Страница 7 из 72
— Посмотрим, что ты скажешь, когда мы отсюда выйдем. Этот знак, — Светка указала на бейсик, — даст тебе возможность увидеть то, что недоступно обычным людям. А на счет твоего опасения о вражде, беспокоиться не к чему. У нас своя инквизиция имеется.
— У нас?
— А как я смогла бы попасть сюда? Я — настоящая потомственная ведьма.
— Хорошо, хорошо. — Терпеливо согласился я.
Да, блин, уж от Светки я не ожидал подобного заскока мозгов. Но раз считает себя ведьмой — пусть считает, лишь бы не упырем каким, а то укусит в порыве злости. Видно здорово девчонке мозги запудрили. Пора переводить разговор на другую тему.
Открытие красного и верхнего залов сопроводилось мелодией флейты, донесшейся из динамиков. Немногие посетители бара стали неторопливо покидать помещение, скрываясь за портьерами различных цветов.
— Нам куда?
Светка, не колеблясь, повернула голову к проему, укрытому занавесью темно-синего цвета с вышитыми редкими белыми звездами:
— В верхний зал.
Первое, что бросалось в глаза, это ощущение пространства. Мягкий полумрак органично сливался со стенами и потолком цвета вечернего неба и покрытых блестками звезд. Вокруг желто-белой полукруглой приподнятой площадки располагались столики. Создавалось впечатление, что вся мебель и сидящие на стульях люди парят в космосе.
— Господа, прошу вас надеть это. — Давешний управитель неслышно возник за спиной и обратил внимание на разложенные на стойке маски. — Согласно традиции клуба все гости верхнего зала могут надеть маски во избежание сохранения инкогнито перед другими посетителями. При желании вы можете ими не пользоваться, но я рекомендую.
— Я возьму эту! — Светка подхватила маску в виде серебристо-черной бабочки надела ее.
Что ж, не гоже обижать даму сомнениями. Я выбрал темно-синюю полумаску, которая закрыла скулы и верхнюю часть лица.
— Можете выбрать любой свободный столик. Желаю приятного вечера. — Управитель вальяжно обвел помещение рукой и неслышно удалился.
Зал заполнился быстро. Через полчаса почти все столики оказались занятыми, лишь один, стоящий чуть в стороне от остальных, так и остался без клиентов. Запоздалых посетителей управитель подсаживал на свободные места, но к пустующему столу не подводил ни кого. Я поинтересовался у Светки на счет такого выделения мест. Девушка мельком бросила взгляд на указанное место и, чуть пожав плечами, ответила:
— Обычно на таких местах сидят главы орденов или Инквизитор.
Слово «Инквизитор» она выделила так, что стало ясно, оно произносится и пишется только с заглавной буквы.
Публика, что окружала нас, вела себя сдержанно и спокойно. Маски на большинстве лиц не мешали общению, и создалось ощущение, что большинство людей являлись завсегдатаями этого заведения и знали друг друга. Легкий дискомфорт ощутил только я, но только до того момента, как к нам подсела довольно импозантная пара. В отличие от большинства, они своих лиц масками не прикрыли, да и одеждой эти мужчина и женщина отличались от остальных — чересчур открытое дорогое вечернее платье дамы и строгий черный смокинг ее кавалера удивительно гармонировали в интерьере зала. Открытые для посторонних взглядов лица также привлекали внимание. Если большие ярко-зеленые глаза женщины придавали ей неповторимый шарм, который скрадывал немного детское выражение лица не соответствующее крупной груди и идеальным женским формам, то ее кавалер отличался бросающейся, кричащей породистостью от линии носа и формы подбородка до изысканных аристократических манер.
— Позвольте представиться. Сильвер. — Мужчина на миг приопустил подбородок и повернул голову к своей спутнице. — Фелиция.
— Сергей. Светлана. — Я привстал, а Светка, встав со стула, изобразила легкий реверанс.
Бейсиков они не носили, но на груди вполне элегантно смотрелись вышитые гербы с изображением геральдического щита с тремя мантикорами. Аромат цветущих лилий смешался с тягуче тяжелым запахом духов дамы. Только большим усилием воли получилось не показать, как сильно выброс адреналина ударил по нервам, но создалось впечатление, что мужчина все-таки что-то понял. Мимолетный внимательный взгляд ощутил почти физически. Впервые за вечер я пожалел о своем присутствии на этой вечеринке. Вспомнилось предупреждение Дяди Арчила перед отправкой отряда в отпуск. Не зря нас в шутку называли охотниками за привидениями. Основным занятием нашего подразделения являлись силовые операции по выявлению, захвату или локализации возможных источников паранормальных явлений. Как потом станут использовать в стенах института привезенные образцы, нас не интересовало — интересы Отечества, подписки о неразглашении, призывы к постоянной бдительности и скептический подход ко многим, якобы нереальным, явлениям выработали определенный стереотип отношений ко всему непонятному. Уж сколько всяких псевдо колдунов и прочих авантюристов пришлось разоблачить, обычно — не светясь, что те редкие случаи столкновения с настоящей нереальностью вспоминались, как радостные события. Сколько мы перелопатили мест во многих малообжитых уголках мира и страны, гоняясь за химерами, а здесь — все рядом. И не какой-нибудь клуб ряженых любителей ролевых игр, а, в самом деле, нечто очень странное и серьезное.
От нахлынувшего потока мыслей отвлек голос Сильвера. Он и его спутница уже надели черные бархатные полумаски.
— Вы, по всей видимости, здесь впервые. Ваша спутница мне немного знакома, а вы — нет. — В голосе мужчины вопросительные интонации не звучали, вся манера говорить показывала его властность и значимость. — В то же время я явно ощущаю в вас скрытую силу явно далекого происхождения. Скорее всего — Азия. А еще от вас сильно отдает кровью и смертью. Вы — воин.
Однако. Быстро меня прочитал этот странный господин, почти с первого взгляда. Не хилый экстрасенс. Или меня где-то «сдали», и сейчас идет многоходовая комбинация против меня и нашей «конторы»? От такой мысли я чуть не покрылся испариной.
— Какой же я воин? — Я постарался, как можно естественней, улыбнуться. — Конечно, военная служба накладывает отпечаток на манеры, но в вашем понятии я — не воин. Скорее — военнослужащий, офицер штаба части. Но зато очень люблю бардовскую музыку и немного пою сам.
— Будь по-вашему. — Как-то легко согласился Сильвер. — В душе каждого имеется место для личных тайн, сберегаемых только для последней исповеди перед богом. Надеюсь, сегодня услышать вас со сцены. Ведь сегодня разыгрывается главный приз года и комиссия будет строгой, но если вы так уверенно говорите о любви к авторской песне, значит стоит вас услышать.
В ни какой иронии голосе Сильвера я не уловил, наоборот — сплошная благожелательность. А еще и дамы, что Светка, что Фелиция, с каким-то восторженным интересом посмотрели на меня.
К счастью, начались выступления бардов. Некоторые выходили из-за столиков, брали гитару за портьерой сцены и без микрофона начинали петь. Ни кто ни кого не объявлял, ни кто не представлялся, но каждого исполнителя встречали тепло, хотя уровень мастерства у большинства из них оставлял желать лучшего. Зато тексты песен мне оказались совершенно не знакомы и интересны, хотя зачастую ощущался некоторый перебор в сторону мистики.
— Теперь ваша очередь. — Тихо проговорил Сильвер, когда закончил петь длинноволосый человек в маске волка. Его песня, стилизованная под средневековую балладу по моему мнению оказалось пока самой лучшей.
— Смелее, молодой человек. — Поощряющее улыбнулась Фелиция, ее изумрудные глаза словно вспыхнули каким-то внутренним огнем. Или мне показалось? — У клубных гитар отличное звучание, а акустика в зале великолепная. Всего две песни и вы победитель. Удачи вам.
— Я буду за тебя болеть. — Шепнула Светка.
Гитар за сценой хватало. На специальной стойке их стояло около десятка, и все различных фирм, но меня заинтересовала только одна. Длинный гриф, непропорционально маленькая дека и местами потертое лаковое покрытие в паутине тонких трещин, а над всем какое-то дыхание старины. Звук также оказался глубоким и ясным. Возникла уверенность в том, что не опозорюсь перед закрытой масками публикой и утру нос господину Сильверу.