Страница 27 из 28
– Да там и живых-то не осталось, миа Яна. Весь десяток мы прикончили сразу, как только вы и Слав разделались с лучниками.
– Не бойсь, Тань, весь гарнизон вырезан под ноль, вместо наёмников там наши эльфы под личинами наёмников, встретим графа, как полагается. Он у меня кровью харкать будет.
Вот тебе и затюканный интеллигент, где он так с автоматом навострился? В армии не служил, не воевал… А, впрочем, что я знаю о единственном друге, кроме того, что он – друг мой преданный. Где и в каких местах он своей математикой занимался?
Граф прибудет завтра, какое облегчение, я этого красавчика лично на ноль помножу, Славка вставляет мне в рот зажжённую сигарету – кури уже, старая подруга, в две затяжки сам выкуривает благороднейшую турецкую сигарету, ну и денек, мать твою!
Сэнна меня очень тревожит, каково малышке было пережить похищение, боль, ужас. Васька человек взрослый, а вот детишке нашей весело было. Шок, потрясение, предполагаемая смерть бабки, ранение обожаемого Вацлава тен Аори! Васька рассказал, что девчонка колданула что-то немыслимое, после чего предводитель этих сволочей встать на ноги не смог, и его погрузили на лошадь, как мешок. Прочие зольдатики трогать юную магичку остереглись, просто накрыли малышку плащом и так везли свёрнутую, как ковер.
Теперь всем отдыхать! Васька и Сэнна под надзором бдительных лекарей, как и Беата. Мы со Славкой телепортом отправились домой. Экономка ахнула при виде моей перекошенной от боли физиономии, но деловито размотала повязку, её молоденькая помощница Ата уже тащит тазик с тёплой водой и при виде синей крови едва не роняет ёмкость на ногу Сане. Глаза у неё сделались большие и перепуганные, так что экономке пришлось резко встряхнуть девчонку:
– Ата, немедленно возьми себя в руки!
Сана просто сокровище, мгновенно появились на свет баночки-склянки с непонятным, резко пахнущим содержимым.
– Это сильная заживляющая мазь, госпожа, – в дверь просунулась насупленная рожа одного из близнецов-сторожей и рука с горшочком мази, – проверено на себе.
Славка благодарно кивнул и вышел вон, жестом выслав всех отдыхать, время к вечеру близится, а нам рано вставать. Но рука так болит, что уснуть не удастся, это точно. Сана наложила плотную повязку на руку. Молодец девчонка, я бы на её месте в обморок скатилась при виде такой раны, а она только зубы стиснула, глаза внимательные, личико суровое, просто главврач полевого госпиталя.
– Где вы так наловчились, Сана?
– У меня вся семья наёмничала, госпожа, мне кровь не в новинку. Четверо братьев у меня, и все воины. Наш отец тоже в наёмниках повоевал, уже выйдя в отставку. В столице мы осели только в прошлом году.
– Где вы учились, Сана?
– Отец отдал меня в пансион для девочек из семей военных.
Здесь и такие учебные заведения есть, интересно. Небось, и для благородных девиц какая-то школа присутствует. Но вся эта инфа подождет, сейчас мне надо отработать взаимодействие щеки с подушкой часов на пять, чтобы на рассвете быть готовой к труду и обороне. На королевское правосудие я полагаться не намерена, Ориэлы в родстве с этим царственным полуорком, как его там зовут, вечно забываю имя. Разберемся своими силами, охрана у гадёныша точно есть, трёх мордоворотов я сама имела счастье видеть – большие мальчики, значит, и падать будут громко.
Наконец-то все ушли, меня втиснули в пижаму, стучу пяткой в Славкину дверь, сую будильник:
– Заведи, дружище, рука ноет, просто зла не хватает.
– Ложись у меня, по звонку встанет кто-нибудь один, а то на себя не надеюсь, такие брейки уже не по возрасту.
– Аналогично, блин, – ворчу я, отжимая у Славки большую подушку, – дай закурить.
Демонстративно кряхтя, мой дружок сползает с кровати и топает за пепельницей к окну. Он прикуривает сразу две сигареты:
– А что будем делать, когда запасы кончатся, а, Слав?
– Тарин наколдует, или я смотаюсь.
– Куда?!
Славка весело морщится с другого края кровати:
– Джека помнишь?
Ещё бы мне этого крутовыгнутого бизнесмена не помнить, наш бывший милый сосед, держащий склады на окраине столицы со всякой заграничной чепухой и доставший весь подъезд «Раммштайном».
– Вижу, помнишь. Так мы с Таром в одном из его ангаров с сигаретами маячок для телепорта оставили!
– А найдут?
– Чтоб найти, надо знать, что именно и где именно искать.
– И это советский инженер, более того – учёный со степенью кандидата наук.
– Ты ещё спроси, как баба Тома: «куды мир котитца?».
Ох ты, даже смеяться больно, да что там смеяться, Славка шевельнется на своём краю, а у меня мальчики кровавые в глазах. Но пару часиков поспать удалось, Имроева мазь потихоньку обезболила рваный разрез на предплечье, так что под гнусную трескотню будильника мы оба вскочили как укушенные.
Дом, слава богу, спит, только близнец-охранник дозором бдит периметр. Предлагала я братовьям завести парочку магических охранников в помощь, но они только фыркнули пренебрежительно, оба они сослуживцы Саниного батюшки, горные егеря, не угодно ли? Не извольте беспокоиться, госпожа, у нас магическая подготовка имеется, наведённая магия называется. Что за магия, я так и не въехала.
Сана помогла одеться, сноровисто сменила повязку, Славка давно готов и доедает пирожок с чем-то пахучим, а у меня аппетита нету, слегка знобит, но температура в норме. Рана не воспалилась, слава богу, ноет умеренно, главное – не размахивать рукой.
Повар торопится подать мне кисленькое питье:
– Самое оно, госпожа, когда кушать не хочется, укрепляющий напиток, рецепт моего прадеда, никакой магии, только травы.
– Спасибо вам, Бенгуст, вкусно! А можно мне такого с собой, во фляжку?
Повар польщённо кланяется и стремительно наполняет оплетённую бутыль на пару литров, затыкает плотно притёртой деревяшкой – вот и хорошо, пригодится, ежели попить захочется.
Скоро сказка сказывается… рассвет мы встречаем в этом проклятом замке. Времечко бежит, а моего одногруппничка не видать. Должно быть, его сиятельство долго спать изволят. Если вообще намерены посетить охотничий домик. Бенгустово питье выпили очень быстро, даже эльфы приложились, скучно им. Ожидание меня нисколько не тяготит, мазь всё ещё действует, хорошо приглушая боль, надо бы рецептик взять у Имроя. Повезло мне с работниками, зря я Сану в нехорошем заподозрила, просто сдержанная и взрослая девушка, дочь и сестра воинов. Откуда тут нежным цветочком быть, ежели в братиках четверо сорванцов. Подозреваю, барышня и оружием владеет, и драться обучена, то-то она на Ваську среагировала как на бойца. Свояк свояка видит издалека.
Тарин касается моего плеча:
– Видишь, Яна?
– Куда смотреть?
– Этот ублюдок пожаловал телепортом, сейчас он идет к парадной двери от конюшен, видишь?
– Артефакт-телепорт у него с собой, скорее всего, – Орон внимательно смотрит в проем амбразуры, – идет не спеша, как на прогулке. Думаю, малая ловчая сеть подойдет.
Тарин осклабился и аккуратно выпустил из рук светло-лиловое облачко, накрывающее графёнка ещё на подходе к двери, стоящий у входя «наёмник» проконтролировал срабатывание ловчей сети. Пойманный задёргался, однако «наёмник» с оттяжкой успокоил графского отпрыска.
Приёмная комиссия с председателем в моём лице, обоими эльфами и господином Славом тен Ферри терпеливо дождалась, пока сопляка приведут в вид, годный к употреблению.
Часом раньше доставили труп молодой девки, убитой дружком в подворотне, поэтому после короткого допроса Ориэла-младшего разыграли сцену убийства молодого графа случайной шлюхой.
Убитые магией и огнестрелом наёмники только добавят непонятного в общую картину того следствия, которое непременно состоится с благословения папочки убиенного. Ну, пущай ищет, уголовного сыска тут нет, помер Максим и хрен с ним. Папочка, разумеется, будет землю рыть, но много ли нароют человеческие маги? Эльфы и люди об отпечатках пальцев слыхом не слыхали, и как связать время убийства со степенью трупного окоченения тут тоже не знают. Криминалистики нет даже в зародыше, гильзы мы собрали, пули из тел извлекли маги, незачем это благословенное псевдосредневековье латунью и медью засорять.