Страница 14 из 75
Впервые, так много рассказав кому-то о своей способности покидать тело, Дерек, задержав дыхание, облегченно выдохнул и замолчал.
Элли казалась немного загруженной.
– Вау. А я-то думала там все просто и без всяких подводных камней – наконец протянула она.
– Всегда есть подвох – вспомнил наводчик фразу из какого-то старого фильма. Сейчас она была очень даже подходящей.
– Ну тогда я не хотела бы так – сказала девушка неуверенно.
– Я тоже, но деваться некуда – это единственное что я умею. Единственное, чем я хоть как-то полезен.
– Ну вообще то ты наводчик Стива, если ты не забыл. Твоя вторая способность – просто классный бонус и как бы Ральф на тебя не гнал, ты самый полезный во всем подразделении, после меня, разумеется.
– Как скажешь – усмехнулся Дерек.
Девушка улыбнулась в ответ.
– Может теперь ты расскажешь о себе? – спросил наводчик – Не могу понять, как ты до сих пор выжила в этой структуре. Ты всегда на передовой. И знаешь, порой мне даже кажется, что у тебя…
– Не всё в порядке с головой? – перебила девушка.
– Нет, конечно же нет. Я хотел сказать, что у тебя, как и у Габриэля может быть есть какая-то скрытая способность – улыбнувшись произнёс Дерек.
– Ну тогда ладно. Я тебя прощаю – хмыкнув, произнесла разведчица. Взгляд её как-то рассеянно блуждал по интерьеру кабины фургона.
– Хорошо – хмуря брови, неопределённо протянул наводчик
Девушка, отвернувшись к окну, уставилась на тёмную, непроглядную полосу, стоявших вдоль дороги, деревьев.
Она старалась никогда не ворошить своего прошлого, старалась изо всех сил забыть его.
Элли смутно помнила своё раннее детство. Завернутую в пелёнку, распространяющую неприятный запах, её нашли, лежащую возле мусорной бочки. Обмороженная, она едва шевелила ручками. Выживающие на грани нищеты, жители того района, где она была найдена, приняли в ней большое участие. Да, она была бездомной, но в то же время у неё был целый район, в котором она могла прийти в любой дом и нигде бы ей не отказали ни в пище ни в проживании. Она стала своеобразным символом доброты жителей того района. Каждый, хотя бы немного, но помогал ей, и совместными усилиями люди воспитали её в своём маленьком мирке.
Когда Элли исполнилось шесть лет, она пошла в школу. Бездомная и безродная она столкнулась в учебном заведении с тотальной жестокостью со стороны одноклассников. Бросив школу в двенадцать лет, девушка занялась единоборствами. Бразильское джиу джитсу, грепплинг и капоэйра стали её лучшими учителями. Не забывала она и о самообразовании. Предпочитая гуманитарные науки, Элли изучала строение человека, его наиболее уязвимые места, наиболее слабые кости, самые непрочные связки.
Ей ещё не было и шестнадцати, когда её жизнь кардинально изменилась.
Одним, особенно холодным, зимним вечером, девушка шла домой с пакетом, полным продуктов. На лице её играла едва сдерживаемая улыбка. Защита пурпурного пояса по джиу-джитсу прошла просто великолепно. Несколько быстрых атак руками, потом защита и неожиданный переход в партер. Элли умело забрала шею противницы в треугольник и у той не оставалось иного выбора, кроме как сдаться. Тренер, позабыв обо всём на свете уже прочил девушке блистательную карьеру в спорте.
– Думаю я знаю кто сменит меня в клубе – сказал он, когда они попрощались и Элли пошла домой. Девушка, скупив едва ли не всё сладкое в небольшом магазинчике, находившемся в полутора кварталах от её дома, шла домой в наилучшем расположении духа.
Повернув на углу квартала, она увидела троих мужчин. Громко хохоча и выдавая не самые приятные эпитеты в сторону друг друга, увальни шли по тротуару, покрытому едва заметной позёмкой. Прошедший всего пару часов назад, легкий снежок, раскидало холодным ветром. Девушка, желая нивелировать возможность неприятной ситуации перешла дорогу и пошла по противоположной стороне; подальше от гогочущей троицы.
– Эй мадам, неужто мы настолько плохи, что тебе даже в тягость идти по одному с нами тротуару – выкрикнул один из мужчин, отклеиваясь от двух других и направляясь в её сторону. В расстёгнутой куртке, необыкновенно жилистый, он был всего лишь немного выше девушки, но в его развязной походке чувствовалась какая-то первобытная мужская уверенность в своей непобедимости. Тусклые уличные фонари, ложась под углом на его, покрытое недельной щетиной, лицо высвечивали и многочисленные шрамы, обладателями которых он являлся, наверное, чуть ли не с самого детства.
При Элли всегда был ее небольшой, складной ножик-бабочка. Она носила его в заднем кармане джинсов и ей еще никогда не приходилось им пользоваться. Почувствовав, что сегодняшним вечером этот момент может наступить, девушка, переложив пакет, уложила ножик в кармане чтобы его ручка была сверху. Чтобы она могла выхватить его в любой момент.
– Могу я понести ваш пакет леди? – неожиданно галантно, спросил мужчина, подходя к Элли.
Девушка, вздрогнув, замерла в нерешительности. Взглянув в темные глаза иссушенного мужика, которому было никак не меньше тридцати пяти, она попыталась понять, что им движет.
«Отдай пакет. Даже если он его и утащит, всё лучше, чем оказаться с пробитой головой на тротуаре» – пришла ей в голову своевременная мысль и девушка, осторожно улыбнувшись, нерешительно протянула пакет мужчине, который, стоял перед ней словно уличный принц, с протянутой рукой. Не хватало только коробочки с кольцом в распахнутой грязной ладони.
– Упс – произнес он, когда пальцы девушки разжались, опуская ручки пакета в его ладонь. Резко отняв руку, мужчина с каким-то диким восторгом смотрел как на землю, разрываясь и выпуская во все стороны фрукты, стеклянные бутылки с молоком и сладости, упал пакет. – Принцесска, я что похож по-твоему на пажа?
Элли, чувствуя, как по её телу распространяется панический холод, поджала губы. Ей почему-то вдруг стало плохо. Чувство бессилия, предшествовавшее её первой школьной драке, скользким холодным зверьком подползло к ней и схватившись за ноги и за руки, полностью лишило её сил.
– Я думаю мне лучше идти – произнесла она, осипшим голосом.
– А собирать то дерьмо, которым ты тут насрала оставишь мне и приятелям? – спросил мужчина. Двое других, гогоча, уже переходили улицу, приближаясь к ним.
– Я думаю… – начала Элли снова.
– Да срать мне что ты там думаешь – выкрикнул тощий прямо ей в лицо, и девушка ощутила на своем лице маленькие холодные капельки его слюны.
Чувствуя, как на глаза, сами собой, наворачиваются слёзы, девушка хотела было повернуться и попытаться убежать, но жилистая рука, схватила ей за запястье. С силой вывернула ей руку мужчина весело хрюкнул. В глазах Элли потемнело и она, едва не теряя сознание, упала на колени. Мужчина пнул её в спину. Девушка, не ожидав удара не успела подставить руки и полетев вперед, ударилась лицом о мерзлый асфальт. Взбудораженная адреналином кровь хлынула у нее из разбитых губы и носа. Мир перед глазами девушки закружился в каком-то бешеном, рокенрольно-индейском танце.
– Что это у нас тут – спросил жилистый, выуживая из её заднего кармана нож – Хотела значит прирезать меня?
Элли, собрав все силы, хотела что-то ответить, но мужчина, схватив её за ремень на джинсах, приподнял вверх. Мгновение, и она, почувствовав, как ремень, выскользнул через петли, врезалась коленями в асфальт. Неподалёку раздался звон, и девушка, словно сквозь туман увидела упавший на блестящий тонкий ледок, свой раскладной ножик. Грубые ладони жилистого, прижавшись к ягодицам девушки и впившись грязными ногтями в ткань джинсов сильно их сдавили. Элли вскрикнула.
– Закрой свой рот, не то я тебе кишки выпущу, принцесска – сквозь зубы процедил мужчина, наслаждаясь беспомощностью девушки. Отвратительное лицо его, исказившись гримасой злорадства напоминало маску какого-то бешеного зверя – Ещё хоть один крик и тебя отыщут только по весне под большим-пребольшим сугробом. Соображаешь?
Элли, чувствуя, как по лицу её струятся слёзы, хотела ответить, но опять у неё не хватило решительности. Руки мужчины поднимаясь выше – к пояснице девушки, вдруг, схватив джинсы за пояс, резко дернули штаны вниз. Морозный воздух обжег ягодицы девушки. И в этот момент Элли исчезла. Она, оказавшись на слишком тонкой полоске льда, провалилась в холодную воду, и утаскиваемая подводным течением, скрылась под толстой, прозрачной коркой. А из ледяной воды показалась темноволосая макушка совершенно другой девушки. Переполненная злобой, негодованием и бешенством, она, цепляясь дрожащими руками за выступающие ледовые образования, ползла вперёд. Она, эта другая Элли ползла чтобы убивать.