Страница 11 из 19
Каковы функции такой пространственной организации сюжета?
В тематическом плане деление на зоны служит воплощению следующих важных для Толстого элементов:
общение, совместное времяпровождение в качестве одной из простых радостей жизни; соприкосновение с глубинной сутью вещей и событий в качестве правильного, радикального способа действий, противопоставляемого паллиативному и поверхностному, не проникающему в гущу событий; чреватость хорошего плохим как манифестация неполной детерминированности жизни.
Тема общения КОНКРЕТИЗИРОВАНА в виде совместности в начальном и конечном блоках и подчеркнута ОТК-ДВ, выражающимся во врéменном пространственном разобщении героев22.
Тема соприкосновения с опасностью, проникновения в ее гущу КОНКРЕТИЗИРОВАНА в мизансцене Спасительной Акции, обязательно захватывающей эпицентр Катастрофы; этот ‘захват’ состоит либо в проникновении туда извне, с периферии (из безопасной зоны), либо в действиях (самой жертвы), целиком сосредоточенных в опасной зоне. Это подчеркнуто ОТКАЗОМ в виде:
а) самого разграничения зон и
б) действий, локализованных на периферии событий (в безопасной зоне), не проникающих в опасную зону и ориентированных на движение вовне, от эпицентра, и уклонение от контакта с опасностью.
Наконец, чреватость хорошего плохим КОНКРЕТИЗИРОВАНА и подчеркнута всей конструкцией КОНТРтожд, по которой построено деление пространства на зоны, – смежностью и близким соседством обеих зон. Эти элементы пространственного тождества могут далее разрабатываться и усиливаться при определении конкретной фактуры зон, создавая некое недискретное, однородное пространство, в котором граница между зонами является невидимой. Такое перетекание зон друг в друга способствует постепенности Втягивания в Опасность, благодаря чему это ТР и оказывается способным воплощать тематический элемент ‘чреватость…’ (см. ниже, п. V.2).
В выразительном плане существенна уже упоминавшаяся наглядность такого решения, при котором противопоставления событийного уровня (опасность / безопасность, спаситель / жертва и т. п.) облекаются в форму спациальных различий.
Подобным образом в фольклоре разного рода испытания героя, как правило, связаны с его отправкой из дома или своего царства в лес, иное царство или какое-либо более специальное «гиблое место». Можно сказать, что толстовские безопасная и опасная зоны – тоже своего рода «свое царство» и «гиблое место».
Что касается выразительного эффекта КОНТРтожд, обратим внимание на следующую его функцию:
(32) подчеркивание бедственного положения жертвы заведомой безопасностью, в которой тут же рядом находятся другие члены той же компании23.
Это противопоставление вовлеченного в беду героя и невовлеченных зрителей24, отделенных от него той или иной физической границей («рампой»), придает, далее, мизансцене некую ‘театральность’, еще более усиливающую драматическое впечатление от происходящего. На театральность работают также две следующие черты:
а) зрителей здесь, как и полагается в театре, больше, чем актеров (в данном случае имеет место эффектное соотношение ‘Один – много’; о нем см. п. VIII.1);
б) эти зрители («хор») обеспечивают сильный эмоциональный резонанс к происходящему на «сцене».
Наконец, деление на столь разные, хотя и соседние зоны помогает выразительно подчеркнуть бесплодность паллиативных действий в ситуации Катастрофы. Этот мотив реализован целым рядом средств, в том числе и неспациальных, в частности, с помощью
а) ТР Серия Попыток: безуспешными оказываются не одна, а даже несколько попыток помочь, производимых с нарастающим усердием (см. п. V.7);
б) контраста между неуправляемой мощью Катастрофы и неадекватными попытками управлять ею;
в) контраста (типа ‘благоприятные условия / отрицательный результат’) между кажущейся разумностью, апробированностью этих методов и их неудачей.
Последний тип контраста спроецирован и в пространственный план – в виде ситуации типа «близок локоть, да не укусишь»:
(33) провал попыток помочь контрастирует с кажущейся легкостью задачи ввиду близости (зрительной и слуховой досягаемости) опасной зоны для потенциальных спасителей.
IV. Актантный компонент архиструктуры ПР
Актантная организация представляет собой третий важнейший аспект структуры рассматриваемых текстов – наряду с событийным и пространственным. Под актантной организацией текста понимается распределение существенных для него элементарных антропоморфных функций, или ролей, между действующими лицами (и предметами), которые и называются актантами. Проблема актантной структуры интенсивно разрабатывается со времен «Морфологии сказки» Проппа (ср., в частности, Греймас 1970: 249–270; Растье 1973; Бремон 1973).
Актанты могут рассматриваться на глубинном и на поверхностном уровне. Первый соответствует уровню блоков событийного АС (29) и уровню спациальной конфигурации (31), второй – уровню ТР событийной структуры (см. п. VII).
1. Система архиперсонажей
1.1. Набор архиперсонажей
Этот набор образуется путем группировки некоторых важнейших функций из глубинных формул (29) и (31) в несколько пучков, каждый из которых отдается одному архиперсонажу. Одна и та же функция может фигурировать в разных пучках, и потому покрытие всей совокупности функций может достигаться различными наборами таких пучков. Архиперсонажей удобно представлять себе как находящиеся в распоряжении рассказчика предметы, по-разному сочетающие в себе некоторую группу свойств и применимые в тех или иных комбинациях друг с другом.
Для ПР естественно постулировать набор из шести архиперсонажей: жертва; спаситель; жертва-спаситель; носитель опасности; зритель; зритель-помощник. В терминах формул (29) и (31) они могут быть определены так:
Жертва – субъект Мирной Жизни, объект Катастрофы, адресат Неадекватной Деятельности, адресат Спасительной Акции; субъект Возвращенного Покоя; может быть также субъектом Спасительной Акции, но лишь в ее пассивном варианте (бездействие, отсутствие сознательных неразумных действий, диктуемых исчерпанностью разумных, отсутствие обнаружения в себе мощных сил).
Примеры
Спаситель – субъект Спасительной Акции обязательно в ее активном варианте (казалось бы, неразумные действия, вынужденно, но сознательно предпринимаемые, ввиду исчерпанности разумных; обнаружение в себе мощных сил, проникновение из безопасной зоны в гущу событий).
Примеры
Жертва-спаситель – объединение всех свойств жертвы (кроме свойства ‘субъект пассивной Спасительной Акции’) и спасителя.
Примеры
Носитель опасности – субъект Катастрофы.
Примеры
Зритель – лицо, находящееся в безопасной зоне и наблюдающее оттуда Катастрофу.
Примеры
Зритель-помощник – зритель, одновременно являющийся субъектом Неадекватной Деятельности.
Примеры
22
ОТК-ДВ типа разобщение / воссоединение является, по-видимому, сюжетной универсалией, в частности, в фольклорных текстах (ср. понятия disjonction – conjonction в работах А. Ж. Греймаса и его школы, об этом см., например, Бремон 1972). Оно особенно распространено в произведениях, в тему которых входит элемент ‘теплота общения, дружеский круг, компания’ и т. п. Это относится, в частности, к новеллам о Шерлоке Холмсе и романам Жюля Верна, где герои неоднократно разлучаются, назначая встречу в определенном месте и в определенное время, так что на всем протяжении разлуки ощущается тяга к совместности. Заметим, что запрограммированность и точный хронометраж воссоединения, характерный для этих авторов и выражающий тему победы науки над хаосом, разумного овладения непредсказуемыми, казалось бы, стихиями, Толстому совершенно несвойственны.
23
По сути дела, здесь средствами спациального уровня реализован подчеркивающий Катастрофу контраст в одновременности между ней и Мирной Жизнью, аналогичный тому, который лежит в основе Запоздалой Реакции и реализован там на ментальном уровне.
24
Разумеется, невовлеченность зрителей, создаваемая их фактической безопасностью, снижается в той мере, в какой они лично затронуты бедствием жертвы и тем более пытаются помочь ей (например, в П степень невовлеченности больше, чем в ДГ).