Страница 17 из 63
Я отошел в бок, приняв скользящий удар на лезвие мифрилового меча, и сломал воскрешенному дворфу (или гному переростку, как я предпочитаю о них отзываться) оба колена мечом. Поборовшись еще секунд тридцать с ползущей тварью, размахивающей при этом мечом, мне удалось отрубить голову исстрадавшемуся телу.
- Ай! - Снаряд праха угодил в меня как раз в тот момент, когда я развернулся в направлении атаки живых мертвецов. Это действительно серьезная магия большой силы... Нам противостоял как минимум адепт. Пролетев несколько метров и ударившись о стену у входа в тоннель, я обнаружил, что защита не подвела.
- Все-таки Михаил действительно талантливый маг. - В очередной раз удивился я в слух, откашливаясь от пыли.
- Ты в порядке?
- Да, я в порядке! Берегитесь его глаз, не смотрите в них лишний раз, если не хотите оказаться под параличом!
Исчадие смерти. Нарушение законов природы, Адепт черной магии взирал на меня. Его шелковый балахон в магическом зрении светился от магии рун. Идеальный по форме череп двигался согласно мысленным указам поднятым телам. Множество немертвых дворфов, погибших в сражении, грозили затоптать нас числом. А длинный скелет лича возвышался над полем боя. С высоты своих двух метров он с чувством превосходства смотрел на меня. Это правда, после смерти лич приобретал огромную силу, но, в отличии от высших демонов, вроде меня, сохранивших чувство юмора, ощущение жизни и отточенный разум, на меня пялился обычный мешок костей, жаждущий признания. Ну ладно- ладно, я не высший демон, да и вообще, можно сказать, едва вылупился из небытия, но я смотрю в будущее!
- Откуда ты столько о них знаешь? Ты уже бывал в этом мире? - Не вовремя, как всегда, проявил любопытство Михаил.
- Тебе не кажется, что сейчас не лучший момент для восхищения? - Ответил я, отбиваясь от рук, поднятых мечом, магу, занимавшимся тем же самым с помощью электрических разрядов.
- Перед тем как попасть в свой мир, демоны со всех миров обитают в одном месте, где разные подлые сущности во время болтовни делятся огромным количеством полезной информации о своих мирах. Даже не думал, что это когда- будь пригодится. - Дал я объемную пищу для размышлений своему волшебнику. Может, теперь утихомирится хотя бы на пару дней?
Я отсек конечность наступавшему бородатому, перекатился между топорами еще двух и осмотрелся. Мертвецам конца и края не видно, мы дали повелителю черной магии слишком много первосортного материала для работы.
- Самурай, доберись до лича! Попробуй разрушить его концентрацию. Иначе нам не победить! Он уязвим к магии огня, поэтому лучше тебя никто не справится. - Немного лести, когда от этого зависит твоя жизнь? Почему бы и нет, учитывая, что на выживание духа я и не надеялся. Личи не зря зовутся высшей нежитью. А этот лич еще и один из элитных, наверняка у него найдется с десяток способов ослабить, а то и развеять сущность огненного духа... В общем, я пожелал самураю удачи в посмертии и отпрыгнул на пару шагов назад от очередного противника, чтобы не попасть в мир иной еще раньше. Мой клинок запел, как в позабытые времена. Я перенаправил кинжалом удар, летящий мне в голову, в сторону, ранив в область груди соседнего гиганта, и рассек колено ближайшего стража мечом. Перекатившись от еще одного направленного в голову тычка, я оказался в самого гуще боя. Выдернув нож из голенища одного из дворфов, я запустил его в сторону преследователей самурая, пытаясь таким образом облегчить ему непосильную задачу. Я едва не поплатился за это рукой, в последний момент уклонившись от стрелы. Не до смеха, когда жизнь висит на волоске. Мысль об исполнении цели и командной работе отошла на второй план. Выжить, - Вот работа истинного мечника. Ворваться, выполнить свою задачу, и дожить до следующего дня. Чужие руки, руки варвара, вспомнили
несвойственные телу мягкие, грациозные движения одного из телохранителей императора восточной империи. Чужие связки растягивались, впитывая всеми мышцами незнакомый стиль боя. Правая рука с мечом выпрямилась паралельно ноге, время вокруг практически остановилось. Кем бы ты ни был, ты всегда остаешься собой, вспомнил я слова своего единственного господина, погибшего много лет назад от рук предателей. Но сейчас я снова был тем самым воином, и никакие попытки возненавидеть мир, приспособиться, забыть о прошлом и стать тем, кто заботится только о себе, уже не имели значения. Как только я взял в руки меч, я снова стал самим собой. Настоящим собой. И воспоминания с новой силой ударили по мне. Я плавно развернул лодыжку и невидимым движением ринулся вперед.
Третий век нашей эры. Империя востока.
На горе фун зун стоял воин в легком, но прочном доспехе, дарованном самим императором. Его длинная коса была символом чести и верности его рода. Его меч, тонкий, как несколько женских волос, сложенных в ряд, был произведением искусства, которое лучший кузнец поколений ковал и затачивал десять лет. За ним стояли его друзья, они же верные телохранители Великого Императора Сай Вань Мэя. Ли Юнг провел каждого из них через десятки битв, и каждый из них был дорог ему как брат. И сегодня, когда границу нарушили всадники королевства Аранак, а армия внизу потерпела сокрушительное положение, десять лучших воинов империи должны были защищать своего императора.
- Ваше императорское величество, мы можем перегруппировать оставшиеся войска и уничтожить противника. Мы победим, ваше императорское величество. Только прошу вас, не подвергайте свою жизнь опасности. - Ли Юнг умолял своего господина отступить, но Сай Вань Мэй оставался непреклонен.