Страница 50 из 147
Женщина пробежала текст глазами, улыбнулась, затем сурово взглянула на меня.
- Юноша, а тебе не кажется, что ты слишком долго добирался? «…по имени Шерлок Браун, которого встретил сегодня утром в парке…» - зачитала она вслух. – Утром, а сейчас уже почти восемь вечера.
Эмили еще несколько секунд посверлила меня глазами, потом, смягчившись, добавила:
- Хорошо, проходи. Обсудим твои приключения завтра, а сейчас тебе надо вымыться, поесть и ложиться спать.
- Спасибо, мэм. – Не передать словами, как я был благодарен за эти слова. Все сегодняшние события здорово вымотали меня, и я уже еле держался на ногах.
Все время, пока я пытался сюда добраться, я находился в страшном напряжении и постоянно отыскивал в себе силы двигаться дальше. Достигнув цели, я внезапно ощутил, что из меня будто вынули стальной, прут, который не позволял мне согнуться. Без него почувствовал себя тряпичной куколкой.
Я послушно последовал за Эмили в ванную комнату, где вымылся в большой медной ванне, полной еле тёплой воды. Затем, не почувствовав вкуса, выпил стакан принесенного ею горячего молока с какой-то сдобной булкой. И уже практически ни на что не обращая внимания, упал на узкую койку, стоящую в крохотной комнатке на третьем этаже здания, где, по видимому, мне и предстояло некоторое время пожить.
Не отвлекаясь на кучу мигающих перед глазами окошек и оповещений системы, уже через пару секунд я спал так крепко, как, должно быть, не спал никогда раньше.
***
Девушка бежала вдоль канала. Длинные волосы расплелись и как знамя развевались за спиной. Она бежала молча, почти не глядя под ноги, дыхание сбилось на хрип, но слепой ужас все гнал и гнал ее вперед.
Темная набережная была пуста и мертвенно тиха, казалось, даже вода прекратила свое движение. Слышалось только тяжелое дыхание бегущей.
Оглянувшись, она внезапно застыла на месте, всматриваясь во что-то, видимое лишь ей самой. Красивое лицо, ранее искаженное гримасой ужаса, внезапно расслабилось, глаза закатились.
С минуту, девушка спокойно стояла на месте, затем, не меняя выражения лица, подняла руки, обхватила себя за шею и принялась душить. Лицо ее посинело, глаза выкатились из орбит, но она все так же решительно продолжала стискивать шею руками.
Даже упав на землю, ни на секунду не ослабила смертельной хватки.
Внезапно, туман, который, поднимаясь от реки, белесой пеленой покрывал мостовую, стал как будто плотнее, превращаясь в какую-то, молочного цвета, слизь. Волна этой белой массы накрыла тело девушки, обхватила его своими полупрозрачными щупальцами, полностью скрыв из вида, превратив в дрожащий, как желе, кокон.
Когда через пару минут туман развеялся, трусливо отползая обратно к воде, на мокрой набережной осталось лежать тело. Белое, обескровленное лицо, черные следы пальцев на тонкой шейке - еще одна жертва «Ночного душителя».
На мраморных щеках девушки медленно, будто выступая из-под кожи, проявились странные, ни на что не похожие знаки.