Страница 78 из 89
Когда все вышли на двор, Назар снова обратился к назначенному начальнику стражи.
- Борислав, как в страже обстоят дела с лошадьми?
Страж даже приосанился от такого вопроса.
- Дела отличные. Даже при нынешней ситуации смогли сохранить голов двести.
- Ну, теперь, я думаю, они понадобятся. Как ты смотришь на то, чтобы подчистить Марим-порт?
- Очень положительно. В последние годы порт стал клоакой и сборищем бездельников и бандитов.
- Ну, здесь я с тобой не совсем соглашусь. Более того, собираюсь из тех, кого ты назвал "бездельниками и бандитами" набрать две команды для будущего торгового флота Марима. Только к этому нужно творчески подойти. В общем, так, сажай сотню стражников на коней. Да, выдели полсотни лошадей для моих людей. И поедем отлавливать тех, кто остался в Марим-порте. И уже на месте определимся, кого в команду, кого на виселицу. Как тебе предложение?
- Эхехе... новые времена, новые веяния. Меня возьмёшь? - ответил Борислав.
- А как же. Ведь порт входит в состав города. Так что пришла пора навести в нём порядок.
Через час из ворот города выехали полторы сотни всадников и рысью поехали в порт. Перед самым портом, всадники разделились таким образом, чтобы окружить постройки, прилегающие к порту и не дать никому сбежать. И началась потеха. Бомжей и прочий люд отлавливали везде, где они могли спрятаться и всех вели к корчме "Жемчужная лагуна".
Вскоре там собралось до шестидесяти оборванцев. Не сказать, что они кротко восприняли факт пленения. Но превосходство стражников и гвардейцев останавливало попытки взбунтоваться.
Когда Борислав доложил, что собраны все, кого удалось обнаружить, перед собравшимися выступил Назар. Он вышел к толпе оборванцев и обвёл их взглядом, полным жалости.
- Во что вы превратились, матросы торгового флота Марима? Жалкие оборванцы, выживающие из последних сил. Мне стыдно, что когда-то мы вместе покоряли моря, вместе дрались плечо к плечу. Докатились до ручки.
И Назар замолк. Молчала и толпа.
- Так что будем делать с вами? - Продолжил Назар.- Горячие головы требуют вас перевешать, как бешенных собак.- При этом тролль бросил быстрый взгляд на Борислава.- Решайте сами. В порту стоит два корабля с мачтами. Так что виселиц хватит на всех.
При этих словах, Ирида дёрнула поводья своего коня, и тот стал сдавать назад, но жёсткий удар в бока остановил его маневры.
Толпа смотрела исподлобья и молчала. Вдруг откуда-то из середины толпы раздался крик.
- Ха, шхуны давно уже пора в утиль сдавать. Так что мачты вряд ли выдержат такую кучу висельников.
Назар вскинул голову и всмотрелся в толпу.
- Илий, чем кричать из-за спин, выйди вперед. Или совсем стал трусом?
- Кто стал трусом? - вскричал Илий и стал расталкивать толпу. Когда он пробрался в первый ряд, Назар продолжил.
- А ведь одну из шхун мы с тобой, да остальными восстанавливали в Голубой лагуне. Помнишь тот бой, когда шхуна получила магический удар ниже ватерлинии, и пришлось выбрасываться на берег, чтобы не пойти на корм акулам?
- Помню, конечно.
- Так что помешает сейчас восстановить две шхуны и выйти на них в море?
Толпа молчала, ошемленная от предложения. И только Илий удивленным голосом проговорил.
- Так что ты не собираешься нас вешать?
- Вот ещё, пачкать руки о всяких бродяг и брать грех на душу. Я хочу, чтобы вы вспомнили, что когда-то были моряками. И надеюсь, что вы, как и я, хотите выйти в море снова. Но для этого нужно восстановить наши корабли. Что я и предлагаю вам сделать. Заранее сообщаю, что каждый, кто войдет в состав команды по восстановлению, по окончании работ получит по одной серебряной монете. А кто не согласен... вольному воля. Только места ему в порту уже не будет. Так что выбирать вам и не из чего.
Толпа враз оживилась, зашумела. Назар выждал некоторое время и задал вопрос.
- Так вы принимаете моё предложение?
Из толпы понеслись одобрительные крики.
- Если так, то предлагаю разделиться на две команды, по тридцать человек в каждой.
Толпа пришла в движение и стала расходиться на две кучки. Когда разделение закончилось, Назар поставил главным в одной команде Илию, а во второй Никодима, которого знал лично. В завершение встречи, Назар приказал позвать хозяина корчмы. Когда тот пришёл, Назар вынул из кармана золотой и подняв его вверх зычно заявил.
- Хозяин, вот тебе золотой для того, чтобы все эти порядочные люди питались у тебя три раза в день в течение двух месяцев. И только попробуй меня или их, - он кивнул на толпу,- начать обманывать. Ты наши законы знаешь. - И он бросил золотой в сторону хозяина корчмы. Тот ловко схватил монету, прикусил ее на зуб, удивился, и, непрерывно кланяясь, стал отходить к корчме. Назар же обратился к командам. - Вы всё слышали? С этого момента не воровать, не драться. Наказывать буду жёстко, вы меня знаете. Приступайте к ремонту сегодня же.
- Назар, а перед работами поесть-то можно? - Раздалось из толпы. В ответ, Назар расхохотался. - Конечно, можно. За всё уплачено.- Эти слова были встречены с ликованием, и толпа двинула к корчме. Но корчма не была рассчитана на всех. Потому посовещавшись, новоявленные моряки решили, что сейчас поест только одна команда. А вторая в это время сходит в порт и осмотрит корабли на предмет определения качества их изношенности. А через час поменяются. На том и закончилась так называемая облава.
Это было настолько неожиданно даже для тех, кто участвовал в ней, что Борислав всю оставшуюся дорогу до города, удивлённо качал головой и что-то шептал. Впрочем, остальные настолько устали, что решили отложить обсуждение на более благоприятное время. А потому молчали. И только Демиду, а, может быть, и не ему одному в голову пришла шальная мысль: - Откуда у Назара золотой? Ведь он вроде бы все монеты высыпал в сундук? - Но мысль как пришла, так и ушла, не получив внятного ответа.
Следующий день был тоже загружен, причём, прямо с утра. Ведь в этот день был назначен сход для выбора нового градоначальника. Потому народ стал стекаться на центральную площадь с утра, что потребовало привлечения почти всей стражи для поддержания хоть какого-то мало-мальски подобия порядка. Пришлось посуетиться и нашим героям.
А потом начался этот самый сход. И почти сразу определились два претендента. Более-менее зажиточные жители, когда-то бывшие купцами, выдвигали на этот пост знаменитого купца Мадиса. Впрочем, в другой половине схода он был больше известен, как хапуга, который всё время норовил набить свою мошну. Потому ремесленники выдвигали в градоначальники своего ставленника - Рогнада, который был не только прекрасным мастером по металлу, но и считался бескорыстным человеком.