Страница 4 из 80
— Гэндальф, — Элронд обернулся, — не подначивай ее.
Волшебник нахмурился, делая вид, что не понимает о ком он.
— Лириан. Гэндальф, не разжигай в ней пламя.
— Ты не хуже меня знаешь, что если не я, то кто-то другой разожжет его в ней, — свел кустистые брови Гэндальф. — Ты видел ее судьбу, она не может вечно сидеть в Имладрисе.
— То, что я видел, мне не по нраву, Гэндальф, — сказал Владыка.
— Но этого не избежать, ты не можешь запереть ее здесь.
— Я могу, — сказал Элронд. — Ровно, как и изменить ее судьбу.
— А что насчет судьбы мира? — спросил Гэндальф. — Ты знаешь, что они тесно связаны.
— Поэтому я сделаю все, чтобы изменить это.
Гэндальф вздохнул. Сейчас упрямство Элронда напоминало ему упрямство Торина.
— Я ее отец и обязан защитить свою дочь, — подытожил Элронд.
Мудрый Гэндальф не стал спорить с Владыкой. Он молча развернулся и ушел, мечтая о том, как присядет на ступеньках и закурит трубку, погрузившись в размышления.
Гости пробыли в Ривенделле около двух недель. Бильбо каждый день много гулял по долине, находя все новые и интересные для себя вещи, будь то статуя красивой девы или небольшой грот, покрытый виноградной лозой. Часто его сопровождала Лириан, и они успели хорошо подружиться за это время.
Элронд оттягивал момент, когда гномы захотят уйти. Он не считал их затею глупой, но был уверен, что это не понравится Совету Мудрых, от которых тайный поход к горе не укроется. Гномы сами решили, когда уходить, не говоря об этом Элронду. Вечером в последний день пребывания гостей в Ривенделле Лириан брела по тропинке долины в поисках Бильбо. Едва она зашла под козырек горы, с которой шустрым потоком срывался водопад, ее окликнул Гэндальф.
— Митрандир, — обрадовалась Лириан.
— Далеко забралась, — прокряхтел Гэндальф, вставая на уступ под водопад.
— Я ищу Бильбо, ты не видел его? — спросила Лириан. — Утром они уходят, я боюсь, что он избегает меня.
— Думается мне, маленький хоббит привязался к тебе и боится слов прощания, — произнес Гэндальф. — Он боится, что не вернется домой.
Лириан погрустнела. Бедный маленький хоббит. Такой веселый, добрый и совсем не годный к сражениям и печали.
— Лириан, кхм, ведь братья обучили тебя стрельбе из лука и сражению на мечах? — как бы между прочим спросил маг.
Эльфийская дева посмотрела на него, широко распахнув глаза. В глубине зеленых, как листья молодых березок глазах загорелся интерес, загорелось желание. Ей не нужно было отвечать на этот вопрос, Гэндальфу все было прекрасно известно.
— Я не всегда смогу сопровождать отряд, а полагаться на гномов конечно можно, но, учитывая позицию Торина, мне тревожно за хоббита, — продолжил Гэндальф. — Я предлагаю тебе пойти с ними.
Сердце Лириан забилось сильно и часто. Волшебник серьезно предлагал ей отправиться в путешествие на северо-восток вместе с гномами. Перед ее глазами сразу же пронеслись невероятные красоты гор и зеленые поля у Каррока. Как она мечтала пройти эльфийской тропинкой в Темном лесу. В ее юную голову не пришла мысль о том, как опасно это путешествие, но грусть все равно снедала ее.
— Я не могу оставить отца, — произнесла она.
Взгляд ее потух, даже лицо словно побледнело. Гэндальф нахмурился:
— Твоя преданность Владыке этого края похвальна, но оставаясь здесь навечно, посмотри, сколько ты теряешь. Тебя угнетает размеренная жизнь этой долины, где ты знаешь каждый кусочек плоскогорья, каждую тропку и каждое деревце как свои прекрасные пальчики. Мир, он совершенно иной за горами, и ты это прекрасно знаешь. Ты бы видела, как загорелись твои глаза, когда я предложил тебе присоединиться к походу. Лириан, твоя судьба ждет тебя за порогом.
Лириан вскинула голову и снова посмотрела на мага тем же горящим взглядом. Митрандир не бросает слова в пустоту. Судьба. Если ее судьба будет вершиться где-то там, то она просто обязана пойти.
— А как же отец? — спросила она, уже повернувшись, чтобы начать сборы.
— Я сам ему скажу, и все объясню.
— Митрандир! — окликнул мага Линдир, посланный Владыкой. — Лорд Элронд срочно зовет вас.
— Лириан, гномы соберутся на рассвете у заброшенной восточной тропы. Уходите тайно, никому ни о чем не сообщай. Выведи их, они не знают дороги, выведи на тропы Форн-эн-Андрафа, а дальше Балин знает куда идти. Ждите меня в горах, я нагоню вас, — быстро сказал он Лириан и, расплывшись в улыбке, последовал за Линдиром.
Уже в сумерках, Владыка Ривенделла и Митрандир прохаживались по мостику над бурными речными потоками.
— Я собирался рассказать тебе, — говорил Гэндальф. — Я только и ждал этой возможности. И ты можешь не сомневаться, я знаю, что делаю.
— Вот значит как, — произнес Элронд. — Этот дракон спал последние шестьдесят лет. Что если ваш план провалится? Что если вы разбудите зверя?
— А если нас ждет удача? — ответил вопросом на вопрос Гэндальф. — Если гномы вернут себе гору? Наша оборона на востоке будет намного крепче…
— Это очень опасный шаг, Гэндальф, — прервал его Элронд.
— Куда опаснее ничего не делать, — возразил маг. — По праву рождения трон Эребора принадлежит Торину. Чего ты боишься?
— Ты что забыл? Тяжкое бремя безумия лежит на всей его семье, — напомнил Элронд. — Его дед потерял рассудок, его отца сразил тот же недуг. Ты готов поклясться, что Торин Дубощит устоит перед ним?
Митрандир промолчал.
На ярус выше в тени колон стояли Бильбо и Торин. Не было не единого шанса, что они не слышали разговор. К ним неслышно подобралась Лириан.
— Идем, — прошептала она. — Нам пора, если хотим ускользнуть незаметно и быстро.
Хоббит и гном поспешили за эльфийкой.
— Гэндальф, подобные решения мы не вправе принимать в одиночку, — продолжал разговор Элронд. — Ни ты, ни я не можем перекраивать карту Средиземья.
Они начали подниматься по ступеням, ведущим на большую открытую веранду на самом верху дворца.
— С нашей помощью или без нее, эти гномы отправятся к Одинокой горе, — продолжал Гэндальф. — Они намерены вернуть свой родной дом. И думается мне, что Торин Дубощит не станет просить у кого-либо дозволения. И я сам тоже не стану.
Они вошли на веранду.
— Не передо мной нужно вам держать ответ, — произнес Элронд, переведя взгляд вперед.
Гэндальф перевел взгляд туда же и замер в изумлении. Перед ним в лунном свете стояла Светлая дева Золотого Леса. Она медленно обернулась, представ пред ними в невероятной красоте и величии.
— Леди Галадриэль, — поприветствовал Гэндальф, подавшись вперед.
— Митрандир, — отозвалась та. — Elme andave u-can (Мы долго не виделись).
— Nae nin gwistant infa
Галадриэль улыбнулась.
— Я не подозревал, что Лорд Элронд послал за вами, — удивился Гэндальф, глядя на Элронда.
— Он не посылал, — раздался низкий голос, принадлежавший высокому старику в белой мантии и черным посохом в руках. — Это сделал я.
Гэндальф закрыл глаза, он явно не был рад этому старику. Но когда Митрандир обернулся, на его лице сияла притворная улыбка.
— Саруман, — склонил голову Гэндальф перед верховным истари.
— Ты весь в хлопотах, я смотрю, мой друг, — ухмыльнулся Саруман.
***
На веранду, где только что состоялся Совет Мудрых, быстрым шагом зашел Линдир. Он был взволнован и напуган.
— Владыка Элронд, гномы. Они ушли. Вместе с полуросликом и вашей дочерью.
Глаза Элронда потемнели, он сурово свел брови и посмотрел на Гэндальфа, вставшего из-за стола.
— Ты пообещал мне не говорить с ней, — произнес он. — Иди за ними, и верни мою дочь домой, — громкость голоса Элронда повышалась.
— Лорд Элронд, — вмешалась Галадриэль, подойдя к мужу своей дочери. — За своей безумной любовью к Лириан ты закрыл глаза на то, что у нее своя дорога в этом мире и она должна следовать зову своего сердца. Ты не удержишь ее здесь.