Страница 23 из 125
– Поясни, – попросил Инвар. – Ты говоришь о том, что ее родители были сильными магами или… – он замолчал, предлагая мне продолжить.
– Она не ходила в школу, домашнее обучение, – поспешно уточнила я.
Неужели не угадала? У Агаты немного вытянулось лицо, и губы она поджала. Надеюсь, не обидела ее ненароком. На остальных я не смотрела, лихорадочно соображая, что еще могу сказать.
– Допустим. – Инвар слегка улыбнулся. – Еще?
Больше ничего в голову не приходило. Я знала, что Агата умелый маг земли и природы. Я видела, как трудно ей было во время испытания: она непривычна к физическим нагрузкам, лишний вес ей мешает. Я могла бы назвать ее стеснительной и любопытной. Но факт из ее биографии? Увы, нет.
– Больше ничего, – призналась я.
Стало неловко, как будто провалила задание. А если Инвар и за это назначит наказание? Для всех. Нет, я же отказалась от командного обучения. Значит, не стоит переживать.
– Печально. Теперь ты, Агата.
Агата снова удивила, и не только меня.
– Первое – сирота, второе – мастер ветров, первая степень, третье – дважды выигрывал ежегодное состязание в гильдии, – выпалила она на одном дыхании.
– Эй, так нечестно! – тут же возмутился Ларс. – Она просто прочла татуировку!
– Которую ты скрываешь за иллюзией? – усмехнулся Инвар. – Ее наблюдательность достойна похвалы. Агата сумела увидеть и сумела прочитать.
Татуировка? А мне и в голову не пришло. Только сейчас вспомнила, что в гильдиях принято наносить на кожу особые знаки. А ведь Бес тоже скрывал от меня татуировку за иллюзией…
К чести Ларса, он не стал спорить, и теперь на его руках проступили темные рунические знаки. Словно два массивных браслета, они охватывали запястья широким кольцом. Символ отца, он же глава гильдии, и отсутствие символа матери. Агата права, скорее всего, Ларс – сирота, взятый на воспитание в гильдию. Знак мастера – пятая ступень из восьми. А вот с победами труднее, этого я прочитать не могу, не хватает знаний.
– Ларс, чем ты порадуешь? – спросил тем временем Инвар.
– Практически ничем, – неожиданно признался Ларс. – Бывшая инквизиторша, сбежавшая из страны, – это все, что я точно знаю о Синеглазке.
– Уверен? – уточнил Инвар.
– Вполне.
– Хорошо. Мариза, тебе слово.
В отличие от Камиля, Мариза тактичностью не обладала. Скорее, даже специально ударила наотмашь, словно хотела отомстить. Вот только ему или мне?
– Камиль – сын королевского алхимика Шейора, казненного за предательство.
Преступление против главного закона взаимоотношений между драконами и людьми в любой стране считается предательством. Но зачем она… так? Я смотрела на побледневшего Камиля и жалела его. Шейор стал причиной моих несчастий, но к сыну он, наверняка, был добр. Камиль не мог не переживать из-за смерти отца, и публично раскрывать его тайны – жестоко.
– Камиль – лучший фехтовальщик королевской академии магов, – добавила Мариза.
А это она как узнала? Он сам рассказал?
– Еще он прилично играет в шахматы, обожает клубнику, великолепно рисует, ненавидит бульон, боится пауков…
– Мариза, остановись, – попросил Инвар, – достаточно.
– Досье на меня собирала? – поинтересовался Камиль ровным тоном.
Он все еще был бледен, но внешне держался неплохо. А вот защита дала брешь, и я наконец-то смогла почувствовать его настоящие эмоции. Ненадолго, но меня окатило волной боли и гнева. Я невольно поежилась и снова поймала на себе внимательный взгляд Инвара.
– У бывшей инквизиторши тоже есть свои тайны, – быстро ответила Мариза.
И когда Камиль успел ей насолить? Она даже на меня так не нападала. Неужели поругались, пока я по лесу… но тогда не Мариза рассказала обо мне Камилю.
– Потом будете отношения выяснять. – Инвар решительно призвал обоих к порядку. – Итак, кто лучше всех справился с заданием? Камиль, говори.
– Агата, – ответил он не задумываясь. – У Джейн тоже неплохо получилось.
Я удивилась не столько похвале, сколько быстрой реакции на вопрос наставника. А ведь в душе у него сейчас такое творится…
– Теперь Мариза ответит, кто задание провалил.
Когда Инвар начинал разговаривать тоном, источающим мед, меня бросало в дрожь. Ничего хорошего это не предвещало. Мариза ответила не сразу. Она покусала губы, нервно поправила волосы, одернула кофточку и только потом нехотя призналась:
– Я провалила. И Камиль тоже, но он повел себя более… тактично.