Страница 1540 из 1775
— Оставь, Лорана. Все к лучшему — и для них, и для нас. — Микаэл искоса посмотрел на Лорану и вновь вскинул руку, приветствуя горожан. — Подумай: всего несколько недель назад мы вряд ли вымолили бы у этого самого Государя и корочку черствого хлеба. А теперь — и все благодаря тебе. Золотой Полководец! — Он с радостью согласился разместить армию в городе, снабдить нас провизией, лошадьми и всем необходимым. Юноши рады влиться в наши ряды. Когда мы выступим отсюда на Даргаард, нас будет на добрую тысячу больше сегодняшнего. А боевой дух? Ты же помнишь, как выглядели Рыцари в Башне Верховного Жреца. А погляди-ка на них теперь!
Да, с горечью сказала себе Лорана. Я помню. Я их видела. Разобщенных непримиримой враждой, впавших в бесчестье, озабоченных бесконечными заговорами друг против друга… Потребовалась гибель прекрасного, благородного человека, чтобы привести их в чувство. Лорана закрыла глаза… Этот шум, этот запах роз, неизменно напоминавший о Стурме, застарелая усталость и жар полуденного солнца — все вместе обрушилось на нее удушающей волной. Лорана почувствовала головокружение и испугалась, как бы не упасть в обморок. Вместе с тем эта мысль насмешила ее. Ничего себе зрелище — Золотой Полководец падает, как увядший цветочек…
Сильные руки обняли ее за плечи.
— Держись, сестренка, — шепнул Гилтанас, а Сильвара забрала у нее розы. Вздохнув, Лорана открыла глаза и слабо улыбнулась Государю, который под бешеные аплодисменты кончал уже вторую речь.
Попалась, подумала Лорана. Никуда не денешься — придется сидеть здесь до вечера, улыбаясь, помахивая рукой и выслушивая речь за речью во славу своего героизма. И это вместо того, чтобы заползти под одеяло где-нибудь в тихом, темном уголке — и уснуть. И добро еще была бы в этих речах хоть толика правды. Если бы они знали, как все было на самом деле!.. Что, если она вот сейчас встанет и скажет им, до чего страшно ей было в сражениях? Так страшно, что она потом не могла вспомнить подробностей и только по ночам видела кошмарные сны! Если она скажет им, что была лишь шахматной фигурой в игре, которую вели Рыцари. Скажет им, что она вообще оказалась здесь потому, что убежала в свое время из дому — глупая, избалованная девчонка, вздумавшая последовать за мужчиной-полуэльфом, который, ко всему прочему, ее не любил?.. Интересно, как им это понравится?..
— А теперь… — голос каламанского Государя разносился над запруженной площадью, — а теперь я имею честь — поистине величайшую честь! — представить вам женщину, которой мы обязаны переломом в ходе этой войны, женщину, перед которой в ужасе бегут армии драконидов, женщину, очистившую небо от драконов Тьмы, женщину, чьи воины пленили злокозненного Бакариса, женщину, чье имя ныне приравнено к имени самого Хумы и произносится в ряду величайших воинов Кринна. Ибо не позже чем через неделю она отправится к Даргаардской Башне требовать капитуляции Повелителя Драконов, известного как Темная Госпожа…
Голос Государя вновь потонул в буре приветствий. Он выдержал должную паузу, потом, заведя руку, подхватил Лорану и едва ли не силой вытащил ее вперед:
— …Итак, перед вами — Лоранталаса, принцесса Правящего Дома Квалинести!
Оглушающий рев толпы эхом отдавался в стенах высоких каменных зданий. Перед Лораной мелькали праздничные знамена и бушевало сплошное море народа, уйма ртов, разинутых в приветственном крике. "На что им мои страхи, — подумала она устало. — Они не захотят слышать о них, да и правильно сделают. У них своих хватает. Зачем рассказывать им о мраке и смерти?.. Они хотят сказку о любви, о возрождении и о серебряных драконах.
Как, впрочем, и все мы…"
Лорана вздохнула и обернулась к Сильваре. Забрав у нее розы, она высоко подняла их над головой, приветствуя ликующий народ… И начала ответную речь.
Тассельхоф Непоседа вкушал ничем не замутненное счастье. Ему не составило большого труда избегнуть бдительного ока Флинта и потихоньку смыться с помоста, где ему велено было торчать среди сановников и разных там почетных гостей. Незаметно растворившись в толпе, кендер отправился исследовать город. Он был здесь не впервые. Когда-то, давным-давно, он бывал в Каламане с родителями и сохранил бесподобные воспоминания о базарной площади, о гавани с белокрылыми кораблями, стоявшими на якорях… и о тысяче иных чудес.
Без особой цели гулял он среди веселой толпы; зоркие глаза его все замечали, а ловкие руки без устали запихивали в сумочки и карманы разные разности. Ну до чего небрежны эти каламанцы, думал про себя Тас. Их кошельки сами собой отвязывались от поясов и — надо же! — падали ему прямехонько в руки. Что же касается колец и иных безделушек — воистину, если бы он их не подбирал, мостовые города были бы просто завалены драгоценными украшениями!
Блаженство кендера, однако, достигло предела, когда он заметил впереди лавочку картографа. Магазинчик был заперт, витрины забраны ставнями, а на крючке висела большая табличка, гласившая: «ЗАКРЫТО». Судьба распорядилась так, что хозяин лавки ушел посмотреть шествие войск.
«Какая жалость, — подумалось Тасу. — Но не рассердится же он, в самом деле, если я одним глазком погляжу на его карты! — Тут он многоопытной рукою подергал замок и счастливо улыбнулся. Одно-два легких прикосновения — и замок тут же откроется. — Должно быть, хозяин знает, что делает, вешая на дверь такой простенький замочек. Наверное, он не возражает, когда в его отсутствие кто-нибудь заглядывает внутрь. Дай-ка срисую парочку карт. Пополню коллекцию…»
И тут на плечо Таса легла тяжелая рука. Раздраженно — ну что, право, за манеры в праздничный день! — кендер обернулся… и увидел перед собой фигуру, показавшуюся ему смутно знакомой. Несмотря на теплый, почти жаркий день, незнакомец был облачен в плотные, тяжелые одеяния, и даже руки, подобно повязкам, прикрывали полоски намотанной ткани. «Жрец, — сказал себе Тас. — Вот незадача!»
— Я очень извиняюсь, — сказал он незнакомцу, который по-прежнему держал его за плечо. — Я никого не хотел обидеть. Я просто…
— Ты — Непоседа? — шепелявым, невыразительным голосом перебил жрец. — Кендер, спутник Золотого Полководца?
— А то как же! — ответствовал Тас, необычайно польщенный тем, что его кто-то узнал. — Он самый и есть. Я уже давно состою при Лора… то есть при Золотом Полководце. С самого начала! Дай-ка подумаю… ну да, все началось поздней осенью. Мы повстречали ее в Квалинести — после того, как удрали из клетки, в которой вез нас хобгоблин, а случилось это спустя некоторое время после того, как мы убили черную драконицу в Кзак Цароте. Там вообще обалденная история вышла! — Тас успел начисто позабыть и про лавочку, и про карты. — Кзак Царот — это такой древний, очень древний город, который провалился в подземную пещеру, и его заселили овражные гномы. Там еще была одна малявка по имени Бупу, так вот, Рейстлин ее заколдовал…
— Заткнись! — Обмотанная лапа соскользнула с плеча Таса и крепко взяла его за шиворот. Неожиданный рывок — и ноги Таса оторвались от земли. Как уже говорилось, кендеры не подвержены страху; тем не менее невозможность дышать не доставила Тасу особого удовольствия. — Слушай внимательно, — прошипел жрец, встряхивая лягающегося кендера, как волк трясет попавшуюся птицу. — Вот так: замри — и больно не будет. У меня тут письмецо для Золотого Полководца… — Тихий голос жреца дышал смертью. — Вот оно! — Тас почувствовал, как грубая рука всовывает что-то в карман его курточки. — Передашь ей сегодня же вечером, да смотри, чтобы рядом никого не было. Усек?
Придушенный могучей хваткой жреца, Тас не сумел не то что ответить вслух — даже кивнуть. Он смог лишь дважды утвердительно моргнуть. Голова в капюшоне кивнула в ответ. Разжав ладонь, незнакомец быстро повернулся и зашагал по улице прочь.
Потрясенный Тас долго еще хватал ртом воздух, глядя вслед удаляющейся фигуре в развевающихся долгополых одеждах. Рассеянно ощупывал он пергаментный свиток, который тот засунул ему в карман… Голос незнакомца пробудил в нем весьма неприятные воспоминания: засада па утехинском большаке, жрецы в просторных плащах… которые оказались совсем даже и не жрецами. Тас содрогнулся. Драконид! Драконид в Каламане!..