Страница 36 из 60
— Значит, на севере объявился дракон? Давненько мы не слыхали об этих чудищах.
— Дракон, — угрюмо подтвердил Келебран. — Король, правда, заключил договор с гномами и они отправили отряд драконоборцев на подмогу, но если эти твари расплодятся, то никакие гномы с ними не справятся.
— На наших границах тоже неспокойно, — сказал Арадан. — О волколаках вы уже знаете. Еще тролли активизировались, причем нападают они теперь не поодиночке, как раньше, а сообща. Да и волколаки начинают сбиваться в стаи, что этим тварям ранее было несвойственно.
— И оборотни одичали, похоже, окончательно, — вставил Келебран.
— Плохо дело. Моравен расстроится. Она ожидала чего-то подобного, когда клан покинул земли за Гномьими Горами, но все равно эти вести будут ей неприятны.
Я ощутила очередной приступ острого любопытства. Кто такая Моравен? Имя явно эльфийское, но с чего бы эльфам расстраиваться из-за оборотней?
— Как она? — спросил Келебран.
— Хорошо. Вот только по тебе скучает.
Отчего-то эта простая фраза вызвала во мне сильнейшую неприязнь к неведомой Моравен. Да кто она такая и какое отношение имеет к Келебрану?
— Мне тоже ее очень не хватает, — так тихо, что мне пришлось напрячь слух, дабы расслышать, признался блондин.
В носу у меня защипало, а на глазах выступили слезы — несомненно, от едкого запаха лука, который я как раз резала.
— Скоро увидитесь, — заметил Арадан.
Я бросила лук в котелок к остальным овощам и отошла к огню. Разговор мужчин вдруг резко утратил для меня интерес. Тем временем Диего, проснувшись, приподнялся на локте здоровой руки.
— Как ты? — обратилась я к нему.
— Вроде бы лучше. Во всяком случае левая рука больше не немеет — смотри! — и он несколько раз сжал и разжал кулак. — А еще зверски хочу есть.
— У нас на ужин будет рагу из кролика, — сообщила я. — Только придется немного потерпеть. Хочешь, дам тебе пока лепешку с вяленым мясом или пирог с черникой — кажется, у нас оставалась еще парочка?
— Ну уж нет, — торжественно объявил дел Арьянте. — Я буду ждать рагу.
Арадан поднялся, на мгновение вышел из пещеры и вскоре вернулся, вытирая руки.
— Выпейте сначала вот это, — произнес он, протягивая Диего флягу. — Три хороших глотка.
Дел Арьянте повиновался и поднес флягу к губам.
— Отлично, — сказал эльф, получив сосуд с напитком обратно. — А теперь позвольте я осмотрю вашу руку.
Он осторожно снял с раны пропитанную целебным раствором ткань. Я подошла поближе и вытянула шею, желая рассмотреть изменения — если они появились. И увидела, что рана начинает понемногу затягиваться. Эльф вытащил из своей сумки баночку с темно-коричневой остро пахнущей медом и травами мазью и толстым слоем наложил ее на рану.
— Пусть пока побудет так, а перед сном я снова перевяжу ее, — распорядился он.
— Спасибо вам, — поблагодарил его Диего. — Теперь я убедился, что эльфийские снадобья поистине чудодейственны.
Арадан слабо улыбнулся, но ничего не ответил.
Вскоре все мы устроились у костра в ожидании ужина.
— Ты упоминал о троллях, — обратился к Арадану Келебран. — До границ королевства эти создания Тьмы пока еще, к счастью, не добрались.
Диего резко вскинул голову.
— И тролли? — обреченно выдохнул он. — Давно мы о них не слыхали.
— Пока Заповедная Долина держит оборону, — пояснил эльф. — Троллям, чтобы добраться до людей, надо миновать сначала ее, а потом и Горное Королевство. А вот волколаки, пусть поодиночке они куда слабее, угроза гораздо сильнее. В последнее время они подобрались почти к самым нашим городам. А в конце зимы эти твари так и вовсе звереют, вот и приходится отправлять отряды охотников, дабы выслеживать их.
— Но ты-то охотишься в одиночку, — заметил Келебран.
Арадан пожал плечами.
— Ты прекрасно знаешь, что я предпочитаю полагаться только на себя. И все же если бы я выследил большую группу этих порождений тьмы, то вызвал бы подмогу. Но с теми тварями, на след которых я напал, уже успели разделаться вы, так что я вынужден буду свернуть.
— Вы не пойдете с нами в Долину? — разочарованно спросил Диего.
Эльф покачал головой.
— Нет, друг мой, я продолжу свою охоту. Но вы и не нуждаетесь в сопровождающем, Келебран бывал в здешних местах неоднократно и он выведет вас к Привратью.
Вскоре был уже готов ужин. Расправившись с удивительно вкусным рагу я ощутила, что у меня сами собой слипаются глаза.
— Отправляйся спать, Риона, — тихо сказал Келебран, вынимая из моих ослабевших рук тарелку и только что со звоном упавшую туда ложку.
Он лично устроил мне у стены постель и укутал одеялом. Засыпая, я успела еще уловить спор Диего и осматривавшего его руку Арадана: дел Арьянте требовал, чтобы ночное дежурство поделили на троих, доказывая, что чувствует себя куда лучше. Но чем закончился этот спор, я так и не узнала, поскольку уснула.
Проснувшись, я заметила, что Диего и Арадан еще мирно спят — значит, была очередь Келебрана дежурить. Стоило мне подняться, как эльф открыл глаза и бросил абсолютно незамутненный взгляд в мою сторону — сон у него, видимо, был на редкость чутким. Убедившись, что никакая опасность нам не угрожает, он смежил веки, а я вышла из пещеры.
Солнце еще только вставало и его первые лучи пока не разогнали лесной сумрак. Келебран сидел у входа, вытянув ноги, и о чем-то размышлял.
— Ты рано встала, — сказал он, заметив меня. — Можешь поспать еще.
Я присела рядом с ним.
— Не хочется. Выспалась. Скажи, Диего удалось настоять на своем?
— Нет, разумеется. Когда Арадан понял, что переубедить этого упертого гоблина невозможно, он просто добавил в его питье сонной травы.
Я рассмеялась.
— И правильно поступил. Неужели Диего сам не понимает, что ему необходимо восстанавливать силы?
— Конечно же понимает. Но не желает быть обузой. И не любит ходить в должниках.
Предрассветный серый сумрак тем временем стремительно отступал, уступая место солнечному свету.
— Я пойду к ручью, — сообщила я. — Умоюсь и вернусь. Принести воды?
— Возьми маленький котелок, заварим чай.
Вернувшись в пещеру, я обнаружила, что вся посуда была чиста. Значит, Келебран либо Арадан (а то и они вместе) вымыли ее после ужина, в то время как меня сморил сон. Мне стало немного неловко и я дала себе твердое обещание, что после завтрака займусь мытьем посуды сама, благо ручей тек совсем рядом, а на берегу его я вчера заметила песок, которым хорошо отмывать с тарелок и котелка жир.
Умывшись и набрав в котелок воды, я попробовала было всмотреться в свое отражение, но толком ничего рассмотреть так и не смогла. Вода в ручье была неспокойна и лицо мое, отражавшееся в ней, то и дело размывалось и поддергивалось рябью. Я только лишь отметила, что за дни пешего похода щеки мои запали — но в этом не было ничего удивительного. Ежели у эльфов кормят хотя бы вполовину так хлебосольно, как у гномов, то едва приобретенная моя болезненная худоба пройдет очень быстро.
После сытного завтрака, состоявшего из остатков вчерашнего рагу, лепешек, орехов да зачерствевших пирогов с ягодами, которые мы размачивали в чае, прежде чем откусить кусочек, настала пора нам с эльфом расходиться в разные стороны. До блеска натертые мною песком тарелки, ложки и котелок были высушены на солнце и вновь упрятаны в сундук. Нам же Арадан выдал с собой часть припасов: немного картофеля, лука и моркови, орехи и особые эльфийские лепешки, отличающиеся от гномьих сладковатым привкусом.
— К сожалению, дать вам с собой лечебной мази я не могу, — извиняющимся тоном сказал он дел Арьянте, в последний раз обрабатывая его рану. — Все охотники носят с собой целебные средства на случай, если несчастье, не дай Путеводная Звезда, случится с ними самими.
— Я понимаю, — отозвался Диего. — И признателен вам за помощь.
— Совсем скоро вы доберетесь до Заповедной Долины, где вас излечат от хвори окончательно, мне же еще много дней предстоит бродить по лесу. Но я надеюсь на новую встречу, друзья. Да будет путь ваш озарен звездами!