Страница 6 из 16
– Что-то мы отвлеклись… – Мужчина отвел длинные ветви ивы, пропуская меня в тихое зеленое убежище, подозвал коня и завел его под дерево. – Хм, и вправду настоящий шатер. Говори, зачем позвала меня, Маргрит. Я тоже не хозяин себе, и у меня еще много дел.
– Конечно, сударь. Но сперва, позвольте, я задам вам вопрос…
– Так спрашивай же!
– Вы верите в волшебство? – спросила я, присев на торчащий из земли узловатый корень.
– А ты что, колдунья? – усмехнулся он. – Хочешь заявить, будто околдовала моего господина и он потерял разум, влюбившись в ту девушку? Что ж, ты похожа на ведьму…
– Кажется, у вас богатый опыт, – не осталась я в долгу. – Сегодня вы с таким знанием дела упомянули о пытке… Должно быть, вы можете узнать в женщине ведьму после первого же ее крика на допросе!
Герцог наклонился ко мне и посмотрел в глаза.
– Не знаю, за кого ты меня приняла, – негромко произнес он, – но только я никогда не пытал женщин. Слово чести.
– Простите, сударь, – наклонила я голову, – я вела себя непозволительно. Но вы, однако, не ответили на мой вопрос.
Он помолчал. Тени ивовых ветвей и блики от речной воды раскрасили его костюм причудливым узором.
– Я никогда не видел настоящего колдуна, – произнес наконец герцог. – Но я не стану уверять, будто волшебства не существует, пока сам не удостоверюсь в обратном. В конце концов, многие уважаемые и достойные доверия люди рассказывали о чудесах, свидетелями которых явились вольно или невольно, и подвергать их слова сомнению было бы невежливо с моей стороны.
– Это хорошо, сударь, – сказала я. – Потому что речь пойдет как раз о волшебстве.
– Ты умеешь заинтриговать мужчину, – сказал он и прислонился к стволу ивы, скрестив руки на груди. – Говори же!
– Вы можете не поверить, сударь, но я знаю наверняка: у той девушки, Эллы, есть крестная. Фея. Вы понимаете, к чему я клоню?
– Пока нет. Объяснись!
– Бал, сударь. Королевский бал, на который приглашены незамужние девицы всех сословий, – ответила я и чуть не упала со своего насеста, когда герцог наклонился ко мне и схватил за плечо.
– А ты откуда знаешь об этом? – проговорил он, глядя мне в глаза.
– Может быть, я и вправду ведьма, – ответила я, хоть и сделалось мне страшно. – Или ведьма подсказала мне? Какая вам разница? Знайте, что Элла почти наверняка будет на балу и что принц увидит ее. Не знаю, правда, как она объяснит свое перевоплощение в знатную даму…
– Если волшебство существует, – герцог разжал пальцы, – то можно превратить замарашку в красавицу, хотя для этого довольно и воды с мылом, хорошей одежды, прически и умения себя вести… Об уме, так и быть, умолчу. Словом, она ведь может надеть маску. Либо же эта ее крестная позаботится о том, чтобы никто не узнал в гостье служанку, не так ли? И кто знает, существуют ли приворотные чары или зелья…
– Вот именно, сударь. Но я говорю лишь о том, что мне известно наверняка, – сказала я.
– Откуда же?
– От Эллы, конечно же, – сказала я. – У нее нет подруг, у меня тоже, и хватило пары добрых слов, чтобы она выложила мне о себе все.
– Думаю, ты намекаешь на то, что не отказалась бы получить еще несколько золотых?
– Не несколько, сударь, – ответила я и встала. – Мне нужны на одну ночь карета и слуги. Я должна быть на балу.
– У тебя тоже имеется крестная-фея? – прищурился он.
– Не крестная, – ответила я уклончиво. – Но, кажется, у вас с нею схожие желания: принц не должен взять в жены невесть кого. Быть может, если отвлечь его от Эллы, он скоро забудет о ней? Думаю, на балу будет много красивых и знатных девушек!
Герцог помолчал, водя пальцем по гладко выбритому подбородку – теперь при дворе такая мода, отец, помнится, носил бакенбарды.
– Положим, – произнес он наконец, – но если отвлечь его намерена ты, боюсь, затея обречена на провал. Ты не в его вкусе, и вдобавок, уж прости…
– Можете не извиняться, сударь, я знаю, что нехороша собой, – перебила я. – Но не кажется ли вам, что заинтересовать можно не только симпатичным личиком? Тем более мне нужно будет не привлечь его высочество, а отвлечь его внимание от Эллы.
– И как же ты намерена сделать это?
– Быть может, вы расскажете немного, чем интересуется принц? Какие книги читает? Чем увлечен?
Черный герцог негромко рассмеялся.
– Увлечен он охотой, а интересуется в основном красивыми девушками и балами, – ответил он. – Хорошо разбирается в винах, отлично фехтует и ездит верхом. Но не вздумай говорить с ним о политике или, упаси боже, финансах, Феликс ненавидит эту скучищу, как он выражается.
– Вы так просто называете принца по имени, сударь…
– Я знаю его с рождения, – пожал тот плечами. – И могу понять, отчего ему не хочется вникать в тонкости отношений с соседними государствами и заучивать нудные параграфы законов, когда можно отправиться на охоту или на свидание с очередной красоткой. Это все юность.
– Вы тоже не стары, – заметила я.
– Но я не принц, – усмехнулся он. – Феликс считает, что его величество вечен, а он всегда сможет развлекаться, как теперь, но это не так. Мне рано пришлось принять на себя бремя ответственности, и я знаю, о чем говорю.
Я подумала.
– Но хоть что-то помимо девушек и охоты его интересует? Не может быть, чтобы его высочество ничего больше не видел вокруг!
Герцог тоже задумался.
– Феликс мечтает о путешествиях, – сказал он наконец. – Это его мечта – увидеть дальние страны – не соседние, там он бывал, – а те, что лежат за морями. Но, конечно, его величество никогда не отпустит единственного наследника в такое опасное путешествие. Правда, не знаю, чем это может помочь…
– Зато, кажется, я знаю… – Я прикусила губу. – Выдам себя за иностранку и постараюсь напроситься на разговор. Слово за слово – и, уверяю, вскоре он забудет об Элле! Только мне нужно будет как-то подойти к принцу – желающих, думаю, будет море!
– Ну хорошо, – произнес наконец Черный герцог. – Положим, я найму карету и слуг, фея наколдует платье, а я помогу тебе оказаться рядом с принцем. Но танцевать-то ты умеешь?
– Я ведь говорила, что отец нанимал мне учителей, – напомнила я. – Возможно, я не знаю новых танцев, но не отдавить ноги партнеру, пожалуй, смогу. Повторюсь – я скажу, что родом издалека, тогда будет легче объяснить, отчего я плохо знаю нынешние танцы – у нас в моде другие… Или мне потребуются верительные грамоты?
– Если тебя представлю я – не понадобятся.
– Тогда нужно попробовать.
– Это может быть забавно, – усмехнулся герцог. – Но отчего, если ты иностранка, у тебя здешнее имя и фамилия?
– Отец был местным, а матушка – из-за моря, только и всего. Здешний климат погубил бы ее, и отец уехал жить к ней, а после ее смерти вернулся на родину. Имя распространенное, а вот фамилию лучше бы придумать другую, папу могут помнить.
– Нет, – сказал герцог, – лучше наоборот. Матушка твоя была здешней красавицей, скажем, дочерью купца или дворянина из тех, что победнее, и сопровождала отца в путешествии. Там, за морем, в нее влюбился сын местного правителя и умолил отдать ее в жены. Затем он умер от лихорадки, от раны на охоте или при дворцовом перевороте, а матушка твоя с помощью верных людей вернулась с тобою на родину, где и жила безбедно, поскольку успела захватить с собой достаточно драгоценностей.
– Сударь, неужто и вы не гнушаетесь подобными романами? – подняла я книгу.
– Это ты ими не гнушаешься, поэтому подробности придумаешь сама. А я рассказал настоящую историю, правда, случившуюся почти двести лет назад.
– Главное, чтобы на балу не оказалось никого из тех мест… – пробормотала я. – Любой вопрос – и…
– Ты попала сюда ребенком и не помнишь ничего, кроме пышного дворца и сада. Ну и, разумеется, корабля. Матушка неохотно рассказывала о прошлом. Вот и все.
– Подойдет, – решила я. – Так, значит, по рукам, сударь?
– Да. – Он помолчал. – Я дам тебе карету и представлю Феликсу. Но как ты намерена справляться дальше…