Страница 20 из 1775
Она смотрела на большого ворона, сидевшего на ветке у нее над головой. Заметив Кит-Канана, тот резко взмыл вверх. Анайя ссутулилась.
— Вороны не видели Макели уже четыре дня, — объяснила она. — Зато они видели кое-кого другого — людей.
— Людей? В лесу?
Анайя кивнула и, опустившись на корявую ветку, задумчиво нахмурилась.
— Я больше не чувствую их запаха — твое железо пахнет слишком сильно. Ворон сказал, что дальше к западу по лесу движется группа людей. Они рубят деревья, и с ними какое-то летающее чудовище — ворон никогда таких не видел.
— Аркубаллис! Да это же мой грифон! Должно быть, люди захватили его в плен! — воскликнул Кит-Канан.
Но принц представить себе не мог, как грифон мог здесь оказаться, — по его понятиям, отсюда до места, где они приземлились, было немало миль, а чужакам, особенно людям, нелегко было справиться с разъяренным Аркубаллисом.
— Сколько там всего людей? — требовательным голосом спросил Кит-Канан.
Анайя надменно взглянула на него и презрительно бросила:
— Вороны не умеют считать.
Они снова тронулись в путь — уже наступали сумерки. На несколько мгновений листву, словно копья, пронзили лучи заходящего солнца. Анайя облюбовала один особенно высокий клен и вскарабкалась вверх. Могучее дерево возвышалось над лесным пологом, от громадного ствола отходили толстые сучья, образуя нечто вроде лестницы. Кит-Канан без труда следовал за Каганести, взбиравшейся по отвесному стволу.
На вершине Анайя остановилась, обхватив рукой сучковатое дерево. Кит-Канан пробрался к ней. Макушка клена закачалась под тяжестью двух тел, но от открывшегося перед ними вида у принца захватило дух, и он забыл о том, что может упасть.
Далеко, насколько мог видеть глаз, волновались зеленые верхушки деревьев. Небо на западе горело алым пламенем, постепенно переходящим в розовый. Кит-Канан смотрел словно зачарованный. Он часто наблюдал прекрасные зрелища со спины Аркубаллиса, но за недели, проведенные в лесу, стал больше ценить красоту природы — ведь здесь ему нечасто доводилось видеть хотя бы клочок неба.
Анайе вид был безразличен. Прищурившись, она произнесла:
— Они там.
— Кто?
— Чужаки. Разве ты не видишь дым?
Кит-Канан пристально взглянул в сторону, куда она указывала. На севере на фоне великолепной небесной синевы виднелось мутное серое пятно. Даже глядя прямо на него, Кит-Канан не мог бы точно сказать, что это такое и не обман ли это зрения. Он несколько раз моргнул.
— Они жгут деревья, — зловеще произнесла Анайя. — Дикари!
У принца мелькнула мысль, что для большинства цивилизованных народов Кринна дикаркой была она, но он воздержался от высказываний по этому поводу и произнес только:
— Куда мы теперь?
— Туда, где дым, — был ответ. — Люди все-таки схватили его. Я заставлю их расплатиться за его кровью!
И хотя Кит-Канана потрясла страсть, с которой женщина произнесла эти слова, он не сомневался, что обещание будет выполнено.
Они двигались по деревьям до тех пор, пока принц не устал настолько, что руки его разжались и он упал на землю с высоты почти сорока футов. Стало уже слишком темно, чтобы перебираться по веткам; Анайя и Кит-Канан снова спустились на землю. В молчании они прошли около мили. Анайя скользила среди черных стволов, словно тень. Кит-Канан ощущал растущее напряжение. Он никогда не дрался с людьми — ему редко приходилось встречать их в Сильваносте, и все они были аристократами. Поэтому они не сражались по-настоящему, с целью убить противника. Принц не знал, сможет ли убить, на самом деле пронзить кого-то мечом, разрубить живую плоть… Но он напомнил себе, что эти люди захватили в плен Макели, а возможно, и королевского грифона.
Анайя застыла на месте, силуэт ее вырисовывался между двумя огромными стволами. Она сделала ему знак остановиться. Он подчинился и тут же понял, что ее встревожило. Из-за деревьев слышалось металлическое пение флейты, доносился запах костра и жарящегося мяса.
Когда он перевел взгляд на Анайю, ее уже не было. Он подождал. Что ему теперь делать? Кит-Канан внутренне содрогнулся. Тебе, принцу Королевского Дома, нужны приказания от дикарки Каганести! Ты воин, так выполняй же свой долг!
Кит-Канан начал продираться сквозь кустарник. При первом отблеске костра он вытащил меч. Еще двадцать шагов, и он оказался на поляне, вырубленной в девственном лесу. Посредине вырубки пылал огромный костер. Двенадцать румяных, мясистых человеческих лиц, с низкими лбами, пышными щеками и выдающимися подбородками, обернулись к эльфийскому принцу. У некоторых на щеках и подбородке росли волосы. Люди окаменели от изумления.
Один из них, с темными волосами на лице, поднялся с места.
— Ужасный дух, не тронь нас! — взмолился он. — Иди с миром!
Кит-Канан облегченно вздохнул. Это были не отчаянные разбойники, а обыкновенные люди, судя по внешности, простые лесорубы. Он опустил меч и вступил в круг света у костра.
— Это один из них! — воскликнул другой человек, — Из Старшего народа!
— Кто вы такие? — требовательно спросил Кит-Канан.
— Мы лесорубы, я Эссрик, главный, — ответил человек с темными волосами.
Кит-Канан оглядел поляну. Здесь было свалено около тридцати огромных деревьев, через лес была проложена тропа. С самых больших деревьев обрубили сучья, расщепили их на несколько частей с помощью клиньев и деревянных молотков. Деревья поменьше оттащили в сторону. Кит-Канан увидел грубо сколоченный загон, где мычали быки с широкими спинами.
— Это земля Сильванести, — сказал он. — Кто вам позволил рубить деревья, принадлежащие Звездному Пророку?
Эссрик оглянулся на своих людей, но те молчали. Он в унынии поскреб темную бороду:
— Мой господин, нас доставили сюда на кораблях, которыми командует лорд Рагнариус, из Эргота, и высадили на южном берегу этой страны. По приказу лорда Рагнариуса мы должны свалить здесь столько деревьев, сколько могут увезти его корабли. Мы не знали, что кто-то владеет этим лесом!
В этот миг жуткий вой пронесся над поляной, освещенной пламенем костра. Люди, вскочив на ноги, потянулись за своими топорами и посохами. Кит-Канан улыбнулся про себя. Анайя начала нагонять на них страх.
Выбритый человек, стоявший слева от Эссрика, с широким топором в могучих руках, внезапно с криком отшатнулся назад и едва не упал в костер, но товарищи сумели поймать его.
— Лесные духи нападают! — закричал Кит-Канан.
И его слова подтвердились — с черных крон послышался вопль, от которого волосы встали дыбом. Ему стоило огромного труда удержаться от смеха при виде того, как люди отступили от костра под градом грязных камней. Камень угодил одному из них в затылок и сбил его с ног. Остальные, обезумев от страха, вместо того чтобы помочь упавшему, беспорядочной толпой пронеслись мимо бычьего загона. Ничего не видя в темноте без факелов, они спотыкались о пни и обломки ветвей, падали на землю. Через несколько минут на поляне никого не осталось, кроме Кит-Канана и лежащего ничком лесоруба.
Анайя быстрыми шагами подошла к костру. Кит-Канан улыбнулся ей и приветственно поднял руку. Она, не обращая на него внимания, подошла к лежащему человеку, держа в руке кремневый нож.
Она перевернула бесчувственное тело. Человек был еще молод, носил рыжие усы. В одном ухе блестело толстое золотое кольцо. По этому кольцу, а также по покрою его штанов Кит-Канан понял, что человек когда-то был моряком.
Анайя приставила нож к горлу лежащего. Человек открыл глаза и увидел устрашающе разрисованное создание с зазубренным кремневым ножом в руке, вставшее коленом ему на грудь. На лице было дикое выражение, узоры на нем перекосились. Глаза несчастного расширились от ужаса. Он попытался поднять руку, чтобы отстранить Анайю, но Кит-Канан схватил его за запястья.
— Мне вырезать твои глаза? — холодно спросила Анайя. — Из них получится подходящее украшение для моего дома.
— Нет! Нет! Пощади! — пробормотал человек.
— Нет? Тогда ты расскажешь нам все, — пригрозил Кит-Канан. — С вами был эльфийский мальчик с белыми волосами, так?