Страница 7 из 60
- Почему ты не любишь работать с мечом? - спрашивал ее Эрик. - Я, когда работал в замке, часто смотрел за тренировками стражников. Жаль, что нам негде научиться искусству такого боя. Мы тогда могли бы нападать на торговые обозы, а не на одиночек или хуторян. С них много золота не возьмешь.
- Я люблю арбалет, - лениво отвечала Адриан, подставив лицо ласковому Солнцу, - он у меня всегда в цель попадает и крови мало. Неохота каждый раз костюм от грязи отстирывать.
- Ты чего такой кровожадный, - смеялся Ларс, повернувшись к другу, что, тренируясь, остервенело, орудовал мечом, - мне вот много не надо. Накоплю золота и уйду в далекое плавание. Хочется посмотреть, где заканчивается наше море. Там можно будет купить домик и спокойно встретить старость.
- А ты когда успел стать таким добреньким, - с насмешкой огрызался Магнус. Он растянулся на земле и задумчиво покусывал травинку, - забыл, как голодным по помойкам лазил и жизнью рисковал, забираясь в лавки к торговцам. Что - то никто не пожалел голодного сироту. А граф, преисподняя его праху, вообще хотел убить, а стражники с Колдуном ему помогали уничтожать десятки детей, а то и больше. Хорошо Акула нас спасла, а то уже в Мире грез бы почивали. Все общество «Горного» поселения виновна в нашем падении, и меня лично, совесть не мучает. Не хотят добровольно делиться, тогда пусть идут к предкам, мне их не жаль. Мы не убиваем, а сражаемся за добычу. Закон природы, побеждает сильнейший.
- У нас нет назад пути. Я лучше погибну в битве. Не хочу закончить свою жизнь в узилище или на плахе. Король прислал к нам нового графа и тот очень жаждет разобраться в смерти своего родича Уолтера. Будем надеяться, что он не повторит ошибки предшественника, - вздохнула разбойница и неохотно поднялась, сладко потягиваясь, - раньше мечтала разобраться с темными силами, что разоряют наши земли и поселение, но понимаю, что одной это не осилить. Мне не хватает знаний. А нашим правителям, как видно наплевать на народ и их нужды. Значит, и мы будем жить, как можем и радоваться, что не голодаем и не мерзнем ночами от холода.
- Хорошо сказано, - согласился с ней всегда молчаливый Элиас. У него была семья, которая продала парня, но он в душе тосковал по дому, - нас предали родные, поэтому мы больше ничего никому не должны. Да, и попасть в замок, чтобы найти проклятый Алтарь, нереально. Еще нужно знать, как его уничтожить. Без сильного и знающего Мага не обойтись.
- Значит, говорить больше не о чем, - Свен приготовился вести к ручью трех коней, что им удалось заполучить у торговцев, - Акула, закончился сбор урожая и у селян полные амбары. Нам тоже нужно запастись зерном на холодное время года и овощами. Для таких вылазок не помешало бы еще приобрести несколько лошадок. Я выследил, где они пасутся. Это будет несложно сделать.
- Сегодня вечером идем за рысаками, а завтра грабим амбары и погреба дальних селян. Их мы еще не потрошили. Пусть поделятся с лесными братьями, - хохотала рыжеволосая девушка, командуя своим парням быстрее готовить обед, - ужинать будем поздно, если получится.
Иногда ночами атаманша вспоминала маму и братьев. Душа помимо ее воли тревожилась, живы ли ее родные, но Акула гнала от себя эти невеселые мысли, и пыталась забыть их предательство. Сколько она себя помнила, все время заботилась о семье, и сейчас ее грызла совесть, а злость и обида с годами уходила. Девушка решила, что пришло время навестить свой дом. Сейчас она выросла и может дать отпор городским стражникам. Радовало одно, что граф все же в тот ужасный день умер, но злило, что Колдун не сбежал, а стал служить новому хозяину и его семье.
- Надо еще подкопить золота и одежды, - уговаривала себя разбойница, - потом забегу к ним на часок.
В раздумьях пролетел еще один месяц. Наконец, Акула решилась на поездку в «Горное» поселение. Она прикрепила к седлу подарки, наказала Свену страховать ее, наблюдая со стороны, чтобы не прозевать слежку, и они покинули лагерь. Парень всегда ненавидел отца, который пил и бил маленького сына, но тоже был не против узнать о его судьбе. В душе девушки копошилась тревога, но это было не предчувствие опасности для нее, а ощущение беды для семьи, которую нельзя исправить. У дома Акулы друзья расстались и договорились встретиться, как обычно в детстве на перекрестке дорог. Предводительница разбойников осторожно вошла в незакрытые двери и оглянулась вокруг. Нищета комнаты болью отозвалась в ее сердце, и она звучно выдохнула, мысленно проклиная графа и всех правителей Агдара. Мать не сразу узнала ее, и Акуле пришлось назвать себя.