Игра стихий

– Поймаю – хвост оторву, – пообещал Ларс, но уже без злобы. – И как нам отловить эту зверушку?

– Погоди ловить, – осадила его Мариза. – Расскажите еще. Домовой-то почему?

– Потому что живут в домах, – пояснил Лин. – Выбирают себе дом – и все, это их территория.

– В смысле – их? Считают себя хозяевами? – удивилась Агата.

– Нет, скорее, хранителями дома и его обитателей.

– О да! – Ларс скептически хмыкнул. – А нам достался неправильный хранитель. Который пакостит.

– Дело в том, что домовые имеют еще ряд особенностей, – произнес Бес. – Они не любят покидать выбранное жилье, не могут покинуть горный – без подпитки силой им не выжить. А вот их характер зависит от обитателей дома. Они улавливают малейшие оттенки настроения, угадывают желания – как будто читают мысли.

– Но не читают? – уточнил Камиль.

– Да никто не знает точно, – пожал плечами Бес. – Даже если это так, жильцы на домовых не жалуются. Обычно все находят с ними общий язык и мирно сосуществуют.

– А еще, надо полагать, они маги… – Ларс взмахнул руками, отгоняя от лица пух.

Надо признать, что и мне пух порядком надоел. Постоянно приходилось отплевываться и тереть нос от щекотки.

– Маги, – кивнул Лин. – Они легко учатся трюкам, которыми владеют обитатели дома. Например, ваш домовой определенно силен в системной магии. Тут по всему дому установлены структуры-вентиляторы, они гоняют воздух по определенной схеме, поэтому пух и летает. Чего вы их не уберете-то?

Мы переглянулись и разом вздохнули.

– Не видим мы их, – признался Камиль. – У нас сегодня только первое занятие по системке было.

– А, ну да… Маскировка же еще… – Лин ухмыльнулся. – Помочь?

– Да! – встрепенулись Агата, Мариза и я прежде, чем ребята успели возразить.

– Только еще как-нибудь пух собрать бы, чтобы не ручками… – добавила я.

– Ленивая мышка, – шепнул мне на ухо Бес.

Я лишь грустно на него взглянула. Не ленивая, а уставшая. Всего второй день учебы заканчивается, а такое впечатление, что вторая неделя. К утру в доме должно быть чисто. А еще мы так и не поговорили о системе отопления. И задания учителей я не выполнила. И неизвестно, какие завтра предметы. И вставать рано утром и снова бежать этот дурацкий кросс!

Бес снова погладил меня по спине, словно почувствовал мое состояние. Не словно, а почувствовал. Лойи, как же я устала, если забываю даже об эмпатии!

– Пух я соберу, было бы куда… – вздохнул Ларс. – Непонятно, где наш пакостник наперники прячет. А его вообще как-то можно увидеть? Поговорить с ним?

– Думаю, он покажется, если вы все этого захотите, – сказал Лин. – Улавливают настроение, угадывают желания, помните? Возможно, он не захочет появляться при гостях…

Бац! Прямо на чайном столике возникла тигробелка. Морда довольная, хвост трубой. Уселась и потупила глазки. Мол, вот она я, вся такая красивая. Подозреваю, именно я и была причиной того, что она не являлась раньше. Я же не хотела, чтобы Ларс ее поймал.

Все сгрудились вокруг столика, рассматривая домового. Так все же он или она?

– Ты девочка? – спросила я.

Тигробелка отрицательно покачала головой и фыркнула. Ага, значит, мальчик. Тигробелк. Фу ты… Надо же ему имя придумать?

– А имя у тебя есть?

Домовой задумался и снова отрицательно потряс головой.

– А хочешь имя?

Домовой хотел. Он даже точно знал, кто должен дать ему имя, потому что показал на меня лапой.

– Я должна дать тебе имя?

Кивок.

Я посмотрела на ребят.

– Ладно, это справедливо, – сказала Агата. – Тебе первой он показался.

– Кстати, почему? – поинтересовалась Мариза.

– Да из-за еды, – пояснил Бес. – Он же вам от прежних жильцов достался, так что провел в консервации много лет, вместе с домом. Проголодался. А тут пирожное, потом булочка… Они силой питаются, но обычную еду очень уважают.

– Прикормила, значит… – фыркнул Ларс. – Давай, называй.

Камиль и Мариза тоже не возражали. Я задумалась, но ненадолго.

– Нарекаю тебя Тишкой, – объявила я, и домовой довольно заверещал.