Страница 39 из 65
– Екатерина Андреевна, – обратилась официально к Катьке по интеркому. – когда прибудет художник из отдела, проводите ее ко мне.
– Будет выполнено сиюминутно, Ника Алексеевна. – а потом не сдержалась и добавила. – Засранка малолетняя.
– Будете обзываться, мне придется проводить гостей в приемную. – пригрозила я, но все же расхохоталась и отключила интерком – конфликт улажен. Между друзьями всегда так, конфликты и недопонимания разрешаются самым странным образом, вот вроде бы официальное обращение должно было наоборот подчеркнуть холодок в отношениях, но привело абсолютно к противоположному эффекту. Необходимо было просто немного разрядить обстановку, она прекрасно понимала, что отделаться от подобных визитов у меня нет никакой возможности, но иметь дело с невидимым, когда-то живым существом то еще «увлекательное» событие. В общем, я была не в обиде на ее слова и теперь полностью была готова посвятить работе над идентификацией умерших. За работу, детка!
Итак, я написала на нескольких листах шаблоны с ответами и приготовилась записывать ответы, которые намеревалась получить.
– Девушки, прошу вас пересесть вон в тот темный угол, чтобы я лучше считывала ваши эмоции, раз вы не можете говорить привычным образом. – обратилась я к ним и не дожидаясь ответной реакции, потащила стул в указанный угол. Призраки вообще не торопливы, у них особое чувство времени. – Дамочки, поторопитесь, у меня запланирована встреча!
Спустя добрых десять минут, мы все же настроились на работу, и я приступила к допросу с пристрастием.
– Сегодня девятое декабря две тысячи шестнадцатого года, я пытаюсь идентифицировать неопознанные останки двух женщин предположительно тридцати-тридцати пяти лет, по степени разложения одна из них умерла прошлой зимой, вторая – тут я запнулась, разглядывая вторую жертву. – приблизительно летом, судя по состоянию одежды и характер кожного покрова, для дальнейшей идентификации требуются специалисты в области посмертной анатомии. Портрет первой женщины не принес ощутимых результатов, по всей видимости ее остригли перед самой смертью, тем самым затруднив опознание, ко всему прежнему из-за налипшей листвы и земли может окрасить светлые волосы в более темный оттенок. В результате мы ничего не знаем о жертвах и убийце, за исключением его тяги к преследованию меня.
Я нажала паузу на видеокамере и еще раз убедилась, что наведенный ракурс охватывает мои импровизированный доски для общения с призраками, которые на самом деле буду двигать я сама, и часть кабинета, где решила устроить импровизированный кабинет для допроса. Еще раз мужественно вздохнула, сжимая кулаки и приступила.
– Для начала определимся с вашими именами. Сначала вы, – указала я на первую жертву и начала постепенно показывать таблички с распространенными именами. И вот, когда надежда почти иссякла, а запястья ломило от перебирания табличек, она неуверенно кивнула на табличку с именем «Инга». – Инга? Вас зовут Инга?
Она кивнула, а я незаметно указала на доске ответ для камеры так сказать, если удастся распутать это дело, в старости буду внукам показывать на что была способна в свои лучшие годы.
Со второй жертвой было проще, уже восьмая табличка оказалась той самой. Итак, наших жертв звали Инга Д. и Карина М., тридцати двух и тридцати шести лет отроду соответственно, больше о себе они ничего не помнили. Об убийце помнили еще меньше, он никак не называл себя, и никаких отличительных особенностей внешности не имел. Чуть старше тридцати, темноволосый, высокий с ослепительно-красивыми зелеными глазами. Все произошедшие с ними в период похищения они не помнят, за исключением смерти, должно быть самое яркое впечатление перекрыло остальное пережитое еще при жизни. Мне от этого не легче, разумеется.
– Детка, к тебе пришли из отдела. Кофе и что-нибудь съестное будет через минуту. – отчиталась подруга и исчезла за дверью, предоставляя гостье вход в кабинет.
Я нехотя отодвинулась с насиженного места и выключила камеру, затем нацепила радостное выражение лица, словно и не было этих часов беспрерывного ужаса и страданий.
– Добро пожаловать в холодильник! – поприветствовала я, а потом до меня дошло, что я вижу перед собой все ту же самую Марию, вот только выглядела она куда экзотичнее, чем при нашей первой встрече. Тогда на ней были обыкновенные джинсы и рубашка, а волосы собраны в хвост, а сейчас передо мной предстала отвязная девчонка в ультракоротком мини и это в декабре! А вместо аккуратной прически взъерошенное воронье гнездо. – Что случилось?! Ты точно та славная девчонка Маша?
– Да. Просто пересмотрела свои жизненные приоритеты. – нехотя призналась она, присаживаясь в ближайшее кресло. Отлично! Еще одна загубленная душа. Она узнала от меня слишком много о другой стороне смерти и совсем запуталась.