NILLILI MAMBO

Мы уже миновали площадь и вплотную подошли к воротам, ведущим из города, как Пак Кён пискнул и бросился к столбу, на котором висело какое-то объявление. Сорвав бумажку, он тут же засунул её под халат и поправил сползшие с носа очки. Мы с Черри красноречиво переглянулись и направились в его сторону. Схватив дёрнувшегося монаха за шкирку и оттащив в сторону, я бесцеремонно забрался пятернёй ему под пазуху и выудил скомканный листок.

- Что там? – Черри любопытно выглянула из-за моего плеча и тут же ойкнула. – Разыскивается опасный преступник, просьба сообщить всем, кто что-либо о нём знает. Вознаграждение и конфиденциальность гарантированы.

Пак Кён, стоявший с каменным лицом, что-то насвистывал под нос, уже готовый сбежать при первом удобном случае.

- Неудачное фото! – хмыкнул я, вернув ему бумажку.

- Ты же монах! – укоризненно вздохнула Черри, качая головой.

- У всех есть прошлое, о котором хочется забыть, – ответил рыжеволосый, поджав губы.

- Ой, а там ещё один! – девчонка ткнула пальцем на соседний столб, и лоб монаха покрылся испариной.

Но не успел тот броситься на сдирание объявлений, как с площади разнеслись гневные вопли и свист полицейских.

- Быстрее! – охнул Пак Кён, пулей помчавшись к воротам.

- Перекройте выход из города! – услышал я чьи-то вопли и невольно прибавил ход, стараясь при этом выглядеть непринуждённо.

Монах, словно скользкая рыбина, проскользнул мимо опешивших охранников и скрылся из виду. А в воротах уже началась паника – с площади бежали вооружённые полицейские, где-то загудели сирены, народ начал толкаться, пытаясь выбраться за пределы города.

- Черри? – обернулся я, девчонка следовала за мной, испуганно оглядываясь.

Проскользнув мимо охранника, пытающегося удержать нескольких человек, я в последний момент, перед тем как опустилась ржавая решётка ворот, успел выскочить за пределы крепости.

- Зико! – услышал я дикий вопль и резко обернулся.

Один из полицейских схватил Черри и оттаскивал прочь от решётки. Девчонка барахталась, царапалась, очки свалились с носа и их тут же кто-то раздавил ботинком, и я видел её до смерти напуганные глаза, умоляющие о спасении.

- Быстрее! – выскочивший из ниоткуда монах потащил меня за собой, всё дальше увлекая от крепости и оставшейся в одиночестве Черри.

Отойдя на безопасное расстояние, мы примкнули к группе моряков, бурно что-то обсуждающих и тычущих пальцами в сторону крепости.

- Мужики, а что стряслось-то? – поинтересовался я, подходя ближе.

- Да говорят, какой-то вор стащил ключи от сейфа у местного министра, – ответил мне высокий матрос.

Монах странно икнул и почесал в кусты. Пришлось быстро его догнать и, пока тот не сбежал, крепко скрутить. Верно расценив мой красноречивый взгляд, Пак Кён вздохнул и вытащил из-под безразмерного халата барсетку. Понадёжнее спрятавшись всё в тех же кустах, я открыл отделение и невольно охнул – внутри, помимо каких-то документов, лежало несколько пачек денег плюс связка ключей от одному богу известных дверей.

- Ты чего наделал, ворюга? – я отвесил Кёну подзатыльник и устало простонал, качая головой. – Ты же монах, твою мать!

- А что, монахам деньги не нужны? – пожал плечами рыжеволосый и тут же схватил меня за рукав, вставая на цыпочки и прижимаясь губами к моему уху. – Давай быстрее найдём нужный корабль и уплывём. Вероятно, Джехё и Квон до сих пор в городе, так что у нас будет фора как минимум в сутки!

- А как же Черри? – я непонимающе уставился на монаха, ожидая вразумительного ответа.

- Зачем она нам? – искренне удивился Пак Кён, торопливо пряча барсетку. – Ну же, идём!

====== Глава 14 ======

POV Черри

В тюремной камере было тесно и душно, и я, чтобы хоть немного глотнуть воздуха, пробралась к решётке. Уныло высунув нос между прутьями, сверлила взглядом молоденького полицейского, сидящего за столом и что-то фиксирующего в толстом журнале.

Всех тех, кто был на площади во время совершения кражи, загребли в местное отделение и рассадили по камерам, предварительно тщательно обыскав. Первоначальный гул негодования и возмущения стих, народ расселся по скамейкам как по жёрдочкам, и вяло обсуждал свою дальнейшую участь. Кого здесь только не было – ярко-накрашенные девушки, моряки, бродяги, старушки, даже одна монахиня была. Сидя в углу, она не переставая перебирала в руках чётки и качала головой, периодически напоминая стражам порядка, что пора бы уже выпускать несчастных граждан наружу.

В лицо мне подул сквозняк и я мечтательно прикрыла глаза, наслаждаясь прохладой. Но когда до уха донеслись быстрые шаги, невольно встрепенулась и уставилась на подошедшего к камере солидного седовласого мужчину, с выпирающим из форменных брюк животом.

- Министр! – вскочил из-за стола полицейский-писака, вытянувшись по струнке.

- Досмотрели этих отбросов? – небрежно бросил тип, посмотрев на нас весьма красноречиво и неприязненно.

- Ничего нет, – развёл руками парнишка.

- Мерзкие свиньи! – прошипел министр, принявшись расхаживать вдоль камер. – Я расставлю вокруг дома утроенную охрану, и если хоть одна собака проберётся на территорию моего жилья, я собственноручно прострелю из ружья её грёбаную задницу!

Народ зашумел, но открыто выражать негодование не решился. Проходя мимо меня министр резко остановился и, прежде чем я успела отпрянуть, грубо схватил за толстовку, чуть ли не вплотную притянув к себе. Мы стояли по разные стороны решёток, почти соприкасаясь носами, и я испуганно смотрела в суженные серые глаза, судорожно хватая ртом воздух.

- Какой хорошенький, – одними губами прошептал тип и кивнул полицейскому. – Отпускай этот сброд, а вот этот парнишка пойдёт со мной.

- Парнишка?! – возмутилась я.

- Святые угодники! – перекрестилась монахиня, качая головой.

Транспорт подпрыгивал на ухабах, пока мы добирались до особняка на окраине города, стоящего аккурат у подножия горы. Мерзкое место, такое же неприятное, как его хозяин. Всю дорогу этот тип бросал на меня плотоядные взгляды и пытался облапать за коленки, пока водитель, делающий вид, что ему плевать на то, что творится на заднем сидении, упорно выкручивал руль.

Если раньше мне не было страшно и странная уверенность, что Зико и Пак Кён меня не бросят и обязательно придут спасать, грела душу, то сейчас я всё больше начинала впадать в панику. Ещё бы, местный министр был геем и вёз меня в свой особняк, который сторожит усиленный полк вооружённых до зубов охранников, кроме того, у него ещё и ружьё есть, которым он с удовольствием меня пристрелит, когда узнает, какой сюрприз ждёт его под балахонистой одеждой.

- Отпусти всех слуг, не хочу, чтобы мне сегодня мешали, – министр лениво щёлкнул пальцами, когда водитель притормозил у железных ворот.

- Но как же…

- Не спорь! – шикнул мужчина, нахмурив брови. – Мне не нужны лишние свидетели моей тайной страсти. Пошли, мой сладкий.

Ухмыльнувшись, этот мерзавец, больше похожий на свинью, чмокнул меня в щёку, отчего я изрядно перекосилась. Пулей вылетев из машины, я уже хотела броситься к горе, но оказавшийся шустрым тип, схватил меня за капюшон и поставил на место.

Гордо прошествовав мимо охранников, как и водитель делающих вид, что загорающиеся на небе звёздочки гораздо интереснее тайного увлечения хозяина, министр втащил меня в дом, умудрившись ударить по заднице потной от возбуждения пятернёй.

- Не так быстро! – пискнула я, отчаянно размышляя над тем, что делать и куда бежать.

- Не тороплюсь, сладкий. У нас впереди целая ночь! – захихикав, тип быстро сбросил ботинки и одел тёплые клетчатые тапочки, протянув мне такие же.

- Не надо! – отказалась я.

- Всё равно разувайся! – строго заметил он, терпеливо ожидая, пока я стяну кеды. – Ох, какие изящные ножки. Сегодня я оближу на них каждый пальчик!

Отпрыгнув вглубь коридора, я криво улыбнулась и вихрем поднялась по лестнице. Достигнув верхней ступеньки, я замерла, услышав как за моей спиной щёлкнул взведённый курок. Медленно обернувшись, я осторожно подняла руки и наивно взмахнула ресничками, не сводя взгляда с министра, поймавшего меня на мушку.