Страница 103 из 1406
Одним взмахом топора Кэн снес ему голову с плеч и пинком скинул еще дергающееся тело с моста. Потом обернулся и опешил: прямо перед ним стоял рыцарь Тьмы. Кэн поудобнее перехватил топор, но рыцарь вдруг замахал руками и поднялся в воздух.
— Это я, бригадир! — успокаивающе произнес он голосом Гранака.
Все правильно, расслабился Кэн, сивак принял вид убитого им противника.
— Мне сохранить этот вид? На случай, если они еще где-то прячутся?
Кэн внимательно огляделся. Никого.
— Не надо, превращайся обратно. Твой вид меня нервирует. Все в порядке? — добавил он, оглядывая свой маленький отряд.
Баазы усмехнулись, Гранак кивнул, голова его уже стала похожа на голову сивака. Ни у кого не было и царапины. Все-таки даже драконидские саперы любили и умели сражаться. Довольный своими солдатами, Кэн встал на колени рядом с лежащей Хазат и обеспокоенно взглянул на нее. Лицо ее было покрыто запекшейся кровью, она тихо и неровно дышала. Кэн понятия не имел, что надо делать в такой ситуации. Его познания в людской анатомии ограничивались теми расчлененными трупами, которые ему доводилось видеть на поле боя. Люди такие мягкокожие, что кровь у них льется от пустяка, и дышат они всегда тихо… Кэн потряс Хазат за плечо, она не очнулась, но тело ее оставалось теплым и она дышала. Может, она вовсе и не собирается умирать?
— Что будем делать с ней? — спросил Гранак.
— Возьмем с собой. Если бы не она, мы бы угодили прямо в ловушку. Мы ее должники.
Кэн сам хотел поднять женщину, но Гранак вежливо отстранил командира.
— Я понесу, — сказал он и без усилий поднял тело Хазат.
Дракониды перешли на бег. Кэн решил, что они будут двигаться с максимальной скоростью даже ночью. Никакого отдыха, пока не вернутся в крепость. Кэну было жаль потерянного времени, но зато теперь он точно знал, кто его настоящий враг.
Маленький отряд двигался весь день и всю ночь без каких-либо приключений. Единственная проблема возникла с Хазат. Через несколько часов она пришла в себя и потребовала, чтобы ее опустили на землю. Гранак поставил ее на ноги, она сделала несколько неуверенных шагов и прислонилась к дереву. Кэн решительно заявил, что она задерживает движение и у нее есть выбор: или они ее тут оставляют и пусть она сама как хочет пробирается по кишащей гоблинами территории, или они ее понесут.
— Я не какая-нибудь эльфийская принцесса-неженка, чтобы меня носили на руках! — возмутилась Хазат.
— Ни в коем случае, госпожа, — умильно улыбаясь клыкастой пастью, заявил Гранак. — Вы просто смотрите на меня, как на своего коня. Или, еще лучше, как на своего дракона.
Хазат изумленно уставилась на него, а потом расхохоталась. В конце концов, она согласилась, что Кэн прав, но настояла, чтобы Гранак взял ее на закорки. Так она могла держаться за его шею, а у сивака освобождались лапы и ему удобнее было бежать.
— Конь так конь! — улыбнулась она.
Дракониды продолжили бег. Путешествие для Хазат было не из приятных. Она вся побелела и до крови искусала губы. Тряска болью отзывалась в ее теле, но она молчала и старалась, по возможности, облегчить Гранаку ношу.
Кэн, и так восхищенный мужеством Хазат, зауважал ее еще больше.
К крепости они вышли на рассвете следующего дня. Часовые с изумлением смотрели на сопровождавшего драконидов окровавленного человека, но пропустили его внутрь. Под ответственность Кэна, который заявил, что это друг. Один из часовых побежал к начальнику караула. Кэн не сомневался, что весть о его возвращении, да еще в подобном обществе, мгновенно станет известна генералу Маранте.
— Куда ее? — спросил Гранак.
Он опять держал Хазат в лапах, так как она вновь потеряла сознание — к некоторому облегчению Кэна, которому было больно смотреть на то, как она страдает.
Для Кэна ответ был очевиден. Она женщина — человеческая самка, а значит, ее надо поместить с самками драконидов. Может быть, они смогут как-то помочь ей выздороветь, хотя, конечно, особой надежды на это у Кэна не было.
Отряд вошел в новые казармы. Кэну было приятно сознавать, что эти построенные на скорую руку здания были лучше и надежнее всех прочих строений в крепости. Сейчас его саперы заканчивали внутреннюю отделку. Слит помахал ему с дальнего конца коридора и поспешно подошел ближе. С неприкрытым изумлением он уставился на все еще находящуюся без сознания Хазат, бережно внесенную в помещение Гранаком.
— Да будь я проклят! Это еще кто?… Погодите… Я ее вспомнил! Это рыцарь, всадница на драконе. Откуда вы ее ваяли, командир? И что с ней?
— Все расскажу, только чуть позже, надо ее сначала устроить. А потом я жду рапорта о том, что тут происходило за время моего отсутствия. О пропавших есть новости?
— Нет, командир, — покачал головой Слит. — Но появились еще дракониды, целое подразделение.
— Кто? Откуда? Каким образом? — в свою очередь изумился Кэн.
— Командир, я сообщу вам все подробности, — сказал Слит, указывая на Хазат, бессильно обмякшую в лапах Гранака. — Сначала стоит ее уложить.
— Да, конечно, ты прав, — согласился Кэн и продолжил путь к казармам драконидиц.
— Бригадир! — крикнула одна из баазок, поставленная у окна для наблюдения за происходящим снаружи. — С ним Гранак, он несет что-то большое.
Фонрар на полуслове оборвала команду. Она занималась с баазками и капачками упражнениями с мечом.
— Уберите оружие! — приказала она. — Да загаси ты скорее эту тряпку! — набросилась она на одну из бозачек, практикующихся в магии.
— Я не специально, — оправдывалась та, наступая на огонь лапой.
Все заметались по бараку. Через мгновение мечи были убраны под матрасы, следы занятий магией ликвидированы. Две баазки взяли метлы и принялись с сосредоточенным видом подметать пол. Часть драконидиц завалилась на койки, другие с ленивым видом разбрелись по казарме.
— Интересно, что это они несут? — нервно хихикнула Сандра. — Может быть, нам подарок?
— Хорошо бы, сочного кендера, — протянула Хандра. — Последнее время из столовой приносят такую гадость. Они говорят, это потому, что невозможно охотиться из-за гоблинов.
В дверь постучали.
— Бригадир! — раздался голос Крезела. Он медлил, давая драконидицам время подготовиться и прекратить занятия, которые могли бы вызвать гнев бригадира. Самому Крезелу неприятности тоже были не нужны.
— Прошу, бригадир! — пригласила Фонрар, сама открывая дверь.
За ней, она это слышала, драконидицы становились в строй.
— Фонрар, — кивнул Кэн в уставном приветствии. — Здравствуйте! — обратился он к остальным.
Фонрар отдала команду, и драконидицы четко отсалютовали, но смотрели они не на бригадира, а на Гранака, точнее, на то, что он держал в лапах.
— Человек, — прошипела Хандра.
— Женщина, — уточнила Сандра.
Кэн кивнул в ответ на приветствие и подошел к одной из коек, как оказалось, это была койка Фонрар. Он велел Гранаку положить Хазат на койку и наклонился, устраивая женщину поудобнее. Потом распорядился принести еще одеял и подушку. Наконец он выпрямился и обнаружил себя окруженным драконидицами. Все они смотрели на него мрачно, а может быть, даже враждебно.
Кэн опешил. Они явно были злы на него, но почему? Он не мог припомнить, что он такого сделал, чтобы они были так, недовольны.
— Кто это? — холодно спросила Фонрар.
— Она… Ее зовут Хазат, она рыцарь Такхизис, храбрый воин. Она спасла нам жизнь.
— Как? Что случилось? — испугалась Фонрар, ее гнев уступил место беспокойству. — Никто, кроме нее, не пострадал?
— Нет, нет! Все в порядке, — махнул лапой Кэн.
Ему хотелось поскорее уйти, поделиться новостями со Слитом, выслушать его доклад, но драконидицам явно требовались еще объяснения.
— Она сильно пострадала в бою. Я подумал, что, может быть, вы сможете лучше понять, как ей помочь, все-таки вы с ней одного пола.
— Она спасла вам жизнь, бригадир? — тихо переспросила Фонрар.
— Да, спасла, — ответил Кэн, стараясь сохранить остатки терпения. — И не только мою, а еще и Гранака, и прочих.