зелья? Вверх? Туда? - указал Амос Диггори в сторону, куда поспешно убежала языкастая ведьма.
- А..да, да, да! - закивал бедняга, Амос поблагодарил его и дал несколько серебряных монет, которые подействовали на незнакомца так, будто в его руках оказалось целое состояние. Он подпрыгнул на месте и, несмотря на свою горбатость, выпрямил спину, насколько это было возможно и попытался обнять Амоса Диггори, но Амос вовремя увернулся и чтобы замять эту неловкую ситуацию, похлопал беднягу по плечу.
- Аааа, дв сиребр! - закричал парень, убегая в противоположную сторону.
Амос Диггори в тот момент обрадовался тому, что попал именно в Лютный переулок, потому что будь он в Косом переулке, сейчас его бы разрывал взгляд сотен магов. Свидетелей всего произошедшего почти не было. Лишь какая-то старушка высунула свой нос из-за проема между магазинчиками на повороте в Косой переулок, что-то пробормотала, плюнув, и скрылась за сырой стеной.
Амос на мгновение забыл о том, зачем он пришел в Лютный переулок, но, его сердце ойкнуло, в голове завертелись воспоминания, появилась былая боль и задуманное, эта безумная идея вновь поработила мистера Диггори. Он нашел тот магазин, дорогу к которому спрашивал у горбатого парня, нашел и магазин, где варили зелья, он находился как раз по другую сторону узкой улочки.
В магазине со странным названием "Грог" было пусто. Много прилавков и стеллажей, отчасти стоящих благодаря магии, потому что у некоторых отсутствовали ножки, а у некоторых и вовсе отсутствовали полки, часть книг парила над землей! На прилавках лежало множество самых разных вещей, начиная от толченых рогов единорогов, что было странно и привело Амоса Диггори в замешательство, ведь охота на единорогов преследовалась законом, заканчивая зубами драконов и костями русалок, которые, из смутных знаний Амоса в области зельеварения, использовались для защиты от порчи и лонглетской колючей лихорадки.
- Кормак! Кормак! Кормак! - громко звал Амос Диггори продавца.
Со второго этажа вниз по лестнице с топотом и ворчанием спустился темнокожий, толстый мужчина с лысиной на голове, очками с потрескавшимися стеклами, в серебристой мантии с красными пятнами от соуса на груди и здоровенной немагической палкой в руках.
- Кто вы такой? Что вам надо? Разве вы не видели табличку при входе? Магазин закрыт! - строго отрезал Кормак, указывая пальцем на дверь.
- Даже для меня? - с легкой издевательской ноткой спросил Амос Диггори, поправив свои кучерявые волосы так, как умеет только он.
Кормак прищурился, затем опешил. Его лицо исказилось от изумления, здоровенная палка тут же полетела за лестницу, а сам Кормак сделал вид, что все, что произошло минуту назад, было каким-то жалким недоразумением и о нем следует немедленно забыть.
- Мистер Диггори, - отрывисто просипел Кормак, боясь посмотреть Амосу Диггори в глаза. На то была масса причин, но основная - Амос Диггори человек из министерства, а плохое отношение к человеку из министерства означало плохое отношение к самому министерству, что сулило массу проблем и могло закончиться тюремным сроком, а попадать в Азкабан в разгар весеннего сезона, когда покупателей становится втрое больше, чем обычно, Кормак не хотел, да и встреча с дементорами не сулила ему ничего того, что могло бы принести в его кошелек хотя бы один паршивый галеон. - Прошу прощения, я вас не признал! Вы... сильно изменились после... после того ...
Амос Диггори застыл. В его одеревенелом взгляде блеснула скорбь, боль вылилась в гнев, он нахмурился, что напугало Кормака больше прежнего. Бедняга попятился назад.
- М...мистер Диггори, - запинаясь, продолжал Кормак, - вы в порядке?
- Несомненно! - отрезал Амос, хотя на самом деле это было не так. В тот момент, когда Кормак намекнул ему на несчастье семейства Диггори, Амос вновь разозлился. Разозлился на себя за то, что отпустил Седрика на проклятый турнир; на Седрика, за то, что он там погиб; на Кормака, за то, что так легко вспоминает об несчастье, и на лорда Волан-Де-Морта! Эта злость на самого темного волшебника всех времен и народов очень плавно переходила в страх и обратно.
- Вы так и не сказали, зачем пришли в мой магазинчик, - указал Кормак, поправляя ветхие очки, которые в любую минуту могли превратиться в пыль не только из-за своей античности, но и из-за постоянного болтания на носу. Кормак любил дотрагиваться до них, когда произносил какую-нибудь умную фразу, и во время разговора с богатым клиентом, а их у него бывало по два-три волшебника в месяц, но это секрет.
- Я пришел за тем самым шкафом, который привезли полгода назад, если мне не изменяет память, из южного городка под названием Портсмут, - Амос Диггори схватил Кормака за серебристую мантию и подтянул его к себе так, что нос Кормака был в двух-трех дюймах от его собственного носа. - Он мне нужен здесь и сейчас! Сейчас, я сказал! - потребовал Амос Диггори, высвобождая Кормака из своих цепких рук.
- Портсмут? - повторил Кормак, поглаживая образовавшиеся на животе складки. - Платяной шкаф два на полтора, с магическим замком и зеркалом...
Амос Диггори нахмурил брови, мускулы на лице раздулись. Все-таки он был человеком из министерства, а министерство своих сотрудников обучает так, как ни в каком другом месте и если сотрудник выходит никудышным, его тут же снимают с должности и отправляют в бессрочный отпуск. Но Амос Диггори проработал в министерстве не одно десятилетие, и хоть с друзьями он был весел и улыбчив, когда-то давно, с коллегами по работе и с теми, с кем ему приходилось сталкиваться день ото дня, дела обстояли совсем по-иному.
В магазине "Грог" прозвучал резкий, отрывистый звук, напоминающий треск.
Перед Амосом Диггори возникла черная громадина почти на две головы выше его самого и почти в четыре головы выше Кормака, стоявшего рядом с таким же видом, что и Амос Диггори, а уж ему было не все равно, да и размер самого шкафа привел его в такое замешательство, что он потерял дар речи. В дом такую громадину не притащишь, потолок мешает, а отправлять его в рабочий кабинет министерства магии, где он точно бы поместился, рискованно. Вдруг его коллеги по работе сейчас на службе.