Страница 102 из 107
Грассеротеп тем временем, вращая головой, уже несколько раз совершил полный круг, он тоже знал, что силы природы ослабляют его энергетическое зрение, и старался воспользоваться обычным.
Поляна была небольшой, и Грассеротеп находился всего в нескольких метрах от Аэл'орри. Если бы она сейчас попробовала улететь, он наверняка бы её настиг. Крылатка медленно сползла по стеблю, и, прикрываясь листьями, юркнула под полог трав, где продолжила движение, осторожно перебираясь со стебля на стебель. Грассеротеп с подозрением скосился на зелёный ковёр, укрывающий поляну, завидев едва подрагивающие листовые пластинки. Ветра здесь не было, а сами по себе листья качаться не могут…
Чудовище истошно взревело, взмахнуло ржавыми крыльями, и, вернув их в прежнее положение, метнуло на поляну мощную воздушную волну, подобную оглушающим вихрям Визиронта. Травы, как по команде, расступились, и глаза разъярённого Грассеротепа узрели ошарашенную крылатку. Аэл'орри метнулась прочь, трухлявое древо заскрипело под когтями сорвавшегося следом Грассеротепа, и железная птица устремилась за крылаткой. Когти были уже совсем рядом, Аэл'орри зажмурилась и поняла, что не сможет уйти от атаки Даркфлессового духа, но продолжения почему-то не последовало. Она осторожно раскрыла глаза и увидела, как огромная уродливая птица, вместо того, чтобы атаковать, раскинув железные крылья, заваливается на противоположный бок и как в замедленном сне падает в густую траву. Из крыла Грассеротепа торчала стрела с ярко зелёным опереньем…
Спаситель был тут же, человек, весь закутанный в рваную накидку коричневого цвета и с таким же подобием капюшона на голове показался из зарослей спереди. Он вспрыгнул на поваленный бурей ствол дерева и вновь прицелился из лука в грохочущего среди кустарника Грассеротепа. В прыжке голова лучника обнажилась, и на волю выпорхнули длинные каштановые волосы, на прядях которых помахивали крылышками белоснежные бабочки. Лучник оказался девушкой лет двадцати с синими глазами и чуть смуглой кожей. Грассеротеп издал пронзительный крик, скользнул крылом по траве и ринулся прочь. Синеглазка пустила ему вслед ещё несколько зелёных стрел, которые, судя по металлическому звуку, настигли чудовище где-то в соседних зарослях. Дух Граса Даркфлесса скрылся из виду, спасительница приблизилась, и, осторожно взяв крылатку, усадила её на свою ладонь. Руки девушки оказались грубыми и шершавыми от мозолей, очевидно, она с детства очень тяжело трудилась.
— Эк, тебя занесло! — воскликнула она, рассмотрев Аэл'орри. — Твой дом там за горами, — она махнула рукой в сторону Кэльвиарона, — что ж ты здесь-то забыла?
— Мне нужно в Герронию, добрая спасительница, — ответила Аэл'орри. — Не укажешь ли ты мне верный путь?
— В Герронию? Я, право, даже не знаю, где бы это могло быть, — растерялась девушка. — Но, думаю, это где-то на западе, так что лети в эту сторону, — она показала на противоположный край долины, — там выход из Гвирендорфа, потом сориентируешься, только следует быть более осторожной!
— Спасибо, добрая спасительница, я буду стараться! — Аэл'орри взмахнула крылышками и уже, было собиралась лететь прочь, но девушка закрыла ладонь и не позволила ей этого.
— Подожди, малышка, — сказала она, — тебе нужно скрыться от летающего чудовища, а то оно может вернуться!
С этими словами девушка сунула руку в карман накидки и вдруг растворилась в воздухе, вновь возникнув уже через мгновение. Из кармана она вынула дротик и маленький изумрудный камушек, точно такой же, какой был у Аэл'орри, затем положила его на дерево и ловким ударом дротика отколола от него несколько крупиц.
— Возьми кусочек и всё время держи в руке, — она протянула Аэл'орри каменную частичку. — Так чудовище не сможет тебе обнаружить!
Аэл'орри взяла камень и сжала его в пальцах. Сомнений не осталось, когда она ощутила знакомые покалывания как от сотен иголочек, это действительно был нивелирующий камень, только значительно более сильный, нежели её, ведь он сумел скрыть воительницу, лишь дотронувшуюся до него.
— Спасибо, добрая спасительница! — Аэл'орри в знак благодарности склонила голову. — Назови своё имя, чтобы я могла рассказать о своей спасительнице моему народу.
— Я Феллс, дочь Тир'Рна из Ормолунда…
Путешествие через вечнозелёную долину бога Кэльвиара
Ночь прошла спокойно, уставшие за день путешественники спали крепко и не заметили, как пролетело обычно долгое и неторопливое в Адальире время.
Утром вновь поднялось солнце. Алёна уже успела полюбить его раннее тепло в этих чудесных краях, где и на рассвете Бог древних был ласков и, не жалея тепла, согревал всех ранних пташек.
Теперь Алёне казалось, что вокруг начинает петь свою вдохновенную песнь осень, хотя ещё только вчера здесь царило великолепное лето. Листья в рассветных лучах теряли глубину цвета, словно желтели, однако, было ясно, что это лишь красивая иллюзия, и к полудню благодатное лето вернётся, вновь наполнив листву былыми красками.
Алёна впервые с радостью раскрыла глаза после сна, казалось, что она и выспалась по-настоящему тоже впервые. Обычно, она вставала с чугунной головой, слезящимися глазами и жутким раздражением на всё и вся, и сил у неё не было, и весь божий день клевала она носом, а сейчас к собственному удивлению ощущала бодрость и прилив энергии. Она осторожно выбралась из-под накидки, хотя не помнила, как укрылась этой тонкой, но очень тёплой зеленоватой материей, скорее всего, это кто-то из вавилонцев позаботился о ней. Избранная огляделась: все вокруг ещё спали. Фариселл устроился под небольшим раскидистым деревом, Дэльвьир на краю утёса, очевидно, по привычке, контролируя периметр. И только Авельир, ранняя птаха, вновь сидел на камне напротив Алёны и смотрел на неё искоса, слегка улыбаясь и с каким-то странным выражением на лице. То ли это было умиление, то ли симпатия, понять этого Алёна не могла, ей просто было приятно встречать поутру такой дружелюбный взгляд готического рыцаря. А он по обыкновению поправлял на лице свой боевой макияж, используя подаренную Алёной косметику. Туши осталось, видать, совсем мало, поэтому ему пришлось накрасить глаза помадой. Вышло достаточно странно, но врагов, думается, напугать могло, что, собственно говоря, и требовалось…
— По-моему, у меня ресница в глаз попала, — деловой интонацией пожаловался он, — помоги вытащить, а?
Алена молча приблизилась и помогла Авельиру справиться с непослушным волоском.
— Слушай, — спросила она, закончив, — а как же ты раньше обходился с гримом, в смысле, что делал, когда он смывался?
— А я уже говорил, кстати, он не смывался, ведь я никогда раньше и не был в столь долгих рейдах, — честно признался Авельир. — Конечно, я мог бы сказать, что полжизни провёл здесь, чтобы побахвалиться, но я не люблю пускать пыль в глаза своим.
— Да ладно! — девушка махнула рукой, ей было приятно, что Авельир назвал её «своей», но она почему-то смутилась. — Один тот твой выпад у реки, когда ты разбил забрало тому чудовищу, уже произвёл достаточное впечатление! — она была явно поражена умениями готического рыцаря. — Я бы не поверила, что до него даже просто дотянуться можно без лестницы или ещё чего-то в этом духе!
Авельир самодовольно улыбнулся.
— Да уж, я такой! — уверенно подтвердил он, переполняемый изнутри гордостью и самолюбованием. — Однако нужно двигаться дальше, спуск в долину сильно размыло, я уже успел сходить на разведку, будем спускаться по уступам, это не сложно, — подбодрил он Алёну. — Если что, я тебе помогу!
Скоро проснулись Дэльвьир с Фариселлом. Едва завидев спросонья новый боевой макияж Авельира, Дэльвьир не преминул съязвить:
— Ну, ты даёшь, вылитый Starchild из «Kiss»! — заметил он с ехидцей.
— Просто ты завидуешь, что не тебе подарили это чудо прогресса! — возразил Авельир.
— Да уж, — произнёс Дэльвьир таким тоном, что всем сразу стало понятно, что именно об этой помаде он и мечтал всю свою сознательную жизнь.