Страница 9 из 11
Семин Константин стоял на обочине Ленинградского проспекта и, протянув руку, пытался остановить ночных извозчиков-нелегалов. Внешний вид Константина не вызывал подозрений и страха у людей. Он был худощавого телосложения, носил аккуратно расчесанные прямые волосы, на ногах темные лакированные туфли, не смотря на холодную погоду, зауженные классические брюки, сверху носил темный плащ. Никому и в голову придти не могло, что за этим интеллигентным молодым человеком скрывается матерый преступник. Поэтому через десять минут простоя у дороги, Константину удалось остановить автомобиль Опель бардового цвета. Находившийся в ней водитель спросил Константина:
— Вам куда?
— Здесь не далеко, стадион «Спартак», — ответил Семин.
— Три сотни и мы на месте, — продолжил водитель.
— Хорошо, шеф, — добавил Константин, усаживаясь на переднее пассажирское сидение.
Машина тронулась в заданном направлении. Отъехав примерно сто метров от места посадки, Костя обратился к водителю:
— Шеф, там, на дороге стоят мои друзья, давай заберем.
С видимым недовольством водитель посмотрел на пассажира, но возражать не стал, кивнул головой. Через несколько метров на обочине они увидели два мужских силуэта в темной одежде. Водитель остановил машину. Молча молодые люди сели на заднее сидение автомобиля. После того, как они закрыли за собой дверь, водитель продолжил движение. В районе стадиона «Спартак» практически в безлюдном и неосвещенном месте, они попросили остановить рулевого машину, объяснив, что прибыли к нужному месту. Водитель послушно выполнил их просьбу. Он включил освещение в салоне и попросил расчет. В тот же момент к его затылку Шилов приставил обрез ружья сзади. Семин потребовал от водителя отдать все наличные деньги, которые у того были. Но водитель оказался не из робкого десятка, стал разговаривать с нападавшими на повышенных тонах, требовал чтобы они покинули машину. В свете салонного освещения водитель автомобиля через зеркало заднего вида увидел лицо Сергея Шилова. Он узнал его. Еще в школе они учились в параллельных классах. Водитель выкрикнул на весь салон, что знает Шилова и пригрозил ему обращением в милицию. Это был необдуманный поступок. В салоне раздался хлопок, брызги крови полетели на лобовое стекло, салон наполнился пороховыми газами. Бездыханное тело водителя тут же опустилось бесшумно в кресло. Испачканный брызгами крови Константин закричал на Шилова:
— Зачем? Мы же договаривались некого больше не убивать!
Спокойным голосом, будто ничего не произошло, Шилов ответил ему:
— Ты же слышал, он меня узнал.
Сильный аргумент Шилова успокоил Семина. Тем более, в руках Сергей по-прежнему держал обрез.
Все трое вышли из салона автомобиля. Отдышавшись, принялись за дело, ради которого и была вся эта затея. Константин Семин начал выворачивать карманы убитого, извлекая все их содержимое наружу. Кроме кошелька, документов на автомобиль и водительского удостоверения, при убитом водителе ничего больше не было.
В кошельке как назло денег оказалось триста рублей. Поживиться особо было нечем. Забрав кошелек и все документы убитого, Семин стал шарить по салону автомобиля. Чтобы тело не мешало Семину, Шилов и Данилов отнесли труп в канаву неподалеку от места убийства. Чтобы не уходить с пустыми руками и хоть чем-то поживиться, Константин не удержался и вырвал с передней панели магнитолу. Затем, вынув ключи из замка зажигания, открыл багажник. На дне багажника лежал дорогой набор инструментов, который тоже стал добычей криминальной троицы. Перед тем как бросить машину и отправиться восвояси, Семин тряпкой, которую нашел в салоне автомобиля, протер все места, где могли оставаться их следы пальцев рук. Надев на руку перчатку, он вставил в замок зажигания автомобиля ключи, завел двигатель. Закрыл двери салона, после чего все трое со скудной добычей направились в сторону дома Шилова.
Двигаясь в сторону жилища, Данилов спросил у Семина:
— Костя, зачем ты завел двигатель машины?
— Пусть это будет нашей визитной карточкой, — произнес Семин.
Глава двадцать первая. В опорном пункте участковых
Уже была вторая половина декабря. Все ближе приближались новогодние праздники. Работая в своем районе с материалами проверок по заявлениям жителей, Нестеров решил заглянуть в опорный пункт милиции, в котором работал участковый инспектор милиции Машков Александр Николаевич. Капитан милиции Александр Машков работал на своем административном участке вот уже три года. По своей натуре Машков был флегматичным человеком. Карьерная лестница по службе его не интересовала. Жизнь капитана была тихой, размеренной и неторопливой. Он аккуратно и в сроки выполнял задачи, поставленные перед ним руководством, задержек по рассмотрению заявлений граждан никогда не допускал. Лишнюю инициативу в работе капитан Машков не проявлял. Но пользовался авторитетом у проживающих в районе граждан.
Вот и сейчас, когда Нестеров зашел к нему в кабинет в опорном пункте, то увидел, как Александр Николаевич тихо сидит за столом и аккуратно выводит буквы на листе какого-то журнала.
— Привет Николаевич, — с порога поздоровался Нестеров.
— И тебе не хворать, — отозвался Машков.
— Я гляжу, ты все в трудах как пчела? — продолжил Нестеров.
— Да, паспорт на участок заполняю. Новый охотник поселился на участке — сюда, вернулся из мест лишения человек по условно-досрочному приговору, вписываю сюда, собаку бойцовской породы завели — тоже сюда, и так всю значимую информацию и записываю.
— Ну, тогда я вовремя, хочу с тобой обсудить одно дело. Только угости меня чаем или кофе, а то я продрог как собака, — попросил Нестеров.
Потом он уселся на стул. Он знал, что гостеприимный Машков не откажет коллеге в такой мелочи. Александр Николаевич включил электрический чайник, достал из тумбочки две кружки и пачку кофе. Маленькой ложечной в каждую кружку он насыпал кофе, а когда закипел чайник, разлил кипяток по кружкам, одну из которых поставил перед Дмитрием.
— Слушаю тебя Дмитрий Сергеевич, — произнес Машков.
— Ты слышал про убийство таксистов в городе? — начал Нестеров.
— Конечно, слышал, — подтвердил Машков. — Шесть убийств за два месяца. Все с простреленными головами. Только одному удалось убежать, если мне не изменяет память. Весь город об этом сейчас говорит. Только я здесь причем? — недоуменно спросил Александр Николаевич. — Раскрытие убийств — это прерогатива Сергеева, или я не прав? — не унимался Машков.
— Прав ты, конечно, Александр Николаевич, прав. Но посуди сам, все автомобили и убитых водителей злодеи бросали в нашем районе, недалеко от стадиона «Спартак». Боря Сергеев несколько раз там устраивал засады, но все безрезультатно. Водитель, которому удалось выжить, на допросах сообщил, что подобрал стрелков на проспекте Ленинградском, недалеко от улицы Ильинской, и это тоже наш район. Тебе не кажется, что убийцы проживают в нашем районе, — не унимался Нестеров.
— Кажется, кажется. Что ты предлагаешь? — спросил он Нестерова.
— Николаевич, — продолжал Нестеров, — я тут несколько дней подряд у магазина наблюдаю двух парней. Парни явно не наши. Одного из них, Сергея Шилова, я узнал, когда-то мы вместе занимались спортом. Раньше он жил в завокзальном районе города. В магазине он с товарищем покупает водку, а затем идут в подъезд свечки на Ильинской. Местные бабушки у подъезда сказали мне, что они живут на девятом этаже этого дома. Предлагаю проверить их прямо сейчас, — выложил разом Нестеров.
Выслушав Нестерова, Машков задумался.
— Да, там недавно продали квартиру, а с новыми жильцами я не знаком. Можно и сходить. Надеюсь, Сергеевич, ствол у тебя с собой? — с подозрением спросил Машков.
— Не сомневайся, — ответил Нестеров.
Глава двадцать вторая. Толчок к действию
Дмитрий Нестеров и Александр Машков неторопливым шагом по району дошли до нужного адреса. Машков, как и положено участковому инспектору, был в форменной одежде. Войдя в подъезд, Нестеров нажал кнопку лифта, они поднялись на девятый этаж дома. Нехитрыми вычислениями, они определили нужную им квартиру. Квартира номер сорок четыре находилась в правом дальнем углу лестничной площадки. Подойдя к двери, участковый нажал на звонок. Нестеров стоял чуть поодаль. За дверью раздались громкие шаги, щелкнул замок и дверь открылась. На пороге стоял Сергей Шилов. Нестеров узнал его сразу. Лицо Шилова было отекшим и опухшим. Видно было, что он продолжительное время пьет спиртное. Да и алкоголем от него несло как из пивной бочки. Нестерова Шилов не узнал. «Ну и хорошо», — подумал опер.