Страница 5 из 98
- Лина! – хлипкая дверь дома, прикрытая почерневшей от времени тканью, шумно распахнулась, впуская в дом жуткий холод. На пороге, закрывая почти весь дверной проём, появилась дородная женщина в грязном фартуке. – Лина, там твоего… несут.
Марк насторожился, пытаясь понять слова посетительницы. Побледневшая Лина выскочила из дома вслед за теткой, не прикрыв за собой дверь, а уже через минуту дом наполнился суетливыми людьми.
В дом протиснулись четыре бородатых мужика с широкими ношами, на которых лежал окровавленный отец. Какая-то женщина придерживала его голову. Вслед за ними в дом вошла заплаканная Лина. Замыкали процессию бабка с амулетом на шее и две девушки.
Положив отца на широкую скамью, мужчины сразу отошли в сторону, уступая место женщинам. Марк видел, как один из них бесцеремонно заглянул в дышащий паром горшок и, запустив в него грязную ладонь, зачерпнул теплое варево. Проследив за его действиями, второй тоже угостился содержимым горшка. Перешептываясь, они потянулись к выходу, облизывая свои пальцы. Как только за ними закрылась дверь, Марк недовольно засопел и посмотрел на женщин.
- Госпожа Риттая, вы можете помочь? – дрогнувшим голосом спросила мать Марка, опускаясь на колени возле мужа.
Старуха ничего не ответила. Склонившись над раненым, она обнажила его кровавые порезы и задумчиво покачала головой. За спиной ведуньи девушки тихо нашептывали молитву. Марк напряг слух, желая понять, кому адресована эта молитва, но не смог разобрать их глухое бормотание.
- Нет… Это мне не по силам. – сказала старуха, выравниваясь. – Его жизнь в руках великой богини Адрил…
Слова ведуньи словно молнией пронзили Марка. Неужели он попал туда, где правит богиня, уничтожившая его прежний мир. Если это так, ему следует быть крайне осторожным. Боги не потерпят конкуренции и незваных гостей в своих мирах, а перерождаться в мире своего врага – это вообще недопустимо. Но если Адрил до сих пор не обнаружила Улстора, значит, её сила в этом мире не столь велика и у него есть шанс нанести ей ответный удар.
Погрузившись в свои мысли, Марк не заметил, что на его лице появилась улыбка. Почувствовав тяжелый взгляд, он дёрнулся от неожиданности. Перед ним стояла старуха, настороженно вглядываясь в его лицо. Повернувшись к тихо плачущей Лине, она произнесла:
- Тебе следует привести своего сына в храм. Слышишь меня. Обязательно приведи. – сказала она и, не дожидаясь ответа, пошла к выходу. За ней засеменили её молодые спутницы и уже через минуту в доме остались только родители Марка и толстая женщина.
- Лина, смирись. Сегодня две семьи лишились своих кормильцев, а охотничий картель двух хороших охотников. – печально сказала женщина и тяжело направилась к выходу. – Ты знаешь, что после встречи с туарами редко кто выживает.
- Знаю… Мой отец тоже погиб от его когтей. – сквозь всхлипывания ответила Лина.
- Боги дали тебе возможность проститься с ним. – сказав женщина и вышла из дома, прикрыв за собой дверь.
Боги… Боги… Последние слова гостьи вихрем крутились в голове Марка. Значит, в этом мире правит не только Адрил. Интересно, какова роль этой богини здесь. К Марку подошла Лина и, подхватив его, поставила перед скамьёй, на которой лежал его отец.
- Сынок, что же нам делать… - сдерживая рыдания, чтобы не напугать ребенка, сказала она.
Марк несколько секунд смотрел на отца и молча подошёл к раненому. В нос ударил густой, приторный запах свежей крови. Потянувшись, Марк смог рассмотреть страшные раны на груди и животе. Когти неизвестного зверя пробили кожаную одежду охотника и впились в тело, оставив на нем глубокие смертельные порезы, края которых вывернулись, оголив багровое мясо. Кровь, слабо пульсируя, продолжала покидать измученное тело мужчины, стекая по руке, которая безжизненно лежала на полу, раскрыв ладонь.
Марк присел возле руки и положил её себе на колени. Последнее время он все отчетливее чувствовал свою нарастающую силу, но все попытки открыть её не приносили результата. Марку казалось, что он стоит у основания огромной дамбы. За её высокой стеной находятся миллионы тонн воды, а тебе доступен только крохотный ручей, пробивший одинокую трещину и способный наполнить только твои ладони.