Страница 35 из 1775
— Да пребудет с тобой, Белый Локон, и с твоими спутниками благословение Астарина, — произнес Макели, приложив руки к сердцу, а затем вытянул их перед собой ладонями вверх.
Каганести, которого назвали Белый Локон, повторил жест.
— И тебе того же, Макели, — обратился он к мальчику глубоким, торжественным голосом, все еще продолжая рассматривать Кит-Канана. — Вы теперь приводите в священные леса Оседлый Народ?
Кит-Канан понял, что название «Оседлый Народ» дали в насмешку. Каганести были бродячими эльфами и никогда не строили себе постоянных жилищ. Но не успел принц дать отпор, как Макели опередил его:
— Кит — мой друг и мой гость, Белый Локон. Разве Народ больше не ценит гостеприимство?
Губы Белого Локона искривились в усмешке, и он произнес:
— Да благословит тебя Астарин, гость Макели.
— Не желаешь ли ты со своими охотниками почтить посещением мой дом, Белый Локон? — спросил Макели, натягивая одежду.
Белый Локон оглянулся на своих спутников. Кит-Канан не заметил, чтобы они обменялись между собой словами или знаками, но высокий эльф ответил:
— Мои охотники и я не хотели бы нарушать покой Хранительницы Леса.
— Это нас ничуть не обеспокоит, — вежливо возразил Макели.
Кит-Канан был слегка удивлен переменой, произошедшей с неугомонным мальчиком. Он разговаривал с Каганести очень спокойным, взрослым голосом. Они, в свою очередь, обращались к нему с большим уважением.
— Сейчас Хранительницы нет дома, — продолжал Макели. — Но я уверен, что она была бы рада вас увидеть. Зайдите, мы можем многое рассказать друг другу. С тех пор как мы встречались в последний раз, я побывал в большой переделке.
Белый Локон снова переглянулся со своими охотниками. После минутного колебания он кивнул, и все направились на поляну.
По дороге Кит-Канан внимательно изучал новых знакомых. Во время своих путешествий по западным областям Сильванести он встречал нескольких их сородичей. Однако те эльфы оставили кочевую, замкнутую жизнь ради торговли с людьми и эльфами Сильванести, жившими на западе. Не многие из них разрисовывали свои тела, и одевались они как горожане. Эти четверо явно не принадлежали к оседлым Каганести.
Пока они шли, Макели представил Кит-Канану остальных охотников. Одного из них, ростом немного пониже Белого Локона, с каштановыми волосами, звали Острый Глаз; другого, с песочными волосами, Отважное Сердце, а третьего — Выдра. Он был ниже всех ростом, на голову ниже Кит-Канана, и его светло-желтые глаза радостно искрились. Он единственный открыто улыбался принцу. Это была веселая улыбка, и принц засмеялся в ответ.
На поляне Макели предложил всем сесть у дуба, а сам, зайдя внутрь, скоро возвратился с орехами, ягодами и фруктами. Белый Локон удовольствовался горстью красных ягод, а его товарищи с аппетитом принялись за еду.
— Что же, гость Макели, как ты оказался в Диком Лесу? — пристально глядя на принца Сильванести, спросил Белый Локон.
Кит-Канан нахмурился.
— Я путешественник, Белый Локон. И мое имя Кит. Ты сделаешь мне честь, если будешь называть меня так, — кратко ответил он.
Белый Локон кивнул с видимым удовольствием. Кит-Канан помнил, что дикие Каганести считали невежливым называть кого-либо по имени без позволения. Он порылся в памяти, пытаясь припомнить что-нибудь еще об их обычаях.
— Белый Локон! — послышался испуганный голос за спиной Кит-Канана. — Именем Леса, что это?
Они обернулись и увидели в дальнем конце поляны охотника Выдру, в ужасе глядевшего на Аркубаллиса, расположившегося на отдых в тени раскидистого дерева. Грифон открыл золотистый глаз и изучающе посмотрел на потрясенного Каганести.
— Это Аркубаллис, — с гордостью отвечал Кит-Канан.
Улыбаясь про себя, он резко свистнул. Аркубаллис немедля поднялся на ноги, и Выдра, отшатнувшись от высокого животного, чуть не упал на спину. Кит-Канан свистнул еще раз, сначала высоко, затем постепенно понижая голос. Грифон раскрыл крылья и издал дрожащий звук, подражая свисту Кит-Канана. Выдра снова отпрыгнул назад. По знаку принца Аркубаллис сложил крылья и изящной походкой пересек поляну, остановившись в нескольких футах от эльфов.
Кит-Канан с удовлетворением заметил, что даже Белый Локон был поражен. Глава Каганести велел Выдре подойти к ним.
— Что это за животное, Кит? — с любопытством спросил он.
— Аркубаллис — грифон. Я не только летаю на нем, это мой друг.
Кит-Канан свистнул еще раз, и Аркубаллис, улегшись на землю, через несколько мгновений уснул.
— Он прекрасен, Кит! — восторженно воскликнул Выдра. — Он летает?
— Конечно летает.
— Для меня было бы честью, если бы ты взял меня с собой покататься.
— Выдра, — резко одернул его Белый Локон.
Лицо маленького охотника омрачилось, и он замолчал. Кит-Канан ласково улыбнулся эльфу с желтыми глазами, и тут Каганести по имени Острый Глаз заговорил.
— Макели, ты упоминал, что хочешь нам что-то рассказать, — заметил он. — Мы хотим послушать о твоем великом приключении.
Все четверо Каганести устроились поудобнее и приготовились слушать. Даже Выдра отвлекся от Аркубаллиса и обратил все внимание на Макели. Кит-Канан знал, что эльфы Каганести были превосходными рассказчиками. Они никогда, за редким исключением, ничего не записывали. Их предания, их новости передавались от поколения к поколению из уст в уста. Если им понравится рассказ Макели, то он в течение многих лет будет переходить от одного племени к другому, пока его не услышит каждый Каганести Кринна.
Зеленые глаза Макели расширились. Он взглянул на каждого по очереди и приступил к рассказу.
— Меня похитил злой волшебник по имени Вольторно, — начал он.
Кит-Канан в смущении покачал головой. У Макели наконец-то появились новые слушатели. И мальчик их не разочаровал. Во время долгого повествования Макели о его пленении, о том, как Кит-Канан и Анайя преследовали их, о поединке принца с Вольторно ни один из четырех охотников не двинулся с места. Тишину нарушило лишь торжествующее восклицание Выдры при описании бегства Макели и Кит-Канана от людей Вольторно на Аркубаллисе.
Когда рассказ подошел к концу, Каганести с возросшим уважением взглянули на Кит-Канана. Принц едва заметно выпрямился, гордый собой.
— Ты храбро сражался с людьми, Кит, — заключил Острый Глаз.
Остальные закивали.
— Жаль, что нам не удалось повидать Хранительницу Леса, Макели, — вымолвил Белый Локон. — Встретить ее — великая честь и счастье для нас. Она общается с богами, речи ее преисполнены мудрости.
У Кит- Канана вырвался смешок.
— Анайя?! — недоверчиво воскликнул он. И сразу же пожалел об этом. Все Каганести, и даже смешливый Выдра, взглянули на него с суровым упреком.
— Ты неуважительно отзываешься о Хранительнице, Кит, — укоризненно нахмурился Белый Локон.
— Я сожалею. Я не хотел обидеть ее, — с раскаянием ответил Кит-Канан. — Белый Локон, я в недоумении. Я раньше встречал эльфов Каганести, но они не походили на тебя. Они были более, э…
— Где ты встречал этих эльфов? — перебил его охотник.
— На западе, — объяснил Кит-Канан. — В западных областях Сильванести.
— Оседлые, — неприязненно отозвался Острый Глаз.
Отважное Сердце потер руки, словно смывая с них что-то, и встряхнул, отбрасывая невидимую грязь.
— Те, кого ты видел, приняли обычаи Оседлого Народа, — жестко произнес Белый Локон. — Они оставили праведный путь.
Кит-Канан поразился отвращению, которое все они выказывали. Подумав, что не стоит сердить друзей Макели, он переменил тему:
— Отважное Сердце, как ты получил свое имя?
Охотник подал знак предводителю. Кит-Канан встревожился: неужели он снова нарушил какой-то обычай, спрашивая об имени Каганести? Однако Белый Локон, казалось, не рассердился и отвечал:
— Отважное Сердце родился немым, но своей охотничьей сноровкой и храбростью в бою заслужил это имя. — В глазах охотника заплясали насмешливые огоньки. — А что, Кит, все твои сородичи такие любопытные?