Страница 21 из 64
XII.
После того достопамятного дня на поле стали, на Таиру стали поглядывать с долей уважения. Опытным воинам хватало простого взгляда, на то, как она крутила в руках тонкий эльфийский клинок. Молодые драконы опробовали его на себе, и по мнению их подруг – эти шрамы их не красили.
Фаргалар стал лично заниматься со своей приемной дочерью. Таира коротко обрезала свои белоснежные волосы и тренировалась. Старый дракон только успевал удивляться ее способностям. Эльфийка была проворнее и гибче людей. И хотя простой силы в ней было много меньше, это с лихвой замещалось ее скоростью и ловкостью. А темными ночами, когда эльфы видят лучше кошек, никто не рисковал вставать против нее в поединке.
Так продолжалось, пока Фаргалар не заболел. Заболел смертельно. Таира была эльфийкой и могла различать болезни. От той, которая поразила Фаргалара, лекарства не было. Узнав об этом, старый кормщик отправился к вождю. Обратно он так и не вернулся.
Только Огнекрылый и Таира знали. Знали, что старый дракон взял небольшой шлюп и вышел в бушующее море. Фаргалар погиб, как мечтал. В поединке со своим извечным врагом – океаном.
После ухода Фаргалара, Таира не спала всю ночь. Неожиданно опустевший дом, стал для нее чужим. Она вновь потеряла родных. О, милосердная Луна! Сколько раз она должна проходить сквозь этот круг боли?!
Но жизнь брала верх, во всем Таира видела своего приемного отца. Все это лишь придавало ей сил. И она поклялась, поклялась сама себе, что станет настоящим драконом, как втайне мечтал Фаргалар.
Утром, обычным туманным и дождливым осенним утром, Таира вышла из дому. Предстояло многое сделать. Наточить стрелы, сменить шкуры сирга на крыше дома, протекают, а главное пойти на поле стали. Все должны увидеть не плаксивую девицу, а дракона, который держит скорбь в узде из каленого железа.
Но прежде стоило заняться стрелами. Эльфийка сделала их сама, плох тот стрелок, что не может сам позаботиться о содержимом колчана. Тяжелые древка с перьями от разных птиц уже лежали на столе, но пока без наконечников. Простые наконечники, купленные у кузнецов, еще стоило заточить и приладить.
Таира разделила заготовки на отдельные кучки. Первый десяток заточит тройной заточкой. Она страшно ранит лошадиное тело и человеческое если без брони, а начнешь выдергивать, так рана в три раза больше станет. Следующий десяток – клыком. Эта заточка сквозь любую кольчугу пройдет. Еще десяток срезанной. Стела с таким наконечником чурку, как топор расколет. Самую сложную, и самую опасную заточку, кленовый лист, она оставила напоследок.
Солнце уже миновало половину привычного пути, когда эльфийка отложила последнею стрелу. Сорок штук, как на подбор, лежали на столе. Сорок смертей. Ибо эльфийские стрелы убивают, и убивают сразу. Решив отложить починку крыши на вечер, Таира опоясалась мечем и вышла из дому.
Первое что бросилось в глаза – двенадцать «драконов». Суда не побоялись бурного моря и утром пришли в гавань острова Огнекрылых. Расцветка стягов и эмблемы парусов именовали принадлежность кораблей Бешенной стае. Стае, вожак которой берсерк. Бешенный. Такие имена не даются зря. Когда-то он служил у Мудрого, но после его гибели отделился со своими двумя островами и большинством стаи.
Помня свои обязанности, как еще не дракона, а простого стражника, эльфийка опустила забрало шлема, и торопливо побежала к медленно идущим вождям. Оттуда доносился говор, но смех был натянут, как тетива арбалета.
Молодой вождь Огнекрылых не ждал от этой встречи добра. Этот дракон оставил стаю его отца, и хотя вернулся якобы поздравить молодого вождя, но уж слишком много привел с собой воинов.
Таира прекрасно понимала, о чем думает вождь. Но даже Бешенный не рискнет нарушить закон, и пока Огнекрылый держится, не обращая внимания на мелкие издевки.
А вот и сам вождь стаи Бешенных. Огромный, грузный, все лицо закрывают рыжие волосы. Космат словно медведь, борода до пупа, космы до копчика. Под толстым слоем жира катаются мышцы, больше похожие на бычьи, чем человеческие.
И он!!!
Бешенный искоса оглянулся на стоящего рядом Огнекрылого. Тот может молчать, пропускать шутки и издевки, не оскорбляя гостя в доме. Но такого он не выдержит, хотя и Бешенный будет верен Правде. Ведь имущество мертвого дракона-одиночки может взять любой, а Фаргалар потерял семью еще двадцать лет назад.
Бешенный огромной лопатой ладони выгреб из углубления могильного камня жены Фаргалара жемчужины. Стоящий рядом Огнекрылый почернел от злости. Вот так гость! Даром что привел двенадцать «драконов», против девяти у Огнекрылых. Жадный берсерк решил еще один остров к рукам прибрать. Рука сама потянулась к мечу. Фаргалар был для него вторым отцом, наставником пред которым ему было не стыдно преклонить колени. А эта падаль оскорбляла его, пусть и после смерти!
Его опередила Таира. Свистнул тонкий клинок. Клочья рыжей бороды полетели по ветру, как опавшие листья. Драконы Бешенного схватились за мечи.
– Стоять! – крикнул Огнекрылый, благодарный, что Таира успела раньше него. – Она дочь Фаргалара. И это ее Правда!
Его воины подтвердили слова вождя, да и татуировка на левой руке Темной эльфийки молча говорила о том, кто ее отец, пусть и приемный.
Бешенный взревел. Пена мгновенно выступила на его губах, глаза налились кровью. Берсерк во всей своей красе. Чудовищная ладонь сжалась, превращая жемчужины в песок. Вновь свернул клинок эльфийки, рассекая пояс. Ножны с мечем упали на мокрую траву. Бешенный выхватил у одного из своих воинов меч и вновь дико зарычал. Таира хладнокровно парировала его первый удар.
Яростный звон стали разрывал осенний день. Словно желая охладить противников, пошел мелкий дождь. Но все попытки природы оказались бессильны. Так же как и попытки противников достать друг друга. Сумасшедший натиск берсерка разбивался о ловкость Таиры. Но эльфийка отнюдь не стремилась под чудовищные удары, способные развалить ее надвое.
Таира ускользала от замахов берсерка, сталь звенела о сталь. Эльфийский клинок и не думал подводить хозяйку, мужественно принимая на себя медвежьей силы удары. Огнекрылые и Бешенные следили за схваткой и за друг другом. Если победит Бешенный, то ему снова искать причину, поднять общую драку, но если Таира, Огнекрылый может отпустить драконов Бешенного или затеять бой.