Звездный демон

Ярость Ра, узнавшего обо всем, чуть не спалила весь дворец. Люди попрятались по углам, ощущая, как трещат молнии над самыми их головами, как самые стены дышат и сверкают божественным отмщением. Незадачливый начальник стражи был казнен; но теперь уже ничто не могло указать Ра дороги к мятежникам.

Однако гоаулд сейчас достоверно знал несколько вещей.

Мятежников оказалось много.

Таури оказались способны на большее, чем он полагал до сих пор, - и умная и коварная тварь, человеческое отродье, которому Ра сохранил жизнь, нашла способ привлечь на свою сторону рабов. Каким-то образом в короткий срок обучив их воинскому мастерству, Менес захватил один из гарнизонов, где и укрылся. Но как теперь найти эту крепость среди других, которых в стране не один десяток? Как вычислить бунтовщиков – ведь они, несомненно, маскируются под воинов Ра? И где Менес скрывался все предшествующее время?

Гоаулд понял, что мятеж грозит превратиться в войну, - ему, богу этих людишек, людишки показали нешуточный оскал.

Он приказал с удвоенным рвением обыскать страну и провести досмотр каждой крепости. Ра знал, что Менес ударит скоро, поскольку для него промедление гибельно, как и для его бога.

========== Глава 43 ==========

Постоянно иметь дело с наквадом действительно оказалось полезно. Если бы гоаулд, с которого начались сношения Земли с Абидосом, мог видеть, как быстро бунтовщики оправляются от ран и восстанавливают силы, он бы сказал, что энергия минерала нормализует жизненные процессы в организме людей значительно быстрее, чем это происходило бы естественным образом.

Таури не знали таких слов и таких понятий, но успешно пользовались технологиями и достижениями Ра – гениально простыми, настолько, что девственный разум людей смог самостоятельно ими овладеть.

Теперь проводить учения оказалось намного легче – несмотря на потерю Ахавера. В распоряжении Менеса сейчас было больше десятка способных учителей фехтования и стрельбы, которые стали его глазами и руками во время занятий и сняли с военачальника значительное количество забот.

- Вот это и значит править, брат мой, - сказала ему Киа, когда Менес с радостью рассказал жене, насколько легче ему сделалось. – Править не значит делать все самому… Так ты истощишь свои силы слишком быстро, как бы ты ни был могуч.

- Что же это тогда такое – правление? – спросил ее Менес.

Когда жена делилась с ним своими мыслями, ему порою казалось, что он слушает существо столь же древнее, как их теперешний правитель. Менес не знал, откуда к Киа пришла ее мудрость, - знала ли она это сама?

- Править значит уметь выбирать нужных тебе слуг, - медленно сказала Киа. – Таких, которые смогут опереться на низших людей, чьими делами будут заведовать и о которых будут заботиться. Видишь – Ра опирается на своих воинов и жрецов, на подобных нам… А те - на селян… Это как пирамида, но основание ее подточено временем настолько, что она больше не может стоять. Ты должен заменить трухлявое дерево и заложить в основу страны новые камни.

- Что за дерево и камни? – спросил Менес.

Киа молча указала себе в грудь.

- Дерево и камни для основания – простолюдины, дай им жизнь по справедливости! Я – селянка. Я – чернавка, - со сверкающими глазами сказала она. – И я этим горда! Жизнь Та-Кемет начинается на ее полях!

Молодой вождь покачал головой.

- Как это сложно, - прошептал он, беспомощно опустив руки на колени. – Мне всегда казалось, что жизнь заключается в Ра и его воинах, и ведь так и есть… А теперь я вижу, что жизнь – в вас, селянах.

- Жизнь людей заключается во всех людях, - строго ответила Киа.

Менес ласково взял ее за руку.

- Ты сейчас потребуешь, чтобы я продолжил упражняться с тобой, моя суровая сестра, - неожиданно сказал он, перебирая пальцы жены и улыбаясь. – А я хотел бы осыпать тебя сокровищами и заключить в золотую палату, чтобы тебя не коснулось даже дуновение ветра. Чтобы тебе поклонялись, приносили дары и воскуряли перед тобой благовония…

Киа вырвала руку.

- Ты хочешь, чтобы я умерла?..

Она сердилась, а ведь Менес хотел польстить ей!

Молодая женщина встала и ступила на раненую ногу. Ощупала рану, стянутую бинтом; отогнула край повязки…

- Хорошо, что напомнил. Нам следует продолжить упражняться, - заявила Киа. – Я уже достаточно здорова для этого…

- А времени мало! – вдруг воскликнула она, ударив кулаком по стене, так что Менес вздрогнул.

- Да, ты права. Но, Киа…

Он вдруг в тревоге схватил ее за обе руки.

- Ты говорила мне, что у женщин каждый месяц бывает кровотечение… А у тебя ничего не было уже так давно, больше месяца! Что это может означать?

Киа пожала плечами и улыбнулась – глаза ее были непроницаемы.

- Благоволение богов, избавивших меня от неудобства, муж мой. Ну что же, бери свой меч и нападай на меня!

Вечером Киа устало приняла заботы своей служанки и без сил опустилась на ложе. Они с Менесом опять легли раздельно – она на кровати, а он на полу, как солдат. Киа не разговаривала с мужем.

“Даже если это то, что я подозреваю, - мрачно думала она, проводя рукой по животу, - Менес не должен ничего знать, и никто не должен! Слишком многое сейчас важнее ребенка! Интересно, как избавляются от детей наложницы воинов Ра? Женщин сбывают с рук, когда они беременеют? Или они вытравливают плод?”

Киа поднялась с постели и скользнула ногами в сандалии.

- Любимый, я скоро вернусь, - прошептала она, когда Менес привстал. Муж кивнул и лег обратно.

Киа запахнулась в легкое ночное одеяние и вышла в коридор, где у двери на тюфячке спала ее прислужница. Киа присела около нее на корточки, и проснувшаяся рабыня открыла глаза и испуганно села.

- Госпожа?

- Хмес, скажи-ка мне…

Оборвав сама себя, Киа схватила служанку за руку и подняла на ноги; несмотря на ее тревожный вскрик, отвела Хмес в сторону.

- Долго ли ты жила с мужчиной до того, как попала ко мне? – спросила она.

Хмес отвела глаза, покусала нижнюю губу, потом посмотрела на хозяйку и показала три пальца.

- Три года? И ты ни разу не беременела? – воскликнула Киа в изумлении.

- Беременела, - тихо ответила рабыня. – Но ребенок вышел из меня с кровью, а потом ничего больше не было.

- Ах, вот как… - прошептала Киа. – Каждый ли месяц у тебя кровотечения?

Хмес запнулась.

- Я не считала, госпожа… - пролепетала она.

- Все, иди, - отмахнулась Киа, видя, что смертельно испугала женщину. Когда Хмес ушла и опять устроилась спать, Киа села у стены на корточки и впилась зубами в пальцы; на глазах ее выступили слезы. Если она беременна?

“Почему эта женщина не знает, как вытравливать плод?..”

Ах, сколько непотребного приходится совершать тем, кто правит людьми!

А если она бесплодна, а потом Менес захочет сына?

Киа вернулась в комнату и тихо легла, не потревожив больше мужа; она беззвучно заплакала. Она не могла плакать, пока Менес бодрствовал, чтобы он не увидел ее слабости.

Боги даровали им время – шли дни, а их никто не тревожил. Может быть, весть о них заблудилась и не дошла до Ра; что бы это ни было, пока бунтовщикам очень везло. Все их раненые поправились, и все их четыре виманы оказались в исправности: как видно, божественные машины делались с большим запасом прочности. Новые солдаты оказались похожи на прежних – неловкие, но старательные; но теперь у них было гораздо больше наставников, приученных к дисциплине, и дело делалось значительно легче, чем в первое время.

- Киа, не повторить ли нам попытку? – спросил жену окрыленный Менес. – Не попытаться ли занять еще один гарнизон?

Киа помотала головой.

- Не обольщайся, - сказала она. – Мы неизбежно пострадаем, понесем новые потери, и нам придется заботиться о раненых… Кроме того, нам нужно атаковать Мен-Нефер-Ра быстро. Ра не мог ничего не прослышать до сих пор, это было бы слишком!