Страница 165 из 169
— Нет, — выкрикнул хрипло Морган, сжимая в руках трость. — Нет! ..
Элиш отшатнулась, Тайг шагнул в их сторону, вскидывая щиты, но чистая сила разбила их. Как огромный камень хрупкое стекло. Змея рассыпалась перед Элиш, и та закричала, когда магия облепила ее, словно похоронный саван. Кэл бросился сдирать, но отпрянул, тут же обжегшись.
— Убейте его, — крикнул он оторопевшим сыщикам и поспешно вновь возвел щиты. Огненное море стихало, но пламя по-прежнему тянулось к ним.
— Элиш, — Кэл снова попытался к ней прикоснуться, но не сумел — лунная сила обжигала. Она чуяла в Элиш носителя и стремилась к ней, но та не могла принять излишки, и туман вокруг клубился, не отступая.
Снова засверкали молнии, страшно закричал Морган — магия до сих пор покидала его, и теперь он атаковал всех без разбору. Вновь звенели, осыпаясь, щиты, кто-то стонал. Земля под ногами ходила ходуном, и осыпался камень. По потолку побежали трещины, угрожая обвалиться. Рядом взорвалась огненная сфера, Кэл стиснул зубы, чтобы не закричать, когда отдача разнесла вдребезги щит. Элиш стонала, царапала себе горло, словно пыталась избавиться от чужой магии, но все было тщетно. Сила не уходила.
— Заклинания! — в ладони впились тысячи игл, но Кэл крепко сжал ее запястья. — Используй заклинания, ну же!
Элиш слепо уставилась на него и резко закивала.
— Руки, — выдохнула она.
Кэл отпустил ее, отшатнулся, чтобы не задеть сеть. Сверкнули ледяные стрелы, за ними хлынула вода, и из земли вырвались лианы, на которые тут же набросился огонь. Морган уже не кричал, хрипел. Стоя на коленях, он рисовал сеть одну за другой, но его щиты начинали трещать. Магия покидала его, змеей ускользая к Элиш, а та бросалась заклинаниями, возвращая силу хозяину. Внезапно она задохнулась, схватилась за Кэла. И тот от неожиданности вскрикнул, когда лунная магия обожгла ногу.
— Это заклинание.
— Что? — он присел, стараясь не касаться окружившего Элиш тумана.
— Заклинание… искали, — задыхаясь, пояснила она и всхлипнула, царапнула горло. Кэл с усилием отвел ее руку. Он взглянул на сеть — сложную сеть, Морган выводил ее правой рукой, левой рисуя куда более простые и отвечая ими на атаки сыщиков. У тех тоже практически не осталось сил, туман из-за испарившейся воды и дым ели глаза, но неизвестная сеть мерцала так ярко, что почти слепила.
— Не дай… — прохрипела Элиш. — Не дай…
Он повалил ее на пол, закусывая губы, чтобы не закричать от боли. Немногим выше взорвалась стена, осыпая их каменными осколками. Щиты держались из последних сил, не получая должной подпитки.
В бок что-то ткнулось, и Кэл приглушенно ахнул, поспешно садясь обратно.
Пистоль. Пистоль? Он вытащил его и неожиданно для себя улыбнулся. Пуля было — не одна, но промахнуться с такого расстояния глупо.
— Помоги, — взмолился он, поворачиваясь к Элиш. — Ты сможешь… силу?
Вместо ответа она подалась назад, вздрогнула, когда почти рядом вскрикнул Тайг, едва не наступив на них. Кэл вытянул руки, стараясь прицелиться. Не обязательно убивать, просто ранить, просто обезвредить. Элиш стиснула пистоль, окутывая его магией. Кэл шумно выдохнул, когда лунная сила снова обожгла кожу — кровь окрашивала серебро в красный, перед глазами начинало все расплываться, но он взвел курок.
В следующую секунду прогремел выстрел, перекрывая все. Пуля оставила серебристый след от магии. Взвизгнули, рассыпаясь, щиты Моргана, а потом взорвалась недорисованная сеть.
***
— Когда-нибудь самоуверенность доведет тебя до могилы.
— Самоуверенность здесь не при чем.
— Значит, сумасбродство.
— И оно тоже.
— Самонадеянность?
Кэл устало вздохнул и бросил взгляд на отца, моля о помощи, но тот только приподнял брови и качнул головой. Мама, заметив, что он отвлекся, настойчиво дернула его за рукав мятой рубашки.
— Кэл Эмонн, немедленно обрати на меня внимание!
— Мама, хватит, — он осторожно высвободил руку. — Я жив, здоров, и если ты помнишь, у меня завтра назначена аудиенция с его величеством. Не думаю, что он обрадуется. Увидев синяки у меня под глазами.
— Как будто у тебя их и без того нет!
— Не добавляй еще. Мам, ты же видишь, что все в порядке.
— После двух месяцев в клинике, естественно, — Тара спрятала лицо в ладонях и всхлипнула. — О, Кэл! Я больше не позволю тебе никуда уехать!
— Это моя работа, мама, — терпеливо, как маленькому ребенку, повторил он. — И это ничего не изменит.
Если король его не уволит, естественно. За все, что произошло в Гестоле, в особенности за ту яму, которая осталась на месте штаба сыска. Естественно, это преувеличение, но Кэл не мог по-другому назвать руины. Потолок все-таки обрушился — Морган вложил в последнюю сеть остатки сил, но их хватило, чтобы частично разнести убежище. Спасли внутренние перекрытия, частично, конечно. Кое-кто погиб — никакой щит не спасет от многотонной каменной плиты. Большинство получили ожоги высшей степени и до сих пор находились в клинике. Кэлу повезло: они с Элиш оказались зажаты между стенами и отделались царапинами и ушибами, не считая магических ожогов и истощения. Элиш словила откат, ее магия до сих пор норовила выйти из-под контроля, и Каллаган не спускал со своей ученицы взгляда. Она даже ночевала в самой Академии. Алек восхищенно пересказывал бродящие между студентов слухи, включая самые невероятные.
— Фантазеры, одним словом, — пришедшая как-то с ним рыжеволосая девочка, которую Кэл однажды видел в «Джохо», закатила глаза. — Не верьте ему, господин Мэонн. У Алека язык подвешен так, что единственный способ заткнуть его — это оторвать тот самый язык.
— Неправда, Керри, — возмутился Алек. — Есть еще способы.
— Кто о чем, а нищий о деньгах, — пробормотала Керри.
— Кэл!
Он вздохнул, неохотно возвращаясь в настоящее, и твердо посмотрел на родителей.
— Хватит. Мне нужно подготовиться к встрече с королем.
Тара опять всхлипнула, но в ее глазах не было ни намеки на слезы. Иннис только вздохнул и положил руку на плечо жене.
— Мы понимаем, Кэл. Но в следующий раз постарайся составить сообщение о том, что находишься в клинике, по-другому.
— Это Алек составлял, — нехотя пояснил Кэл, обещая себе, что сделает Маршелу выговор, как только вернется. Маршел единственный не участвовал в сражении с Морганом, элементарно не успев на генеральное выступление этой паршивой пьесы. — У него… специфически вкус.
— Мы заметили, — Иннис кашлянул. — Видимо, написать «Я в больнице, пока жив» показалось ему смешным.
— «Пока» было совершенно лишним, — отрезала Тара. — О чем он только думал? Непозволительно держать таких недалеких людей под рукой, Кэл. Тебе следует лучше отбирать кандидатов в сыщики. Впрочем, — спохватилась она, — это уже не важно. Ты ведь не вернешься в этот городишко, правда?
— Не начинай, мам, — посоветовал Кэл.
Зимнее солнце почти слепило, когда он покинул дом. Хотелось вернуться в уютную гостиную и снова устроиться в теплом кресле, но следовало сделать еще кое-что.
— Привет.
Алва сонно щурилась и куталась в шаль, но удивленной не выглядела. Она только улыбнулась и посторонилась, впуская его в квартиру.
— Когда ты приехал?
Они сели на кухне, Алва налила по кружке крепкого чая и вытащила апельсиновое варенье. Светило солнце, и стены, выкрашенные в желтый, мерцали теплым золотом, и сама Алва, окутанная этим светом казалась умиротворенной и уютной. Она олицетворяла дом, в который можно было вернуться в любой момент, она была той, кто ждала — всегда, той, которая дожидалась вне зависимости от обстоятельств. Кэл грустно улыбнулся: возможно, мама была права, считая Алву идеальной женой, но ее история шла по другому сценарию, и Кэл в нем был лишним.
Он отпил чай и ответил:
— Позавчера. Хотел раньше, но некого было оставить на замену. Тайг до сих пор в клинике, а Алек…
— Понимаю, — Алва чуть улыбнулась. — Я пропустила все самое интересное.
Кэл виновато отвел взгляд и покачал головой.