Страница 17 из 64
X.
«Драконы» вытащены на берег. Стая собралась, все ожидают последнего слова вождя. Охота была удачной, и даже больше. Погибших мало, добычи много.
– Братья драконы! – начинает молодой вождь все разговоры мгновенно смолкают. – Я первый раз вел вас на охоту. Мы взяли много добычи, но и пролили кровь. И я по обычаю спрашиваю. Кто хочет уйти из стаи?
Все молчали. Раздался шелест стали, вытягиваемой из ножен. Гладиус Фаргалара указал кончиком на полуденное солнце.
– Дракон!
Еще несколько клинков нацелились на солнечный диск.
– Дракон!
Мечи отражали солнечный свет, слепили стоящих. Десятки, воздетых в древнем приветствии вождю, мечей. И многоголосый крик:
– Дракон! Дракон! Дракон!
Стая оставалась с вождем. Молодой вождь поднимает свой меч.
– Дракон! – кричит он, принимая командование стаей.
Мечи сверкают над головами драконов. Теперь вождю нужно имя. Имя, под которым он будет водить стаю и править своим островом.
– Огнекрылый! – кричит молодой воин у которого Фаргалар выкупал эльфийку. Вся стая поддерживает: – Огнекрылый! Огнекрылый!
Молодой вождь поклонился стае. Обычай соблюден. Теперь драконы возьмут свою добычу и уйдут по домам. До следующего набега.
Один за другим уходят с кораблей драконы, нагруженные своей долей.
– Фаргалар.
– Да Огнекрылый? – отзывается старый кормщик.
Вождь подождал, пока все драконы сойдут с корабля.
– Скажи, ты уже давно придумал мне имя?
– Его придумал тебе отец.
Огнекрылый еще немного постоял возле старого дракона, знавшего его деда. Потом ушел. Фаргалар проводил его отческой улыбкой и склонился над своей долей. Эльфийка, одетая в его старые штаны и рубаху, ждала своего хозяина.
– Пойдем.
Темная эльфийка покорно пошла за ним. За весь путь назад она так и не сказала ни слова. Фаргалар подобрал для нее одежду, смазывал медвежьим салом спину, что бы быстрей заживала. Но всегда встречал пустой взгляд. Взгляд «за гранью», когда все безразлично. На этом свете эльфийку держало только тело.
Весь путь до дома, как и все плаванье, Фаргалар думал о ней. Зачем он выкупил ее? Его уже не интересовали женщины, но и сентиментальным к старости он не стал. Вдвоем они прошли поселок драконов. Где раздавались радостные крики, а где люди работали, как в будничный день. По драконам не плачут женщины, о них поют мечи.
Дом Фаргалара был на отшибе. Небольшой, добротно слаженный, даже долгие недели отсутствия хозяина никак на нем не сказывались. Возле самого дома было четыре длинных валуна с впадинами. Фаргалар остановился. На одном камне лежали бусы, нить давно сгнила, и жемчужины ссыпались в выемку. На двух других рукояти мечей, похожие, как две капли воды. Последний камень венчал потускневший браслет, для девочки лет семи-восьми.
Эльфийку поразила перемена в Фаргаларе. Лицо старого дракона почернело, уголок рта дернулся. Лишь глаза остались сухими. Все слезы выплаканы давным-давно. Эльфийке стало жаль старого дракона. Она понимала его боль. Она тоже видела могилы своих родных.
Фаргалар постоял еще недолго, потом отворил дверь:
– Заходи.
Изнутри дом оказался простым, как сарай. Печь, пара сундуков, кровать, пара лавок. Фаргалар, привычными движениями смахнул пыль, и открыл ларец.
– Как звать-то? – спросил он эльфийку, убирая в ларец меч и доспехи.
– Как назовете хозяин, – покорно отозвалась эльфийка, голос был необычайно мелодичен, подобно их лирам или арфам с серебренными струнами.
– Так не пойдет, – Фаргалар подошел к эльфийке. Мозолистые пальцы коснулись шеи. Девушка задрожала, но Фаргалар снял рабский ошейник. – Вот так. Завтра прилюдно дам тебе вольную. А так… Как мне тебя называть?
– Таира, – чуть слышно прошептала Темная эльфийка, не поднимая взгляда.
– Таира. Ну Таира, так Таира. Ты пока приберись, да огонь разведи. А я воды натаскаю.
Когда дверь захлопнулась за Фаргаларом, Таира опустилась на колени.
– Милосердная Луна, – зашептала Таира. – Молю тебя! Дай мне знак! Что мне делать дальше, как жить?
Таира встала. Губы сами зашептали заклинание Имени. Это заклинание произносит каждый, неважно Темный он или Светлый, когда приходит время. Имя для эльфа не только то, как его будут звать, но и его судьба. Раньше Таира боялась спросить Луну о своей судьбе, она ей было известна. Ее ждал костер во славу Светлого Брата.
Таира закончила заклинание.
Словно издалека донесся голос, холодный и красивый:
– Халарн.
– Халарн, – повторила эльфийка сказанное Луной. – Халарн. Драконица.
Таира не была белоручкой и нехитрую домашнюю работу выполнила быстро, а перед глазами стояли зрелища боев и пожаров, где гибли ее сородичи. И она представляла себя во главе стаи Морских драконов Ранера идет против врагов, отмщая своих родных и близких. Да, за ней пойдут Морские драконы, когда она поведет их на богатые земли этих проклятых эльфов Света, что зажились в своих ажурных башнях из кварца.
«И это будет!» – мысленно поклялась Таира.
Женщины и раньше становились драконами, но ни одна еще не вела за собой стаю. Но все происходит впервые.
Наверно желая порадовать Таиру, Фаргалар приготовил дэжи. Эльфийское блюдо у него получилось на славу, но ужинали они молча.
«А мама готовила дэжи. Так же, как и этот дракон,» – неожиданно подумала Таира.
Съев первую порцию Таира, робко улыбнулась, и вновь удивилась. Отблеск истинного счастья промелькнул в глазах старика. Дракон уже не казался ей чудовищем. Для этого дракона вольные схватки уходили в прошлое. Его наслаждением становилось наблюдать за молодыми. Но не увидеть ему своих сыновей на палубе корабля, не скрестить меч в священной схватке с женихом дочери. Одиночество отныне его удел, как и ее.
Спать она легла на лавке, у печи. Всю ночь не могла сомкнуть глаз, но Фаргалар так и не подошел к ней.
Наутро старого дракона разбудил треск пламени в печи. Таира разогревала остатки дэжи.
– Поедим и пойдем на площадь, – объявил ей Фаргалар. – Там дам тебе вольную.
Что-то мелькнуло в голосе дракона. Словно сожаление, так прощаются с кем-то очень близким и дорогим.