Страница 16 из 83
- В пятницу, говорите? - уточнил тот.
- Да, - ответил Василий, примерно в половине девятого вечера.
- Точно была. Она у нас не завсегдатай, но заглядывала на огонёк.
- С кем она была?
- Одна. Точно одна. Только прошла в двери и тут встретилась с молодым человеком. Они вышли, но я посмотрел из любопытства. Думал, что ревнивая любовница отыскала своего возлюбленного.
- Они ссорились?
- Нет. Поздоровались и он открыл дверцу машины.
- Вы этого человека знаете?
- Конечно, он наш частый гость. Сын директора какой-то большой фирмы, весьма щедрый молодой человек.
- На чужие деньги, - подумал про себя Василий.
- А его имя?
- Вот этого я не знаю. Мы клиентов по именам не запоминаем, запоминаем по оставленным деньгам.
Василий полез в карман и достал фото Павла, последнее время постоянно присутствующее у него под руками на всякий случай.
- Он, - удивлённо произнес швейцар.
- И вы точно знаете, что именно с ним уехала женщина?
- Куда точнее. Сам своими глазами видел.
Василий, приехав в отдел, отдал фотографию Лены Юре и попросил взяться за это дело.
- Опять Крутых на пути встретился? Что-то часто этот господин появляется там, где висит глухарь. Лады. Посмотрим, что будет на сей раз.
Он немедленно отправился к Павлу. Дома его не оказалось.
- Не скажете, где его можно найти? - поинтересовался он у Любовь Ивановны.
На фирме отца. Тот в больнице, а Павел его замещает.
- Высоко взлетел, - подумал Юра, садясь в машину.
Павла он нашел в кабинете отца. Тот восседал в кресле, величественный как изваяние. Жестом пригласил Юру присесть.
- Что привело вас к нам?
- Вам знакома эта женщина? - спросил он Павла, наблюдая за реакцией последнего.
Павел не умел скрывать своих чувств и на лице отразилось смятение, страх. Он взял себя в руки, положив фотографию перед капитаном, сказал:
- Это моя одноклассница и сокурсница. Очень изменилась за несколько лет. Можно не узнать по фото.
- А по натуре?
- В каком смысле? - переспросил Павел.
- Когда вы видели Лену Сорокину в последний раз?
- Не помню.
- Несколько дней назад из ресторана вы вышли вместе и сели в вашу машину.
- Ах, вот вы о чём?
- Я довез её до места, куда она попросила, и уехал.
- Что это было за место?
- Объясните, почему вы спрашиваете? - закипал от ярости Павел.
- Дело в том, что ваша знакомая в тот день не вернулась домой и до сих пор неизвестно где находится.
- А вы следите за ее нравственностью? Так можно рассматривать ваш визит?
Павел встал и подойдя к окну, отвернулся от сидящего опера. Этим он показал, что не намерен больше разговаривать.
- Хорошо, - Юра встал и пошел к выходу. - Мы пригласим вас тогда, когда найдем ее труп.
- Вы в этом уверены?
- В чем?
- В том, что она мертва?
- А вы как думаете, если женщина около недели не появляется ни на работе, ни дома. И никто её больше не видел.
Юра садился в машину и думал, что его крайне недоброжелательное отношение к Павлу базируется на дружеских отношениях с Василием.
- Я смотрю на Крутых, как на преступника, хотя может быть он и не виноват.
Прошел месяц и туристами за рекой, в перелеске был обнаружен обезображенный труп женщины. По лицу его невозможно было узнать. Труп слегка был прикопан землей, но торчала нога, по которой и нашли несчастную. Криминалисты установили, что была Лена Сорокина. В тот же день Павлом было предоставлено железное алиби. На улице, куда он подвез Лену, к нему в машину подсел охранник отца Заур Ильясов. Он видел своими глазами, как Павел попрощался с Леной на углу многоэтажного дома и они с ним вместе вернулись домой. У Заура была ночная смена по дежурству в их доме. Больше Павел никуда не выходил. Заур сам ставил машину в гараж. Через час они играли с ним в шахматы, а Любовь Ивановна приносила им кофе. Играли допоздна.
- Опять алиби, - проговорил огорченный Василий.
- А тебе так хочется прищучить соперника?
- Ну что, ты Юрий Иванович. Это слишком низменно - чувство мести, нет я никогда не дойду до такового. У меня сложилось мнение о неуловимом маньяке, которому удаётся ускользнуть. Но это до поры до времени.
И Василий достал лист бумаги с записями.
- Вот смотри. Погибает Юля. Павел был задействован. Знаком с убитой и связан личными узами. Позже, похищение моего сына. У него есть набор побуждений для мести. Он знал акушерку. Её тоже нет. Из их дома исчезают деньги. Убиты три человека. Павел присутствует. Наконец, Лена. Он увозит её из ресторана и мы находим труп. Снова присутствует личность Павла Крутых.
- Что ты на это скажешь?
- Серьёзно. Он как тень присутствует везде, оставляя на момент убийства железное алиби. Сам дома. Но во всех делах есть его присутствие. Надо бы послушать его разговоры и приставить к нему "наружку".
- Не дадут согласия.
- Почему? - удивился Юра.- Основания есть.
- Его отец платит за крышу нашему генералу.
- Оте раз. Ты - то откуда знаешь про это?
- Был в хороших отношениях с Павлом. Он сам хвастался, что крутые им нипочем. Платят милиции.
- Странно. Наш начальник управления - очень хороший человек и руководитель. Как же в нём могут уживаться два противоположных человека?
- Сам часто думаю об этом. Даже хотел одно время записаться к нему на приём и прямо спросить об этом.
- Сдурел?
- Наверное. Пока не могу набраться храбрости, но думаю, что всё равно рано или поздно спрошу.
КРИМИНАЛ В ПОГОНЕ ЗА РЕБёНКОМ
Обсудив с дедом дела, Сергей выехал в город и, сказав матери, что хочет навестить её двоюродную сестру, мать Жорика, отправился к ней. Ему нужна была информация о том, каким образом Василёк попал к деду и кто за этим стоит.
- Милай, родственничек, да ты какой баской стал, еще краше чем в детстве, - тетя Люба расплылась в улыбке.
Она вообще была похожа на расплывчатый блин. Её талия вывалилась огромным животом вперед, руки весили не менее чем полпуда каждая, а круглое лицо не вошло бы в бак. Сидеть она могла только на специально сколоченном стуле.
- Проходи, милай, рассказывай, как там твоя мать поживает.
- Живёт, - ответил Сергей.
Пока её пронырливая дочка Марина выкладывала на столе образцы тарелок для богатырей, он разговаривал с двоюродной сестрой своей матери и с ходу задал вопрос:
- А у вас можно устроиться на работу? Я ведь гол как сокол после Армии. Мой костюм и рубашки стали малы и хожу в своей пограничной форме в жару. Обошёл что мог у себя и никакого смысла. Зарплата такая, что куры с хохоту подохнут. А ведь я только и научился, что хорошо махать руками и ногами и мне бы куда в охрану пристроиться, лишь бы хорошо платили. Как вернулся из Армии, так и сижу на иждивении матери, а она и сама с хлеба на квас перебивается.
- Ох, милок, у нас та же песня, работы нет. Заводы стоят. Молодежь чем зря занимается. Жить не на что, вот и дурят помаленьку.
- Мне всё равно что за работа, лишь бы с себя наряд зелёный скинуть. Да прилично одеться. Годы уходят, а я существую лишь бы с голоду не сдохнуть.
Проговорили долго. Пока обедали, к ним заглянул сосед Пётр, нескладный длинный мужик, посидел, покалякал, послушал. Молча встал и ушёл.
- Странный какой, - сказал Сергей.
- Нормальный мужик. Может он тебя и пристроит. У него здесь власть. Руки длинные, всё загребли. Так что, если ты ему приглянулся, он тебя пристроит.
- Хорошо бы, - ответил Сергей. - Надоело такое житьё.
На другой день его позвал веснушчатый мальчишка к Петру. Сергей пошёл беспрекословно. Глянул на дом и обомлел:
- Вот это хоромы. А у кого? У простого долговязого мужика.
Петр хитренько поглядел на него и помолчал.
- Ты свово родственничка Жорика помнишь?
- Конечно? - ответил Сергей. - Он мой идеал. А как песни поет, заслушаешься. Жаль, что его нет. Он бы меня пристроил куда-нибудь.