Страница 22 из 29
Большинство хлопцев в классе единодушно отдавали пальму первенства красавице Аллочке Грацианской.
А Вале нравилась Мая Юхимец.
Ну и что, что у неё носик картошечкой. И одна бровь немного выше, а вторая ниже? Зато какие у неё глаза! И какие ямочки на пухленьких руках возле локтей! И вся какая! Но как всегда в четвёртом классе, когда тебе нравится какая-то девчонка, она на тебя совсем не обращает внимания.
Мая и Марина всё время о чём-то таинственно шептались, то и дело тихо вскрикивая, чтобы привлечь чьё-нибудь внимание ("Представляешь! Потрясэ!").
Валя вздыхал.
Как ему хотелось быть героем! Сделать что-нибудь такое, что делают только смелые, отчаянные люди. Чтобы Мая восхищённо ахнула. Ну, заодно и Маринка Зозуля. Пусть ахнет и она, ему не жалко.
Валя, как и все трусы, особенно любил книжки и фильмы о героях. Сколько подвигов совершил он в мыслях и в мечтах!
А в жизни только и знал, что скрывал свою трусость, чтобы окончательно не осрамиться. И, как все трусы, проявлял недюжинную изобретательность и фантазию, когда хитрил, выкручивался, чтобы не видели, особенно девочки, как он боится.
Тяжело быть трусом!
И вот однажды...
Мама послала его в магазин. Можно было, конечно, не идти через проходной. Но в обход очень далеко-надо пройти квартал, потом ещё один по улице, которая пересекает, потом снова целый квартал... А мама просит быстрее. И к тому же дважды он уже ходил через проходной и Фрукта не встретил. Может быть, тот заболел или же совсем переехал в другой район - бывают же такие счастливые неожиданности. И Валя повернул в проходной.
И только он повернул за угол, как...
Первое, что он увидел, - это были Мая Юхимец и Марина Зозуля. Они стояли на балконе дома, за угол которого он повернул.
Второе - это был Фрукт с боксёрскими перчатками через плечо. Он сидел на ступеньках подъезда дома, который напротив.
Мая и Маринка Валю ещё не заметили, они стояли, опершись на перила, боком к нему. Но ещё шаг - и они его заметят. Отступать назад рискованно - увидят, как он удирает.
Единственный выход - броситься в кусты сирени под балконом. Что Валя и сделал с ловкостью прямо-таки удивительной.
Балкон, на котором стояли девочки, был на втором этаже прямо над Валей, и он хорошо слышал их голоса.
- ...И он вдруг как захохочет! - продолжала что-то рассказывать Маринка. А я вот так посмотрела и... всё! А он как скривится!..
- Смешнюля! - хмыкнула Мая.
- Ой, они вообще такие смешнюли!
- И задавули. Думают, что никто ничего не понимает, какие они...
- Ага-га! Комедия!
Судя по разговору, Валю они не заметили.
Но Валя вдруг представил, как он проходит мимо Фрукта, а тот делает свой жест, а может, сегодня не только жест... А Мая и Маринка смотрят с балкона, как в театре.
Будет им сейчас комедия! Будет он им сейчас такой смешнюля, что...
У Вали потемнело в глазах.
Фрукт сидел на ступеньках и не собирался никуда идти.
Что же делать?
И из-под балкона не высунешься, потому что эти глазастые девчонки сразу заметят. Ещё и позовут, чего доброго,-тогда что? Фрукт тут же подгребёт, подрулит...
Ну и ситуация! Хоть до вечера сиди- А мама? А магазин?
Девочки наверху замолчали. Неужели заметили?
И вдруг...
Вдруг во дворе появился какой-то незнакомый чернявый хлопец.
Он смело направился к Фрукту.
Фрукт встал.
Чернявый подошёл к нему и насмешливо осклабился:
- Мухамед Али! А ну дай сюда! - И он схватил рукой боксёрскую перчатку.
Фрукт испуганно отшатнулся:
- Не трогай!
- Козёл! Ты же ни разу их не надевал. Я же знаю. Я же знаю. Я же за тобой давно слежу... Ты же просто носишь их... для показухи.
- Пусти! - Фрукт плаксиво скривился.
- Поносил - дай другому поносить. - Чернявый рванул перчатку к себе.
И вдруг Валя сообразил: да Фрукт же обыкновенный трусишка, такой же, как и он!
И перчатки боксёрские носит для храбрости!
Вале так стало радостно и весело от этого открытия, что он даже хохотнул.
Так чего же тут прятаться в кустах? Чего?
Вот когда надо пройти гоголем мимо врага своего посрамлённого! На глазах у прекрасной Майи Юхимец и Маринки Зозули.
Валя выскочил из кустов и быстрым шагом с презрительной улыбкой двинулся через двор.
Увидев, как Валя решительно приближается, чернявый вдруг замер, внимательно взглянул на него, потом перевёл взгляд на Фрукта, потом снова на Валю. В глазах его мелькнул испуг.
И когда Валя подошёл совсем близко, чернявый криво усмехнулся:
- Да нате вам ваши перчатки! Очень они мне нужны! - Он бросил уже отобранные у Фрукта перчатки на землю и, насвистывая, быстро пошёл прочь.
Валя даже остановился от неожиданности.
Фрукт нагнулся, поднимая перчатки. Потом взглянул мельком на Валю, отвернулся в сторону, тихо пролепетал: "Спасибо!" - и шмыгнул в подъезд.
И только тогда Валя окончательно понял, что произошло.
Его, труса, испугался чернявый чужак, отбиравший боксёрские перчатки у Фрукта! У Фрукта, которого Валя так боялся! И Фрукт ему, Вале, сказал "Спасибо". За спасение.
Так это же... это...
Валя взглянул на балкон. На балконе не было никого. Неужели не видели? Неужели раньше ушли с балкона и ничего не видели?! Вот же...
И всё равно радость, ни с чем не сравнимая радость охватила Валю.
...Конечно, не думайте, люди добрые, что Валя сразу, в один миг, стал отчаянным смельчаком. Так не бывает.
Но если трус впервые преодолел свой страх, почувствовал, что он на что-то способен и отважился на какой-то, пускай незначительный, поступок - не такой уж он и трус.
На следующий день Валя шёл в школу весёлый и радостный. Не было в его душе прежнего страха. И улыбался он уверенно, как никогда.
Гришка Гонобобель, который всегда, когда Валя проходил, шутя замахивался на него, а потом медленно опускал руку: "Не бойся, дядя шутит!" - на сей раз лишь скользнул по нему взглядом и не замахнулся.
Мая Юхимец и Маринка Зозуля уже сидели за партой и о чём-то, как всегда, шептались. Увидев Валю, они лукаво улыбнулись. И по взглядах их было что-то новое.
"Может быть, всё-таки они видели?" - радостно забилось Валино сердце.
Эх, как же хорошо не быть трусом!