Страница 3 из 169
– Вам нечего сказать, да?! – тонким противным голосом воскликнула Рекка, замечая, что я опять ее не слушаю. И она совсем не спрашивала. – Я доложу декану о вашем поведении! А теперь уходите, перемена началась!
Сколько экспрессии. Я пожала плечами, отложила фолиант на край стола и, подхватив сумку, вышла. Спорить с ней себе дороже, да и она права – уже началась перемена. Преподы, правда, частенько задерживали студентов на некоторое время, так что в коридорах появлялись лишь отдельные личности, либо сумевшие ускользнуть, либо проигнорировавшие просьбу остаться. Ну, в чем-то последние были правы – они отсидели свои положенные полтора часа и могли спокойно отправляться отдыхать.
Моя группа сейчас сидела на четвертом этаже, но я не спешила туда спускаться. Все равно следующая пара здесь, на шестом, так что лучше посижу на мягких диванчиках в экседре. Не знаю, для чего изначально строили эту глубокую полукруглую нишу, но сейчас ее обставили мягкой мебелью и тремя партами, где на переменах или во время «окон» студенты списывали либо делали домашку. Ну, или трепались о жизни. Такие экседры располагались на всех этажах кроме первого, но на шестом чаще всего диваны пустовали. Шестой этаж вообще не предназначался для проведения пар, здешние аудитории первоначально использовались для хозяйственных нужд, да и по размеру комнаты были слишком малы для практики. Одна неверная нить в сети заклинания (особенно атакующего) – и в таком закутке разнесет в пух и прах не только мебель, но и студентов. Преподаватель-то, может, и успеет вскинуть щит, у них это, похоже, в крови, а вот от учащихся останется, увы, лишь мокрое место. Поэтому в этих аудиториях проводили безопасные лекции.
Помню я, как на втором курсе, где-то два года назад или чуть меньше, на практике по боевым проклятиям у одного парнишки сорвались сразу три нити. Это опасно – даже если одну нить не подхватить и не вернуть на место сразу, сеть мгновенно становится неустойчивой, и последствия сложно предсказать. А у него сорвалось сразу три. Понятное дело, мы уже не первокурсники, защитные заклинания проходили на первом курсе, но это еще не въелось нам в подкорку, к тому же у многих (у меня в том числе) на тот момент в руках были уже почти законченные сети. В большинстве своем заклинания можно перевести из одного разряда в другой (из атакующего в защитное, например, или из исцеляющего в проклятье), но этому необходимо учиться. Для каждого заклятья свой рисунок сети. Например, чтобы создать мою любимую, хоть и неустойчивую шапку-невидимку, нужно нарисовать сеть-облик и вплести туда нити желания спрятаться. Та еще загвоздка. Когда я начинала задумываться над механизмом, заклинание внезапно переставало работать как надо, а стоило плюнуть на попытки понять, как все приходило в норму. Это к тому, что теория и практика различаются как… солнце и луна, да уж. И на втором курсе у нас было больше теории, чем практики, да и переплетать сети на ходу мы пока только пытались, самые безобидные. Здесь же боевое проклятие – значит, убьет не сразу, а постепенно. Хоть и самое безобидное – всего-то чесотка, от которой могли избавить даже первокурсники-целители, но удар все равно неслабый. Спас всех препод. Проклятье пришлось на криворукого парнишку, а остальных преподаватель боевки Диху мягко укутал одним большим щитом. Изогнутым. И это тоже требовало практики – создать не просто привычный любому щит, но искривить его по собственному желанию, превратить в этакую плоскую змею. Парнишку отправили к целителям, а Диху как ни в чем ни бывало продолжил вести пару. В общем, больше ни у кого нити не срывались, а парень зачесался мгновенно, и пока шел до дверей из аудитории, до крови расцарапал себе локоть.
Появились мои драгоценные однокурсники. Девчонки махнули мне рукой, заметив, парни покивали головами, но никто не захотел присоединиться, сразу прошли в аудиторию. Я тоже туда направилась: действительно, лучше сразу занять свое любимое место в темном уголке, где можно спать. Вряд ли подслеповатый преподаватель-травник Лен Фаррелли меня заметит. А даже если и так… ну, когда-нибудь я заведу себе гомункула, который будет запоминать лекции вместо меня. Но алхимия у нас только в следующем семестре, а до него еще надо дожить. Отговорюсь как-нибудь, не будет же меня этот старикашка выгонять. Надеюсь. В библиотеку я явно не вернусь, хоть она на этом же этаже.
Фаррелли что-то вдохновенно вещал об использовании лютиков и васильков, я вяло записывала отдельные замечания, но в целом было дико скучно. Судя по спинам остальным, им было не веселее. Кто-то нагло спал, игнорируя препода и то, что сидел на втором ряду. Наш староста болтал со своей соседкой, явно намереваясь пригласить ее на ужин, который, возможно, перетечет в очередной завтрак. Ну-ну, он никогда не поменяется, меня больше удивляет девчонка, которая за четыре года так и не поняла, что от старосты серьезных отношений не дождешься.
Естественно, я знала всех однокурсников по именам. Прекрасно помнила, на имена и лица у меня вообще замечательная память. Ну, должно же хоть что-то компенсировать мою лунную магию и склочный характер? Противовесом я считала как раз память и еще полученные знания. Не то чтобы у меня легко получались все заклинания, особо грустно было с исцелением, но что-то подсказывало, что тут как раз большую роль играет моя сила – лунная магия, которая была больше предрасположена к активным заклинаниям, боевым. Я уже думала, какое направление выберу на пятом курсе, где мы все расходились по разным специальностям, но главная проблема заключалась в том, что любой курс, касающийся атакующих заклинаний или проклятий, обязательно требовал пары. До этого мы благополучно учились всему по одиночке, но самые сильные заклинания нуждались либо в фамильяре (а стоили они о-го-го! Мне в жизни столько не заработать), либо в напарнике, который в случае чего вплетет в сеть свои нити или просто поделится силой. Ну, и наоборот тоже. Вот именно по этой причине у меня возникли проблемы с сокурсниками.
Единственное, где не требовался напарник, была специальность целителя, там вообще под руку лучше не попадаться, а то еще исцелят не так, как надо, и вполне вероятно, что туда отправится большая часть нашей группы. Хорошо, если нас останется четное число, так вопросов не возникнет, а если нет? Вряд ли кто добровольно захочет встать со мной в пару, к тому же придется открыть, что я далеко не солнечный маг. То, что меня не раскрыли до сих пор, было элементарно как день – цвет сетей у магов мог быть каким угодно, в том числе и черным. Это я потом разглядела, что у меня просто иссиня-черные нити, но это пока мы учились использовать общие заклинания. Специальные были совершенно в другой категории, а именно ими занимались с пятого курса. И вот там у меня могли возникнуть крупные проблемы. Впрочем, я намеревалась подождать, у меня еще целых два месяца впереди, чтобы разрешить проблему с силой, но пару следовало бы подыскивать уже сейчас. Только как мне не хотелось разговаривать с этими людьми… Я не стала частью коллектива, хотя остальные не чувствовали себя из-за этого дискомфортно: спокойно списывали домашку и одалживали мне тетради в случае чего. Но единым коллективом наша группа никогда не была.
На примете у меня числились всего трое – Алана, вроде бы типичная рыжая, задорная и веселая однокурсница, но я знала, что на деле Алана скромная и тихая девочка, просто до смерти боялась показаться такой и на людях вечно вела себя по-идиотски. Второй была Керри, блондинка, как раз тихая отличница, проводящая много времени в библиотеке. Ее любила Рекка, всегда ласково разговаривала с Керри и даже таскала ей печенье. Я когда в первый раз это увидела, едва успела поймать челюсть и побыстрее пересела так, чтобы Рекка меня не заметила. Иначе не отделаться от приглашения, а потом и нотаций на тему, что я не вливаюсь в коллектив. Третьим претендентом я выбрала Алека, того самого любвеобильного старосту. Не то чтобы я всерьез на него собиралась положиться, просто из всех парней у него ловчее всего получалось плетение, да и он уже привык менять заклинания на ходу. Правда, меня смущали патлы, которые он вечно отращивал, а потом подстригался едва ли не налысо, но в целом он выглядел адекватным. Кажется.