Пушистики и другие

- Ну предположим, мы снимем обвинение в совращении, - предложил Фиц Мортлейк. - Но второй-то ствол по-прежнему заряжен. Их можно приговорить к расстрелу за порабощение с таким же успехом, как за порабощение и совращение.

- Заряжен, говорите? - переспросил Гас. - Я могу подвергнуть эту шайку допросу - благодарение всем богам и тому человеку, который изобрел детектор лжи, закона, запрещающего свидетельствовать против себя, не существует, - но я не могу заставить их говорить. Вы не можете проделывать на открытом судебном заседании то, что можете себе позволить в глухой комнате полицейского участка. Я готов пытаться добиться осуждения обвиняемых без показаний пушистиков, но я не могу этого гарантировать. Объясните им, доктор Маллин.

- Ну, - Эрнст Маллин откашлялся. - Ну, - повторил он еще раз, - вы все понимаете принцип работы полиэнцефалографического детектора лжи. Вся деятельность мозга сопровождается электромагнитной активностью, проявляющейся в соответствующих колебаниях. Детектор лжи настроен так, что выделяет из волновой структуры только те волны, которые соответствуют подавлению правдивых утверждений и подстановке на их место ложных утверждений, в каковом случае синий цвет шара сменяется красным. Я использовал детектор лжи в ходе психологических экспериментов, проводившихся над некоторыми пушистиками. Я ни разу не видел, чтобы синий цвет сменился красным.

Маллин не стал вдаваться в юридические аспекты данного факта - это уже входило не в его компетенцию, а в компетенцию Гаса Браннарда.

- Все свидетельства в суде, без всякого исключения, должны даваться под детектором лжи, причем первоначально оператор должен проверить свидетеля, заставив его произнести ряд истинных и ложных утверждений. Если пушистики не могут быть проверены на детекторе лжи, то они и не могут быть свидетелями - точно так же, как слепой не может водить автолет.

- Да, и потому наше дело дрянь, - сказал Ахмед Хадра. - Как же мы сможем преследовать кого-нибудь в судебном порядке за дурное обращение с пушистиком, если пушистик не может свидетельствовать против него?

- Или если кто-нибудь заявит, что принятие пушистика в семью на самом деле является порабощением, - сказал Бен Рейнсфорд. - Например, скажут это насчет Алмаза, или насчет моих Флоры и Фауна. Как мы сможем доказать, что наши пушистики счастливы с нами и не хотят жить в другом месте, если их нельзя проверить на детекторе лжи?

- Погодите минутку. Я, конечно, не специалист, - сказал Грего, - но даже я знаю, что любому обвиняемому дается право защищаться тоже под детектором лжи. А благодаря Хьюго Ингерманну пушистики стали обвиняемыми.

Браннард засмеялся.

- Ингерманн надеется подловить нас на этом, - сказал он. - Он полагает, что Лесли, защищая пушистиков, подвергнет их допросу в Апелляционном суде, так что я оспорю возможность проверки пушистиков на детекторе лжи и воздержусь от использования их свидетельств против его клиентов. Но мы не должны так действовать. Лесли просто будет отрицать их виновность, хотя и признает их дееспособными, и откажется от слушания.

- Но тогда все эти пушистики предстанут перед судом, - возразил Грего.

- Конечно, предстанут, - и генеральный прокурор от души расхохотался. Помните, что произошло в прошлый раз, когда группа пушистиков получила доступ в суд? Мы просто позволим им действовать так, как это им свойственно, и посмотрим, что останется от утверждения Ингерманна о том, что пушистики являются отвечающими за свои действия взрослыми существами.

- Доктор Маллин, - неожиданно произнес Кумбс. - Вы сказали, что ни разу не видели, чтобы на детекторе лжи зажегся красный свет, когда на нем проверяли пушистиков. А слышали ли вы хоть раз, чтобы пушистик, которого проверяют на детекторе лжи, сделал ложное заявление?

- Насколько мне известно, мистер Кумбс, я никогда не слышал о пушистике, который при каких бы то ни было обстоятельствах сделал ложное заявление.

- Ага. А в ходе слушания дела "Народ против Келлога и Холлоуэя" вы давали показания, в которых говорилось, что вы провели большую работу по исследованию электроэнцефалографической структуры мозга пушистиков. Так их умственная деятельность сопровождается электромагнитным излучением?

Пожалуй, было бы неплохо, если бы на каждой научной дискуссии присутствовал юрист, просто для того, чтобы ставить все по своим местам. Маллин слегка усмехнулся:

- Совершенно точно, мистер Кумбс. У пушистиков наличествует точно такая же система излучения мозга, как и у людей и у всех прочих известных разумных рас. Но все волны замещения и подавления вызывают изменение цвета в детекторе. Никакой измеряющий инструмент не может работать при отсутствии явлений, наличие которых требуется определить. Пушистики просто не подавляют истинных высказываний и не заменяют их ложными. Попросту говоря, они не умеют врать.

- Это будет дьявольски трудно доказывать, - сказал Гас Браннард. - Фиц, ты допрашивал пушистиков на детекторе лжи после того, как они лазили в хранилище драгоценностей, так?

- Так. Ахмед и мисс Гленн были переводчиками, а Алмаз им помогал. Детектор лжи был проверен; мы пользовались соответственно уменьшенными электродами и шлемом, изготовленным в ремонтной мастерской Компании. Ни разу ни у одного из них не зажегся красный свет, только синий. Мы приняли эти ответы.

- И я тоже их принял, - сказал Браннард. - Но на суде нам придется продемонстрировать, что детектор изменит цвет, если кто-нибудь из них попытается солгать.

- Нам нужен пушистик, который сумеет соврать при проверке свидетеля, сказал Кумбс. - Если они не умеют врать, нам придется кого-то из них научить. Мне кажется, что это задача для доктора Маллина. Я буду ему помогать. Джентльмены, никто из вас не коллекционирует парадоксы? Это просто перл - для того чтобы доказать, что пушистики говорят правду, мы должны сперва доказать, что они лгут. Вот за что я люблю юриспруденцию!

Все, кроме Джека Холлоуэя, рассмеялись. Джек сидел, мрачно глядя на крышку стола.

- Получается, что теперь, вдобавок ко всему, нам придется сделать одного из них лжецом, - сказал он. - Хотелось бы мне знать, что мы сделаем из них в конце концов.