Кровь фоморов

...Открой, Этт! Открой хоть на краткое мгновенье. Дай просто упасть к твоим ногам, стать твоей другой тенью, твоим невидимым стражем, цепным псом твоих владений! Просто дотянуться до тебя и исчезнуть, растаять в отпечатках твоих следов, откинув гордыню и стыд, забыв самого себя…

Не открывай, Этт. А то ведь так и сделаю.

Тонкая золотистая паутинка дрогнула и поползла рассветной солнечной дорожкой по черной глади кромешного сумрака. Длинная арка дверного проема расстелилась сверкающим ложем дракона, и хрупкий темноволосый силуэт Эйтлинн в его жарком обрамлении казался божеством на древней иконе. В лицо дохнул соленый морской бриз, смутная канитель замелькала расплывчатыми очертаниями, словно пространственный тоннель… И Киэнн почувствовал, как тяжелые цепи кошмара со звоном рвутся одна за другой!

Глухой толчок, странное полузабытое чувство…

– Ну вот такого еще точно не видела! – выдохнул изумленный голос Этты из-под темно-багровой пелены закрытых век.

Киэнн открыл глаза. Номер отеля Хард Рок, приглушенный гул ночного Даунтауна. Высокие, зеркально поблескивающие сапожки с серебристо-металлическими бляшками застежек, гордым небоскребом, уходящие вверх, черное облако оборок и бантов, шифона и кружев…

– Этт?

Кишки боггарта! В какой же момент он уснул? Еще в самолете? Или, может быть, раньше? Попросту взял и отдал себя в услужение маре, стал ее покорным рабом, мальчиком на побегушках, демоном-мучителем в чужих сновидениях!

– Этт, я долго отсутствовал?

– Неделю. И как ты успел обзавестись дредами за такой срок – ума не приложу.

Она склонилась к нему и провела рукой по спутанным волосам. Хаха, если за тебя взялась мара – другого и не жди! Куда большая загадка и фокус в том, как ему удалось сбежать от нее… Хотя сейчас он чувствовал, что при желании мог бы повторить свое мистическое путешествие сквозь пространство, соединив собственное сознание с объектом и целью поиска. Точно мучительный плен подарил ему новую, неведомую ранее, способность…

– Ты появился просто из ниоткуда, – продолжала Эйтлинн. – Не так, как раньше. Тебя точно швырнули прямиком с небес на землю, под вой двенадцатибалльного шторма и канонаду выстрелов. Где тебя носило, Киэнн?

– Ты не поверишь, старушка, – он попытался приподняться, с трудом ощущая собственное тело. Точно разучившийся ходить астронавт.

Этта нервно позвякивала ключами в дверях. Она куда-то спешила. Макияж не скрыл глубоко ввалившихся глаз и надломившей губы морщинки.

– В чем дело, Этт? Только не говори, что все это из-за меня.

Она испуганно спрятала глаза в пол, голос осел до сдавленного шепота:

– Рико…

– Что натворил этот мерзавец?

Она вдруг беспомощно упала ему на грудь и неудержимо разрыдалась:

– Киэнн, он… в клинике… в коме… Он… он взял твою цепочку!

Мощный электрический разряд прошел по телу:

– Как это – просто «взял»?

– Я не доглядела, – истерично дрожала она. – Он умирает. Это моя вина…

– Где Глейп-ниэр? – холодно и настойчиво поинтересовался подменыш.

Фоморка быстро указала рукой:

– Там же, где и был. Он лишь прикоснулся к нему и тут же уронил, потеряв сознание.

Ага, спящая красавица веретеном укололась, мать твою! Киэнн шагнул к золотисто-каштановому, изящно декорированному серебристой ковкой комоду, выдвинул распахнутый ящик и затянул мрачно сверкающий ядовитой сталью хвост крепким узлом на запястье.

– Говоришь, он еще жив?

Этта несмело кивнула.

– Ну что ж, тогда, быть может, даже еще и обойдется...

Она не поняла его и отчаянно залепетала:

– Они не знают что с ним, а я не могу объяснить. Кажется, полагают, что это – пернициозная анемия или как-то так, считают, что необходимо переливание крови…

– Если какая-то кровь и в силах помочь ему сейчас, то это только моя кровь, – резко перебил ее Дэ Данаан.

Дрожащая женщина с надеждой впилась в него взглядом.

– И не подумаю! – отрезал он в ответ на ее молчаливый вопрос. – У нас с тобой вполне хватает забот и без маленького человеческого воришки. Я ему не родитель и мне нет до него дела.

Этта обреченно осунулась:

– Тогда лучше прикончи меня прямо сейчас.

Король фейри окатил ее раздраженным взглядом:

– Выдрал бы я тебя. Так, чтоб спина вся исполосованная была…

Стиснул зубы, и, внезапно смирившись, выдохнул:

– Поехали.

***

Уже в такси она, с благодарностью, прижалась к нему:

– Спасибо, что спасаешь. И поступай со мной, как сочтешь нужным.

Киэнн с легкой досадой покачал головой:

– На самом деле, я не могу обвинить тебя ни в одном легально наказуемом преступлении. То есть я-то могу, но это будет обычным королевским произволом.

Он слабо улыбнулся, на мгновение отвел глаза, затем снова, с укором, кольнул ее взглядом:

– Но ты слишком много на себя берешь, Этт. И слишком легкомысленно к этому относишься.

Машина остановилась перед дверями госпиталя Нортуэст Мемориал и двое фейри спешно поднялись на лифте. Группа крови неожиданно совпала. Резус тоже. Хотя бесстыдный плут Дэ Данаан уже готовился применить магию иллюзий или банальное внушение, чтобы заставить педантичных эскулапов уверовать в это. В конце концов, это был единственный шанс. Когда с предварительными пробами было покончено, немолодая и, судя по всей осанке и гримасам, исключительно въедливая докторша как-то подозрительно покосилась на Киэнна:

– Это ваш сын, мистер Дэниэлс?

Еще не до конца пришедший в себя после заморских приключений полуэльф нерешительно замялся, спешно раздумывая: соврать ради дальнейшего упрощения процедуры или сказать правду? Что он его знать не знает и это – беспризорный оборванец с улицы? Вранье так и просилось на язык…

– Почему вы нам раньше не сообщили об этом?

Киэнн отрицательно покачал головой:

– Пожалуй, нет. По крайне мере, об обратном меня никто и никогда не информировал.

Проклятая старая ханжа недовольно поправила очки:

– Молодой человек, у меня тридцать два года врачебной практики, и я не очень-то верю в счастливые совпадения. У вас редчайшая группа, таких как вы – один на двести тысяч.

Угу, у всех фейри четвертая, госпожа синечулочница! И вам, людям, она досталась именно от нас. Если только Ойстэ на этот счет не врет. Конечно, это вполне может означать, что у мальчишки все же есть кровь фейри. Ничтожная ее доля. Потому что истинную природу волшебных существ дарует только Маг Мэлл. Или, по крайне мере, цена подмены. А потому оставьте свои подозрения при себе и шевелите своим сухим задом, дорогая!

Фоморка нервно ущипнула его сзади и зашептала на ухо:

– Ты же сам говорил, что такое не исключено!

– Этт, я не помню эту женщину, а память у меня, знаешь ли, хорошая.

Эйтлинн прикусила губу и отвернулась.

Киэнн настоял на прямом переливании, хотя, казалось, серьезных оснований для этого не было. Это вам так кажется. Тут или пан или пропал. Но на какого черта он вообще делает это?

Его уложили рядом с бледным полуживым существом. Рико часто, тяжело дышал, цветом лица был схож с грубым неокрашенным холстом, пальцы ног мелко подрагивали. – Ну ведь и поделом же! Стоит все-таки иметь хоть каплю ума и совести и время от времени сдерживать свои клептоманские наклонности!.. – Вот уж кто бы говорил! Когда научишься усмирять свою дурную природу – тогда будешь осуждать других. Скорей всего, именно поэтому он здесь. Рико казался ему маленьким отражением его самого, и он чувствовал некую внутреннюю потребность принести эту небольшую жертву, спасая жизнь малолетнему засранцу.

Процедура оказалась неожиданно долгой и, кажется, он снова заснул. Правда, на этот раз спокойным и глубоким сном без единого сновидения. Когда же открыл глаза, Этта лучезарно улыбалась ему, точно он подарил ей весь мир и пару бриллиантовых колец в придачу.

– И как оно? – Киэнн стряхнул остатки сна.