Точка искажения

– Закрыто! – она прокляла себя за глупость. – Придется ломать.

Реннен закатил глаза и покачал головой, выражая протест против ее, казалось, единственно верного предложения. Он приподнялся на носках, пошарил рукой в притолоке двери и достал ключ.

– Ты что, еще и ясновидящий? – изумилась Эйлин, оглядываясь на Ноа в поиске поддержки.

– Да ладно, – тот перенял эстафету по закатыванию глаз. – Всем старшекурсникам про ключ известно. Как бы мы, по-твоему, устраивали ночные барбекю?

Эйлин непонимающе посмотрела на него:

– Зачем тогда замок?

– Да он тут только от случайно забредшего зверья и птиц. Ну, а студенты больше, чем съедят, не унесут.

Внутри, естественно, оказалось темно и холодно. Стоял неприятный специфический запах мороженного мяса. Огромные ободранные туши висели на крючьях, цепи зловеще поскрипывали. Эйлин, стараясь их не задевать, осторожно прошла вглубь амбара.

Тело Эйси находилось в самом дальнем углу, укрытое куском грубой ткани. Из-за складок на небрежно накинутом покрывале пропорции тела казались весьма странными.

У Эйлин кровь застыла в жилах. Рядом нервно кашлянул Ноэль.

– Женщины и дети могут удалиться, – Реннен покрутил головой, разминая шею, и уверенно ринулся к мертвецу.

– Ты у меня допрыгаешься, – огрызнулся Ноэль. – Лучше пошевеливайся! Ты хоть этого парня видел? Я – да.

– И я, – тихо добавила Эйлин, стараясь не выдать дрожи в голосе.

– А я, вообще-то, могу развернуться и уйти, мне дела нет до принца и до ваших бредовых планов, – сказал Реннен, уперев руки в бока.

– Трус! – подначил его Ноа. – Давай, иди, но завтра можешь забирать документы из академии, тебя отсюда выживут.

Реннен зло посмотрел на Делагарди, но, видимо, угрозы на него подействовали, и он, еще раз изучив обстановку в помещении, после затянувшейся паузы сказал:

– Труп обладает остаточным сознанием. Оно, безусловно, затухает со временем, растворяется, поэтому, чем позже происходит оживление, тем тупее… они, – Реннен махнул рукой на тело. – Нельзя терять времени, энергия рассеивается. Я и так не уверен, что смогу его контролировать.

Ноа тут же потянулся за кинжалом, готовый к обороне от мертвеца.

– Это тебе не фаерболы бросать, – Реннен машинально тронул ладонью рану на груди и поморщился, вызвав довольное бормотание Ноэля. – Магия смерти – она другая. Нужно настроиться на биополе. Обычно подготовку начинают за девять дней: медитируют, постятся… Нужно время, чтобы создать вокруг себя ауру смерти…

– Ах, вот как это называется, когда вы ходите в шмотках покойников и жрете собачатину, – насмешливо уточнил Ноа.

– О, так госпожа Лавкрофт, оказывается, в восторге от хорошо воспитанных мальчиков, – иронично бросил Реннен в ответ. – А мне думалось, у нее не настолько хороший вкус.

Настала очередь Эйлин возмущаться, но сдержалась: ничего-ничего, позже она ему все припомнит.

Повисла пауза.

– Вы хоть понимаете, что мы стоим посреди ночи возле трупа, окруженные мясными тушами, и спорим о всякой ерунде? – наконец сказала она. – И что, как ни парадоксально это звучит, от оживления покойника зависит жизнь наследника престола? Мне плевать, какие между вами терки, ясно?

Реннен и Ноэль переглянулись и, видимо, согласились с доводами, потому что Торс отвернулся и приступил к делу.

Вернее, начал какой-то идиотский ритуал: стал ходить туда-сюда, махать руками, хвататься за голову и стонать; резко останавливался и тяжело дышал в сторону покойника, водил над ним ладонями и бормотал какие-то заклинания. Все это выглядело настолько глупо, что Эйлин начала кусать себе изнутри губу, чтобы не захихикать. Она вовремя заметила, что Ноа уже набрал в легкие воздуха, явно желая выразить свое мнение, и толкнула его локтем под ребра. Если Реннена обидеть, он может обидеть в ответ, это она точно помнила.

– Что-то не так? – осторожно и со всей учтивостью спросила она Торса. – Может, нужна помощь?

– Да, у тебя нет с собой белены или опия? А еще болиголова, хотя и мандрагора пойдет?

– Может, тебе все это смешать в чаше из черепа покойника, инкрустированной каменьями? – не удержался Ноа. – Столько пафоса. Тебе с такими талантами на сцене играть нужно, а не магией заниматься.

Реннен не обратил внимания. Он замер, закрыл глаза и снова сосредоточился. Мускулы на его лице напряглись, между бровями залегла глубокая складка. Глаза под веками беспокойно задвигались. Он что-то напевал. Неразборчивые слова заполнили пространство, как похоронный гимн: некромант медленно раскачивался в трансе, затем резко вскинул руки перед собой... Но ничего не произошло.

– Да он же просто время тянет! – шепнул Ноэль и повысил голос, обращаясь к Реннену: – Эй, волшебник страны Оз, скажи правду: кроме фокусов с прыгающими костями, что-нибудь еще умеешь?

Реннен резко замолчал и бросил убийственный взгляд на Делагарди:

– Заткнись и не отвлекай меня! Пока ритуал не завершится, я здесь главный, ясно? И я приказываю тебе молчать.

Реннен пощипал переносицу и глубоко вдохнул, успокаиваясь. Похоже, он действительно не знал, что делать. Вот он нагнулся и снял ботинки, встал босыми ногами на землю, поморщившись от холода. Опять проделал все то же самое – и ничего.

– Не понимаю, – пожал он плечами, – да здесь настоящее царство смерти, – Реннен обвел сарай рукой.

– Может, тело нужно переложить? – робко предположила Эйлин. – Или снять с него эту тряпку?