Страница 67 из 406
5. Пойте Господеви преподобнии Его. Пойте Господу, говорит, преподобные, то есть, праведники, добродетельные. Потому что те, которые не таковы—не суть праведники и добродетельные, хотя поют чувственно, но истинно не поют. Никакое гнилое дерево не приносит хороших плодов, как сказал Господь (Матф.7,18): так и сердце смертоносное и грешное не может приносить слова жизни и добродетели. Посему и Сирах сказал: не красна хвала в устах грешника (Сир.15, 9) *).
*) Почему Василий Великий сказал: Не тот поет Господу, кто произносит слова псалма устами, но которые воссылают псалмопения от чистого сердца и которые преподобны и хранят правду Божию, те могут петь Богу... Итак очистите сердца, чтобы могли приносить плод Духу и, сделавшись преподобными, петь Господу разумно.
Исповедайте память святыни Его. Благодарите, говорит, за память святости Божией—за то, что она вспомнила нас, недостойных сего, по причине нечистот и грехов наших.
6. Яко гнев в ярости Его и живот в воли Его. Гневом Божиим здесь называет наказание и мучение; а яростью—негодование *). Целая мысль есть следующая: в негодовании Божием находится наказание и мучение, а в воле Его находится жизнь. Иначе: когда Бог негодует, тогда, как праведный, наказывает и мучит; но, как милостивый и праведный, Он желает всегда миловать и благодетельствовать. Посему наказание бывает от Бога по обстоятельству и против воли, и оно называется уже последующею волею Божиею; а благодеяние бывает от Бога, по естественной воле Его, которая именуется предыдущею волею Божиею: ибо Он чрез Иезекииля говорит: не хощу смерти грешника, но обращения и жизни его (Иез.33,11). Писание полагает напереди неприятное, а потом радостотворное; потому, что радостное кажется приятнее и слаще, когда следует за неприятным, как говорит: Я убью и оживлю, поражу и исцелю (Втор. 32, 39).
*) Тот же Василий Великий говорит: ярость есть суд о наведении чего либо прискорбного на заслужившего оное. А гнев есть уже болезнь и казнь. Сии слова мои сделаются яснее из примера. Врач, заметив на теле больного воспаление и скрытую рану какой либо части (тела), решается разрезать ее. Это называет Писание яростью. За сею решимостью врача о подании помощи следует самое действие, приводящее в исполнение решимость его, и секущее орудие, причиняющее рассекаемой части сильную боль, это—то названо гневом Божиим. И Феодорит ярости усвоил гнев, называя наказание гневом; а воли—жизнь. Ибо на сие есть воля Его, а не на то, что мы сами на себя навлекаем. Ибо Бог, говорит, не сотворил смерти и не радуется погибели живущих. Он привел в бытие все и бытия мира спасительны (Прем. 1,13). Также Григорий Богослов: Я, говорит, предал тебя, Я и помогу тебе; краткою яростью Я поразил тебя, а милостью вечною прославлю тебя: мера человеколюбия гораздо больше, нежели мера наказания.
Вечер водворится плачь, и заутра радость. Давид хочет показать сими словами то, что покаяние доставляет скорое и немедленное прощение греха, потому что кто плачет вечером, тот утром будет веселиться, будучи утешаем утешением и благодатью Святого Духа. Это изречение есть также пророчество об Апостолах Господа, по словам Василия великого и Феодорита: они вечером в субботу по погребении Господа плакали; а утром в воскресенье пасхальное возрадовались, когда муроносицы принесли им благовестие, что воскрес Господь. Равно и друзья Езекии после угрозы от Сеннахирима, царя ассирийского, собравшись вечером, плакали о будущем своем пленении, но по утру исполнились радости, когда увидели сто восемьдесят пять тысяч убитыми от Ангела Божия. Оказал — водворится, то есть, вселится в сердца как плач, так и радость *).
*) Слова Велик. Василия: Вечером называется этот век, в котором блаженно— плачущие вечером, при наступлении утра будут утешены. Ибо блаженны плачущие, потому что они утешатся: блаженны рыдающее ныне, ибо они возрадуются. Итак проводящие дни века сего, уже при окончании находящегося и к западу своему приближающегося, в оплакивании грехов своих, когда наступит истинное оное утро, возрадуются. Ибо сеющие ныне слезами, пожнут с радостью—то есть, в будущем.
7. Аз же рех во обилии моем: не подвижуся во век. Сии слова произносятся от лица Давида и Езекии: когда они находились в счастье, думали, что не будут несчастны никогда. Ибо изобилием называется богатое состояние, а движением—потеря такового благосостояния и богатства *).
*) По словам Василия Велик. Изобилие принадлежит душе, исполненной всякого рода дел. Она должна быть прежде охотно возделана и тогда уже утучниться от изобильного влияния небесных вод, чтобы могла принести плод одно в тридцать, другое в шестьдесят и сто и получить то благословение, которое говорит: благословены житницы твои и остатки твои (Вт. 28, 5). Также Василий говорит, что слова сии были причиною, по которой Бог попустил Давиду согрешить. „Поелику, говорит, будучи укрепляем благодатью Божиею, он возмечтал некогда о себе до того, что дерзко сказал: я сказал в изобилии моем, что буду неподвижен; то посему справедливо предан искусителю (тол. на 37-ой псалом).
8. Господи, волею твоею подаждь доброте моей силу. Отвратил же ecu лице Твое и бых смущен. Сии слова произносятся от лица обоих упомянутых царей— Давида и Езекии. Каждый из них говорит, по Твоей воли, Господи, а не по моей собственной заслуги, доброта, красота, то есть блистательность, знаменитость царства моего имела прежде бывшую в ней силу. Ибо когда Ты отвратил от меня взор и промысл свой за мою мечтательность и гордость, я вдруг сделался смущенным, то есть тотчас потерял прежнюю мою светлость и пал в бедствия ж несчастия *).
*) Василий В. говорит: я был хорош по природе; а стал слаб, когда умерщвлен преступлением по навету змея. Итак, красоте моей, которую я получил от Тебя по первому устроению, Ты приложил силу исполнять обязанности. Посему всякая душа хороша, будучи рассматриваема соразмерно с ее силами. Но красота истинная и вожделеннейшая, созерцаемая одним очищенным по уму, принадлежит Божественному и Блаженному естеству. Кто воззрит на сияния и совершенства Его, тот заимствуете ничто от него и как бы от никоего погружения в краску закрашивает зрение свое ярким некоторым светом. Так и Моисей прославился лицем чрез заимствование красоты оной в собеседовании с Богом... Бог называется отвращающим лице свое тогда, когда во времена обстояний оставляет людей преданными искушениям, дабы открылась сила подвизающегося. А Симмах перевел так: Господи! в благоволении Твоем Ты дал прародителю моему крепость. Посему Феодорит заключает: из сего видно, что сии слова говорит лице природы человеческой ко Владыке Христу, даровавшему ей великий дар жизни.
9. КТебе, Господи, воззову. Однако же и впредь, говорит, я буду взывать к Тебе, Господи, чтоб скорее получить помощь Твою. Замечаем, что—взывать или кричать —Писание обыкновенно употребляет касательно тех, которые призывают Бога от сердца.
И к Богу моему помолюся. Давид повторяет здесь то, что сказано выше, и выше сказанное —к Тебе он употребил в отношении к Отцу, а Богу—сказанное здесь—произнес в отношении к Сыну. Кажется, что Давид сими словами пророчествует о том дне, в который отступник—сын его Авессалом преследовал его. Ибо когда он был им гоним, тогда призывал Бога. Или это говорится от лица Езекии о том дне, о котором будучи извещен от пророка Исаии (что завтра он должен умереть), просил Господа о даровании ему жизни. Почему и сказал—я буду взывать и буду молиться о сем.
10. Кая польза в крови моей, внегда сходити ми во истление. Кровью называет здесь плоть, потому что плоть ни что иное, как сгущенная кровь. Какая, говорит, польза от плоти моей—столько возросшей и утучненной, когда я имею сойти в гниль и разрушение в могиле? Лучше было бы не родиться. Сими словами Давид уничижает природу человеческого тела, как тленную и кратковременную, как и в другом месте говорит: человек суете уподобился (Пс.143, 5) *).