Страница 23 из 46
Виктор накрыл руку Ольги своей, а она ее не вырвала. Молодая женщина думала о том, что верно поступила, оставив на один день все проблемы и Кирилла в России. Пусть это нечестно по отношению к нему, но она позволила себе получать удовольствие от настоящего.
- Ты не устал?
- Нее, мам. Я хочу на ту горку, - он указал куда-то пальцем в окно.
- А ты не мал еще? - спросил добродушно Виктор.
- Я уже большой, - гордо произнес ребенок, чем заслужил несколько добрых улыбок.
- Когда мы уезжаем? - поинтересовалась Ольга.
- Думаю, утром. Хотел позвать тебя вечером в Мулен-Руж.
- Отлично, - Ольга искренне улыбнулась.
- Я не хочу уезжать завтра. Я еще не видел пиратский корабль, - закапризничал сын.
- Милый, у тебя еще целых полдня впереди.
- Все равно не хочу! Мне здесь нравится!
- Нам не обязательно уезжать, - поделился Толманский, испытующе посмотрев на молодую женщину, - все зависит только от твоей мамы.
- Мама! - выжидательно и требовательно ребенок глядел на нее, а слезы уже готовы были политься из глаз. Безотказный прием!
- Хорошо, - сдалась Ольга. - На один день задержимся, не больше.
Но они задержались почти на две недели. Ведь, оказалось, что в Париже есть также Аквабульвар. После того, как Данила посетил этот парк водных развлечений, им пришлось вернуться сюда еще несколько раз. Ребенок был в восторге и раздрае, сам не понимая, чего ему хочется больше в данный момент. Своими метаниями он одновременно мучал и веселил окружающих.
Но ребенка не только развлекали, молодая женщина прививала сыну хороший вкус, заставляя его послушно ходить по Лувру и Версалю. Что, казалось, для мальчугана с неуемной энергией непосильный задачей. Но Данила стойко терпел 'издевательства' матери, ведь на следующий день его снова ждали 'качельки'.
Каждое утро Виктор баловал Ольгу каким-нибудь небольшим подарком и корзинкой цветов. Подарки были самые разные: от красивых бриллиантовых часиков до маленькой коробочки с изумительно нежными пирожными из известной кондитерской.
Каждый вечер Виктор и Ольга неизменно проводили вместе. Они могли поужинать в маленьком неизвестном ресторанчике на Монмартре или посетить известную всему миру Гранд-Опера.
На четвертый день, когда Ольга уже засыпала, обнимая любовника, Виктор неожиданно выпутался из ее объятий. Вернулся он сразу, держа в руке планшет. Прижав к себе молодую женщину, он включил видеозапись. А Ольга расплакалась. Кирилл. Кирилл, покидающий следственный изолятор. Ни она, ни он не сказали друг другу ни слова. Девушка лишь благодарно поцеловала мужчину и спокойно заснула в его объятиях.
Иногда Толманский отлучался по делам, доверив заботу о дорогой женщине и ребенке Матвею.
Единственное, в чем отказал ей Виктор - это посещение парфюмерной фабрики Fragonard.
- Милая, я сильный оборотень, у меня слишком чувствительное обоняние, - мужчина обнял ее. - А твой запах слишком сладкий, чтобы его заглушать. А я ведь знаю женщин. Ты наверняка чем-то соблазнишься и захочешь этим пользоваться, а я не смогу отказать тебе в покупке, - объяснил он свой отказ.
Ольгу тогда больно резануло упоминание о других женщинах в жизни альфы, но она не придала этому никакого значения. Хотя Виктор все равно свозил ее в Ниццу и показал те лавандовые поля.
А накануне перед отъездом Ольгу ожидала неприятная встреча, которая позволила оценить, что значит истинная пара и верность, которую ей обещали. Кстати, о верности. В один из вечеров мужчина повел ее ужинать в кабаре 'Лидо'. Шоу, несомненно, было просто великолепным. Но Ольга чаще смотрела по сторонам, нежели на сцену. Похотливые, откровенные, сладострастные взгляды мужчин. Она вспомнила Кирилла, который любил посмотреть по сторонам в поисках красивой девушки и поймала взгляд Виктора, который не отрывался от нее весь вечер. Кажется, в том момент что-то окончательно изменилось в ее душе. Но поймет и сможет оценить это девушка еще весьма нескоро.
Ожидаемо, что сын последний день захотел провести в Дисней-Лэнде. Матвей и Данила осваивали какой-то очередной аттракцион, а Ольга стояла в стороне, наслаждаясь хорошей погодой и жмурясь под солнцем.
- Колесникова? - раздался знакомый противный голос из прошлого. Светлана Лапина. Ненавистная Лапа - звезда университета. Первая красавица. Девушка выглядела так, будто сошла с обложки журнала. Боевой раскрас, безупречная укладка, остро отточенные и отполированные до кристального блеска ноготки, мини платьице и высоченные шпильки. И она, Ольга - не накрашенная, с небрежным пучком, собранном на затылке, в простом сарафане и в босоножках на плоской подошве. - Поверить не могу, - девица приблизилась и расцеловала ее в обе щеки, впрочем, не касаясь кожи. - Что ты тут делаешь? А где твой очаровательный муж?
В самом начале знакомства с Кириллом, когда он не был официальным женихом, но активно ухаживал за ней, по университету ползли слухи о его романе с Лапой. Тогда Ольга только отмахнулась от досужих сплетен. Спустя несколько лет, когда она вместе с бывшим мужем посетила одну из встреч выпускников, застала любимого и эту целующимися. Кирилл тогда лишь усмехнулся, даже не извинившись:
- Любовь моя, я ничего не мог поделать, - мужчина развел руками. - Она сама на мне повисла. Но ты ведь мне доверяешь? Знаешь, что люблю только тебя?
Ольга промолчала. А он обиделся и целый вечер с ней не разговаривал.
Девушка не успела ничего ответить, как ее обладало знакомым ароматом альфы. Запах принес с собой чувство уверенности и защищенности.
- Держи, - мужчина протянул ей мороженое, за которым отходил. - Оказывается, фисташковое мороженое очень популярно. Ты просто не представляешь, на что пришлось пойти ради него.
Он приобнял ее сзади и только тогда обратил внимание на открывшую рот Лапину.
- Знакомая или досаждает? - поинтересовался Виктор у своей женщины.
Ольга не успела ничего ответить, лишь досадливо уставилась на расфуфыренную девицу.
- Светлана Лапина, лучшая университетская подруга Оли, - представилась девушка, выгодно выставив вперед грудь четвертого размера и призывно улыбаясь.
- Виктор Толманский. Мы собирались выпить кофе, хотите с нами? - предложил мужчина.
- С удовольствием. Только позвоню сестре, чтобы они меня не потеряли.
Ольга ничего не сказала, лишь поморщилась от подобной перспективы. Ребенок с Матвеем где-то еще веселились, потому сидели они за небольшим столиком втроем.
Виктору кто-то позвонил и, извинившись, мужчина отошел.
- О, какой мужчина! - протянула Лапа. - Богатый, да? Я по часам и по обуви сразу поняла, что очень богатый! Признавайся, где отхватила? И куда мужа дела?
У Ольги почти сразу от этой трескотни разболелась голова. Зазвонил ее мобильный телефон. Матвей и сын искали ее.
- Подожди, пожалуйста, мне надо встретить ребенка, - бросила она Светлане и выскочила на улицу.
А спустя каких-то пару минут из кафе донесся знакомый злобный рык и истошные женские крики. Ольга, не дожидаясь Данилу и Матвея, вернулась в кафе. Перед ее изумленным взглядом развернулась презабавная картина. Несколько перевернутых столиков, Лапа, валяющаяся на полу в раскорячку, держащаяся за лицо и что-то громко причитающая, вокруг расступившиеся и повскакивающиеся со своих мест посетители кофейни. Ольга прислушалась к стонам старой знакомой.
- Ты, идиот! Выбил мне зуб! Кретин! Инбецил! Придурок! Сволочь!
Девушка поискала глазами своего спутника. Виктор спокойно стоял в стороне и рылся в кожаном планшете. Извлек оттуда несколько крупных купюр и пренебрежительно бросил их на пол:
- Падать стоит удачнее, - насмешливо произнес он. - Но я готов поучаствовать в благотворительности.
Ольга не успела даже сообразить, как ее взяли под руку и вывели из кафе.
- Пойдем, - на грани слышимости прошептал мужчина, - не хотел устраивать скандал.
- Ты еще пожалеешь, Колесникова, - раздалось вслед им гневное шипение. Ольга лишь повернула голову и успела заметить, что банкнот на полу уже нет, а девушке помогают подняться.