Страница 2 из 61
Понимаю, что снова не почувствовал объект, когда держал его в руке, как это могут делать настоящие сенсорики. Хотя, гуляю по Виртронации уже давненько, а всё никак не выходит. Как говорится, тренируй всегда одно дело, и когда-нибудь достигнешь в этом деле мастерства.
Пытаюсь почувствовать белую прямоугольную колонну, которая тут лишь для красоты, собственно, как и любая другая колонна, или какая-либо несущая арматура. Дело в том, что полигоны любых размеров, из которых создаются объекты, не нуждаются в дополнительном укреплении. Части одной конструкции даже можно зафиксировать между собой на некотором удалении друг от друга, потому-что они лишь программа, и связываются между собой общим выделением и активацией объединения.
Продолжаю касаться поверхности колонны.
Ничего.
Значит я пока обыкновенный когнитик, поскольку бывает, так увлечёшься чем-нибудь, что забываешь о своём реальном недвижимом теле на кровати.
Повторяю попытку. Совсем не хочется сдаваться. Представляю это ощущение холодного белого металла. Наверное, я похож на подростка пытающегося в обычной жизни сдвинуть предмет силой мысли, что в Виртронации, как правило, используется сплошь и рядом. При строительстве, или просто – перемещении больших объектов. Надо лишь открыть редактирование объекта, и можно его перемещать в любом направлении, или просто оставить в подвешенном состоянии с выключенной физикой.
Если мне действительно хочется стать сенсориком, то наверное надо перестать слишком часто возвращать внимание к реальному телу во время сеансов, так как это почти равносильно отключению от нейроинтерфейса.
Сдаюсь.
Помню, давно пару раз что-то почувствовал. Было это очень неявно, как лёгкое движение воздуха или, может, тогда мне просто показалось. Мы все хотим чего-то большего, так устроен человек. Поэтому и появились сенсорики. Поэтому люди научились получать больше, чем способны им дать технологии и реальное осязание.
Как оказалось, виртуальный костюм не подходит для работы в паре с нейроинтерфейсом, поскольку мозг работает напрямую с виртуальным телом. Отказались от костюма, как и от слишком затратного приобретения. Конечно, первое время пользователь ничего не чувствует пока мозг приспосабливается. Впечатлений вполне хватает и от вестибулярного аппарата. Но потом, как говорят очевидцы, с ощущениями начинают происходить странные штуки. У каждого человека это начинается через свой период времени. У кого-то через месяц, у кого-то через год, а у кого-то вообще никогда.
С одной стороны, возможно, опасно, но с другой стороны интересно, что существуют такие побочные эффекты, вроде сенсорной зависимости. И всё это с обычным нейроинтерфейсом, и самым обычным видео-шлемом. Правда додумались совместить всё это в одно устройство, что довольно удобно. Сам по себе нейроинтерфейс настолько безопасен, что от видео-оптики возле глаз опасности больше. По сути это обычный электроэнцефалограф – ЭЭГ в простонародье, а именно датчики вокруг черепной коробки, которые лишь считывают излучения идущие от мозга, плюс усилитель подключенный к компьютеру. Возможная опасность лишь в том, как поведёт себя мозг при длительном использовании нейроинтерфейса. Мозгу приходится наращивать новые связи, чтобы адаптироваться к новым задачам, и ещё приходится потратить много времени на эту адаптацию, так как изначально мозговые шумы, это лишь побочный эффект работы нейронов. Зато теперь люди после небольшой тренировки по адаптации могут встречаться друг с другом, неважно где они живут, и чувствовать при этом себя не менее реально, чем в реальности. Общаться, имитировать жизнь. Даже чувствовать некую полноту этой имитации. А если, это влюблённая пара и они сенсорики, то могут даже чувствовать друг друга. Всё это может происходить на территории намного большей, чем способна предоставить планета Земля. При всём при этом можно выглядеть, как душе угодно.
На мини-карте вижу нового человека на уровне Мифоруса и высота совпадает, значит гость заглянул. Вместе с данными о высоте обычно видно имя, и это оказался тот самый Рудольф. По высоте и расположению он сейчас приблизительно в растительной части корабля. И именно он оставил на столе странный кубик.
Иду к лифтам, так и не глянув толком в иллюминатор, ради которого приходил сюда. Ну и ладно. Скорее всего, это бы не решило проблему.
Оказавшись на месте, сразу нахожу гостя прогуливающегося меж ореховых кустов. Кстати, тоже одно из моих любимых мест на Мифорусе.
Пытаюсь подойти к нему таким образом, чтобы он даже приблизительно не подумал, что я хочу его прогнать, или вроде того.
Сам его персонаж выглядит довольно банально – строгий костюм и небольшая лысина на голове. Что-то такое есть в этом человеке, что требует максимального к нему уважения, и нет никакой возможности противится этому. Как какой-нибудь ветеран, встреченный случайным образом в реальности. Он просто излучает глубокую мудрость жизни. Но тут у нас виртуальность, поэтому непонятно, как это у него получилось так передать себя через персонажа?
Решаю, что он уже заметил меня. Приветствую его взмахом руки, и подойдя на достаточное расстояние здороваюсь голосом.
Рудольф смотрит на меня так, что этот взгляд я с лёгкостью принимаю за ответное приветствие.
Вспоминаю, что даже с приходом нейротехнологий, вкупе с полным управлением своим персонажем, всё ещё не принято здороваться контактным способом, поскольку не все умеют это делать, а кто не умеет, не признаётся, и можно попасть в неловкое положение. Да и просто здороваться почему-то стало не принято у современных людей, в особенности внутри виртуальности. Некоторые, кто постарше, всё же придерживаются привитых с детства правил, а у молодых какие-то свои способы и принципы, вплоть до полного отсутствия приветствия как такового.
Вдруг он начинает заразительно осматривать пространство моего корабля. Может быть кубик ищет?
– Ваш жёлтый кубик у меня в кабинете, – показываю рукой направление.
Рудольф машет головой из стороны в сторону, вроде как не согласен. Показывает рукой на меня.
Понять бы, что это значит... Может он хочет сказать, что кубик сейчас у меня? И странно, что этот человек не говорит голосом.
– Он там, – снова показываю в сторону кабинета. – Могу принести.
Снова машет головой. Показывает мне свою ладошку, наверное, таким образом хочет остановить меня.
– Понял, – киваю ему.
Рудольф снова осматривать окружение. Трогает виртуальные ветки ближайшего орехового куста. После этого, грустно опускает голову.
Трудно понять из-за чего он так резко расстроился, или просто загрустил.
– Всё хорошо? – спрашиваю.
На его лице задумчивая, виноватая, улыбка.
Показывает рукой на себя, потом на меня, и раздвигает руки ладошками к верху, одновременно рассматривая окружение, скорее всего обозначив этим жестом всё происходящее вокруг него.
Чтобы это значило?
Далее, достаёт из кармана старинные часы на цепочке. Смотрит на них, преждевременно открыв крышечку.
Тоже смотрю на время – 18-е июня, семь вечера.
Снова грустит о чём-то, хотя кажется, это его обычное выражение лица.
Слышу какие-то шорохи.
Рудольф нервно крутит головой, как будто пытается посмотреть, что делается в реальности, но вскоре успокаивается, осознав что-то своё. Как будто смиряется. Медленно осматривает своё виртуальное тело, свои руки, не поднимая их, а лишь пошевелив кистями, и растворяется в пространстве.
Внезапность случившегося немного ошарашивает меня.
Странный он всё-таки. Не пишет в чат, не говорит в микрофон, хотя последний, как показывал индикатор в совершенно исправном состоянии. К тому же, те шорохи явно исходили от него, а значит его микрофон был в рабочем состоянии. Может глухонемой игрок попался? Всякое бывает, но тогда зачем ему держать микрофон во включенном состоянии? Или он обученный говорить глухонемой и возможно постеснялся своего произношения. Хотя остаётся ещё чат...
Ум начинает заполняться всевозможными вариантами развития событий. Логика всё-таки. Но мне не это надо сейчас. Мысленно отмахиваюсь. Что-то важное упускаю. Что-то такое, что не относится к деятельности ума. То, что умом скорее всего не понять, как Россию.