Страница 46 из 81
Но самым нелюбимым для всех правилом оказалась всеобщая трудовая повинность: "Чтобы племя всегда было сильным, каждый его член должен работать для его блага!" - как-то так звучали слова вождя, когда он вкратце описывал текущую ситуацию. После распределения, Варди за свои многочисленные способности по ведению хозяйства попал прямиком на кухню, хотя готовкой его обязанности не окончились: орчихи радостно свалили на него и уборку общего дома, места, где спят все члены племени. Так что всё время, которое им необходимо было переждать в крепости, Варди готовил и убирался, правда, в награду его иногда допускали в кузницу, где он делал новые доспехи для Эйвинда. Последнему поручили охоту, так что Эйви целыми днями где-то пропадал (дрых наверное), а потом приносил дичь, что попадалась в его умело расставленные ловушки, поэтому охотник больше отдыхал, нежели работал. Хуже всего пришлось Герберту: как человека, чьи навыки мечника были без надобности, его отправили в шахту, где он со свойственным ему оптимизмом и упорством стучал по стене киркой. Зафер исчезла почти сразу же, как привела Варди в крепость, и больше не появлялась.
По вечерам Ленколиа учил Варди владению мечом. Выпад-блок-нападение-падение-подъём, а потом снова и снова. Ученику уже начало казаться, что эти серии никогда не кончатся. Но за те несколько дней, что они провели в крепости, Варди немного научился правильно держать меч и стоять в стойке. Объяснения Герберт сопровождал различными эпическими повествованиями о своих "подвигах".
Вождь Ларак, являющийся непревзойдённым мастером блокирования, не пустил ночевать их в общий дом, но разрешил оставаться на территории крепости, так что по вечерам усталые работники разводили костёр и пытались завести разговор. Но этот разговор всегда сводился к тому, что Герберту надоедало нытьё Варди по поводу трудности его работы. После этого обиженный Варди заваливался спать и сразу вырубался, а попытки Герберта расшевелить апатичного Эйвинда претерпевали провал раз за разом.
***
Перенесёмся в Хаммерфелл, на несанкционированные никакими властями раскопки Карнумгела, где в данный момент находились три главных действующих лица: Катария, Декимиус Корнхолд и Ольфина.
- Воистину, нет пределов моей ненависти к этому гадкому месту! - изливала своё недовольство Ольфина Катарии, пережидающей жару в тени навеса, - Ваши рабочие не только тупые, но и чёрные к тому же. Почему вокруг одни редгарды? Вы не могли что ли дать мне кого-нибудь попредставительней? И где моя дочь? Мне с ней легче работается!
- О, дорогая Ольфина, не беспокойтесь! Ваша дочурка жива и сейчас находится в самом безопасном месте на континенте! Что касаемо Вашего сына, то он жив, будьте покойны. Вам стоит радоваться, что у Вас имеются такие рабочие, они выносливы и сильны. Так что я думаю, стоит умерить свои расистские настроения и возвращаться к работе, - холодно отчитала Ольфину Катария, ныне нарядившаяся в платье, пестревшее множеством оттенков фиолетового.
В отличие от одеяния начальницы, рабочая одежда археолога была явно не для приёмов: вся в комках грязи, пыльная и местами порванная роба. Местами поседевшие волосы были засыпаны песком и глиной, ногти на руках были обломаны, на ногах тяжёлые толстые ботинки, чтобы не пораниться. От старой Ольфины остался только металлический кулон, подарок Варди, который она никогда не снимала.
- Надеюсь, что мой сын жив, Катария, иначе...
- Всё в порядке, Ольфина, лучше доложите о результатах на сегодняшний день.
- Мы сумели вскрыть двемерские двери на третьем уровне, ваши "бравые солдаты", - особенно подчеркнула едкая женщина, - С небольшими потерями смогли очистить помещения от анимункули, этих противных механических тварей, что по сей день сторожат подземелья гномов. Теперь ваши "учёные", - второй раз особенно подчеркнула Ольфина, - Продвинулись внутрь катакомб. Если судить по плану, найденному этим вашим "экспертом по двемерам", - в третий раз съязвила археолог, - То мы уже близко к тому, что вы называете мастерской, Катария.
- За моих людей не переживайте, они со своей работой справятся, правда же, Делвин, - обратилась начальница куда-то за Ольфину.
- Безусловно, госпожа, - ответил невесть откуда взявшийся данмер, - Я набирал их лично, так что я совершенно уверен в их компетенции.
Ольфина терпеть не могла этого эльфа. Делвин (с ударением на второй слог, как постоянно он напоминал) Алвас, самый ценный кадр среди всех учёных, в большом количестве работавших в металлических катакомбах. Говорили, что он побывал более чем в пятидесяти гномьих городах, в совершенстве знал их язык, знал, как обезвреживать ловушки и больше всего мечтал ответить на главный вопрос всех историков: как и куда исчезли все двемеры? Одновременно, на всём континенте? Но когда Делвин открывал рот, от его подхалимских речей Ольфину начинало тошнить. Этот красноглазый, похоже, считал себя центром мира, но при виде Катарии так и начинал стелиться по полу. Также надо отметить, что Делвин терпеть не мог Ольфину за её едкость и сарказм, так что ненависть и тошнота была взаимная.
Делвин был данмером и, как и все представители данной расы, имел тёмно-серый цвет кожи, острые уши и ярко-красные глаза. Всякий данмер от рождения имеет талант к огненной магии, как атакующей, так и защитной. Когда-то данмеры жили в провинции Морровинд, но после Красного года и вторжения аргониан из Чернотопья родина тёмных эльфов так и не смогла оправиться. Даже сейчас Тамриэль наводнён данмерами-беженцами, не желающими оставаться на умирающей родине.
Данмер был просто помешан на гномах, мог часами болтать про них, но самое отвратительное в учёном была полнейшая аморальность. Как-то раз он запечатал всю свою группу в подземелье, чтобы сдержать центурионов двемеров и сбежать. В другой раз его раскопки привели к тому, что целая деревня ушла под землю вместе с жителями, а города под землёй и не оказалось. Ради своих исследований он мог пожертвовать чем и кем угодно, не жалея средств и жизней. Наверное, именно поэтому один взбешённый его выходками рабочий со злости оторвал ему острое ухо.
- Миледи Катария, позвольте мне, Вашему вернейшему слуге, дальше вести раскопки самому, - взмолился Делвин (он просил это минимум раз в день), - Дальше мы справимся без труда!
- Боюсь нет, Делвин. Магистр отдельно указал на необходимость участия Ольфины, талантливейшего археолога, в этом проекте. Будь добр уважать мнение магистра!
- Конечно, госпожа, простите мне мою дерзость. Ваш верный слуга возвращается к своей работе! - непрестанно кланяясь, отвратительный эльф ушёл.
- Если это всё, Катария, я также вернусь к расшифровке и переводу. Всего хорошего, - попрощалась Ольфина.
"Нет ничего лучше, когда всё идёт по плану", - довольно думала Катария: "Надеюсь, в Скайриме вскоре найдут храм. В противном случае мне придётся лично заняться этим. Да и достать сам ключик будет не просто! С другой стороны, Вероломство никогда не подводил ни меня, ни орден Пустых Часов".
***
Между тем, в крепости орков всё шло по-прежнему. От такой жизни Варди уже начало казаться, что они здесь попусту тратят время. Ничего не происходило, совершенно ничего! Сегодня уже 2-е число месяца Огня очага, два дня назад кончилось лето. Птицу отправили четыре дня назад! За это время она точно бы добралась до Маркарта.
- Эйвинд, - окликнул он зевающего во весь рот друга, - Эйвинд, проснись и послушай!
- Да, Варди, я готов тебя выслушать.
- Нужно что-то делать. Вестник уже должен был добраться до города. Если завтра ничего не произойдёт, можешь вернуться в город?
- Я думал об этом, Варди, хорошо, я так и поступлю. Видать, у них там что-то случилось. А сейчас спать, - объявил Эйвинд и тут же вырубился, как убитый.
Но сон к Варди не шёл. Было холодно и сыро, потому что накрапывал мелкий дождичек и постукивал по верху палатки. Костёр давно потух, крепость закрыта, все орки спрятались в своём доме. А в голове полуночника вертелись нервные мысли о том, что всё идёт далеко не по плану.