Страница 8 из 12
– Давай в эту сторону.
Хайки побежал следом за мной.
Тропинка извивалась, уводя нас от озера, и мы молча трусили по ней. В животе у меня урчало. Я пообещала себе, что обязательно поймаю мышь, когда доберусь до луга.
Некоторое время тропка шла между камнями, но наконец впереди открылась небольшая долина у подножия горы. Я остановилась, чтобы обнюхать землю. Под моими лапами был перегной. Дальше виднелись деревья. Над валунами пронесся порыв ветра, швырнув в мою сторону сухие листья и веточки.
В долине не было зелени.
Сухая пожелтевшая трава росла редкими пучками, как будто сожженная враждебным солнцем, хотя почва была влажной, а ветер – прохладным. Кое-где из земли торчали странные, длинные, точно лозы, засохшие растения, похожие на голые крысиные хвосты.
Последние отблески заката угасали над горизонтом. До меня долетел слабый запах гниющей коры и иссохших листьев, и мой живот откликнулся громким урчанием. Какое разочарование! Я даже представить не могла, чтобы здесь жила какая-нибудь мышь: чем ей тут питаться?
– Не нравится мне, как выглядит это место… – Хайки смотрел вперед, едва не касаясь меня мордой.
Я окинула долину взглядом и предложила:
– Давай побыстрее пробежим через нее. Кажется, вон там растут деревья. Может, это кромка леса.
Я уже проходила через леса на границе Серых земель. Мне было отлично известно, что среди деревьев обитают разные мелкие существа. Белки устраивают в дуплах свои гнезда. В ветвях чирикают птицы. А в земле водятся жирные червяки и жуки, которыми можно перекусить. Я облизнулась.
Мы двинулись через долину. Мертвые стебли оседали под моими лапами. Запах разложения становился сильнее, от него щипало в носу. Мы крадучись прошли мимо небольших горок чего-то гниющего. Возле одной из них я заметила кусок коры и скрученные листья. И крошечный скелетик, полузасыпанный землей, – останки мыши или полевки. К косточкам прилип слизень. Он был первым живым существом, которого я увидела в этой долине. Я приостановилась, шевеля усами, чтобы обнюхать горку. Пахло чем-то едким.
Я поспешила к далеким деревьям.
Потом между согнутыми стеблями травы мелькнул маленький желтый шар. Я уже видела такой, только не помнила, где именно. Приблизившись, я обнаружила целое семейство желтых грибов с пурпурными крапинками, они пробивались сквозь влажную землю. Я подошла к одному, принюхиваясь.
– Не подходи к ним! – рявкнул Хайки.
Я в удивлении отшатнулась – ни разу не слышала, чтобы серый лис говорил таким тоном.
– А почему?
Хайки застыл на месте.
– Их нельзя есть. От них заболеешь.
Он вскинул голову, моргнул, всматриваясь в деревья, на которые еще падал последний слабый отсвет закатившегося солнца. Светлые мясистые грибы резко выделялись на темной почве.
– Думаю, нам не следует здесь оставаться.
Я видела выражение глаз Хайки, чуяла его запах. От его шкуры веяло страхом.
– Но когда мы дойдем до деревьев…
– Нам нужно сейчас же уходить, чтобы найти другую дорогу.
Шерсть Хайки встала дыбом на спине. Хвост прижался к боку.
Я дернула усами. Хайки пугал меня.
– А в чем дело?
Хайки уже начал пятиться, прижимаясь к земле.
– Ты разве этого не слышишь?
– Не слышу чего? – Я напрягла уши.
Воздух был тих, если не считать легкого шуршания ветерка в камнях у подножия горы.
– Вот именно, – прошипел Хайки. – Абсолютно тихо.
Я склонила голову набок. Хайки был прав – мы ведь находились в Диких землях… Почему не жужжат насекомые? Не щебечут птицы?
Я осмотрела долину, ища хоть один зеленый росток, хоть какую-то искру жизни. Но деревья даже издали выглядели согнутыми и больными. И по их веткам явно не прыгали птицы.
Пока я изучала древесные стволы, оттуда, из полутьмы, появилась некая фигура. А рядом – вторая, третья…
Они крались в строгом порядке. Их остроконечные уши были повернуты вперед, толстые лохматые хвосты вытянулись. Мне понадобилось лишь мгновение для того, чтобы понять: это лисицы. Но в том, как они двигались, опустив головы и выгнув спины, было напряжение, граничившее с безумием.
Хайки, должно быть, тоже это почувствовал.
– Кто это такие? – прошептал он. Его голос дрогнул.
Я пыталась разглядеть метки на их передних лапах или уловить запах пепла, въевшийся в их шкуры. С такого расстояния морды чужих лисиц было не рассмотреть. Но мрачный инстинкт подсказал мне, что у них пустые глаза с красным ободком.
– Это Зачарованные, – выдохнула я, когда они двинулись к нам через гниющую долину.
5
Над кривыми деревьями поднялся тяжелый стон. Я споткнулась, мой хвост зацепился за колючий куст. В полусвете вставали искаженные тени. Сухие растения содрогнулись на ветру, хлопая по моим лапам стеблями, будто крысиные хвосты. Грибы повернули круглые головы в мою сторону. Показалось ли мне, что деревья тоже приблизились, вытягивая уродливые ветви, сгибая и разгибая их, как когти?
Вонь разложения стала сильнее. Какой-то старый лис замер среди стволов, наблюдая за тем, как Зачарованные строем движутся через долину. Даже издали я различала ядовитую синеву его глаз.
Мой хвост обвис.
Стон над долиной зазвучал ниже. Между кривыми деревьями рассеялись пятнышки желтой пыли, порывы ветра несли их в мою сторону. Я дышала так громко, что у меня стучало в ушах, а мысли путались. Как будто тот старый лис грыз изнутри мой мозг.
– Айла! Что с тобой? – Голос Хайки был настойчивым.
Я резко моргнула. Когда я снова посмотрела на деревья, старый лис исчез. Стон утих настолько, что я могла расслышать, как приближаются Зачарованные: под их лапами похрустывали сухие листья.
– Куда он ушел? – прошептала я.
– Кто? – Хайки нахмурился. – Что с тобой происходит? – Он толкнул меня лапой, ткнул носом в бок.
Я встряхнула головой и еще раз на миг крепко зажмурилась. Лисы подобрались ближе, их было с десяток или больше, и они двигались не спеша. Я попыталась поднять переднюю лапу. Она казалась тяжелой, как будто плети растений тянули ее к земле.
– В ту сторону! – твердил Хайки, подталкивая меня к подножию горы.
Я послушно пошла за ним, пытаясь избавиться от дурмана, заполнившего мою голову.
– Смотри на меня! – потребовал Хайки. – Следи за моим хвостом!
Я сосредоточила внимание на сером лисе, а он прибавил шагу.
Все равно я ощущала Зачарованных. Осознавала, что они тоже заторопились, чтобы догнать нас под покровом сумерек. Я посмотрела в небо. Темные облака возникли ниоткуда, затмив свет созвездия Канисты.
Я тащилась следом за Хайки. Его мех словно растворился в вечернем воздухе. И только белый кончик хвоста был виден, и он метался из стороны в сторону, как самостоятельное живое существо. Я оглянулась на кравшуюся за нами стаю. Коричневато-рыжий лис был уже недалеко. Но когда его красные глаза встретились с моими, я услышала дрожащий голос Пайри: «Отвернись! Не смотри на него! Это опасно!»
Глаза Зачарованного как будто светились, и мои лапы внезапно прилипли к земле.
– Айла! Не останавливайся! – Хайки изумленно уставился на меня. – Это фокус, обман! Это дурное лисье искусство!
Я наконец заставила себя отвести взгляд. Увидела белую вспышку – хвост Хайки – и помчалась к нему изо всех сил. Серый лис ринулся вперед, я неслась следом, и сердце колотилось у меня в ушах, заглушая стон деревьев.
Хайки обогнул камни у подошвы горы, я – за ним. Впереди и выше мы увидели траву, заросли – там была жизнь. Гниющая земля больше не удерживала меня, ее дребезжащий стон затих в моей голове. Сумерки превратились в ночь, долину затянуло легким туманом. Свет звезд Канисты прорвался сквозь облака, я почувствовала прилив новых сил. И через мгновение почуяла запах папоротника, увидела цветы, пробившиеся сквозь почву. Меня охватил восторг.
Я сосредоточилась на подпрыгивавшем впереди белом кончике хвоста Хайки и стала думать о звездах. Под лапами шуршала мягкая трава. Где-то подала голос ночная птица. Гниющая долина осталась позади, вместе с ее ядовитыми запахами и мерзкими звуками. Мы обогнали Зачарованных. Мы были почти свободны.