Страница 2 из 30
— Это уже в прошлом, Клэр.
— Я так не думаю, — отозвалась она после небольшой паузы. Ей хотелось объясниться начистоту, но она не могла касаться определенных сторон личной жизни матери. — Ты не знаешь обстоятельств. Мама пользовалась своей девичьей фамилией, поэтому нас долго не могли найти. Когда умер отец, мы были в море, а когда нас наконец обнаружили, было уже поздно ехать сюда.
Клэр замолчала, боясь сказать лишнее о матери. Айрин обладала уникальной способностью принимать ошибочные решения. Она несколько дней не говорила дочери о том, что ее отец умер.
— Ну что ж, это кое-что объясняет, — угрюмо произнес Барни.
— Мы до сих пор не можем прийти в себя, — сказала Клэр с болью. Ей стало неуютно под пронизывающим взглядом серых глаз.
— Прости, но мне трудно поверить в это. Айрин без малейших угрызений совести бросила твоего отца.
— Ты считаешь, я должна покаяться? — Нервы у нее были натянуты как струна.
— Не передо мной, разумеется, — пожал плечами Барни.
— Ты теперь будешь осуждать меня до конца моей жизни? Мы ведь скоро станем родственниками.
— И в мыслях не держу. Ты очень красивая, Клэр. — Он бросил на нее взгляд, от которого по ее телу пробежала приятная дрожь. — Париж наложил на тебя свой неповторимый отпечаток.
Клэр покачала головой: иногда броская внешность причиняла ей немало проблем. Все-таки пора перевести разговор на более безопасную тему.
— Кейт, должно быть, волнуется.
— Еще как, — подтвердил Барни, заметив, как изменилось выражение ее лица. — Мы все ждем эту свадьбу с большим нетерпением. Последняя свадьба, которую видел Кэстл Хилл, была свадьбой моего деда. Родители поженились в Сиднее, как ты знаешь.
— И мой папа был шафером. Я думаю, слияние наших семей было неизбежным. Кейт и Керри дружили с детства, на них всегда было приятно смотреть, когда они были вместе. Они должны были влюбиться друг в друга на определенном этапе своей дружбы. Счастливчики.
— Можно подумать, ты не влюблялась.
— Один-два раза, но это была лишь иллюзия любви.
— Не торопись, — посоветовал Барни. — Брак — это очень большой риск.
— Ты хочешь знать, собираюсь ли я замуж?
— Ничего подобного. У тебя просто богатое воображение. Как поживает Айрин?
— Она сейчас с друзьями в Марокко, — сердито ответила Клэр, залетая его тоном. — На вилле в нескольких милях от Танжера. Очень красивый особняк, окруженный финиковыми пальмами и зарослями оливковых деревьев.
— Судя по твоим словам, место потрясающе красивое. Ты была там, конечно?
— Сравнительно недавно. Хозяин особняка надеется, что мама выйдет за него замуж.
— О нет! — с театральным драматизмом воскликнул Барни. — Это даже для Айрин перебор. А что по этому поводу думает ее последний муж, месье де Маффр?
— Заткнись, Барни, — процедила Клэр сквозь зубы.
Боже, неужели я это сказала?!
— Нет, правда, — он сверкнул белоснежными зубами, — существуют же какие-то приличия.
— Мама ненавидит условности. Кроме того, Клод все равно потерял ее — он намного старше.
— Значит, возраст все-таки имеет значение, не так ли? — Блестящие глаза Барни впились в нее острыми алмазами.
— Для мамы — имеет. Если брак не заладился, тут уж ничего не поделаешь.
— Ну, разумеется, счастья надо добиваться любой ценой. Новый воздыхатель, конечно, богат?
Его насмешливый тон больно ранил Клэр.
— Конечно. Мама любит деньги.
— Она, кажется, неплохо заботится о тебе. — Барни прошелся оценивающим взглядом по холеным рукам девушки, красивому платью, дорогой сумочке.
— Я не беру денег ни у мамы, ни у ее мужей, — не без гордости тихо проговорила Клэр.
— Прости, я не хотел тебя обидеть. Я понял, что ты сопровождала Айрин в поездке по Европе. У тебя, кстати, появился очаровательный акцент.
— Тебя, наверное, удивит, если я скажу, что говорю по-французски без акцента.
— Вовсе нет. Чем же ты занималась в Париже? — В голосе Барни слышалась легкая ирония.
Ему даже в голову не приходит, усмехнулась про себя Клэр, что я работала — и небезуспешно — репетитором английского языка. Кроме того подрабатывала фотомоделью, демонстрируя в основном свои длинные светлые волосы.
— Когда-нибудь я расскажу об этом, если тебе действительно интересно знать.
— А почему не сейчас?
— У тебя, кажется, сформировалось предвзятое мнение обо мне.
— Да нет. Собственно говоря, ты еще не успела проявить себя ни с какой стороны. — Он лукавил: Клэр уже волновала его. — Айрин увезла тебя, когда тебе было семнадцать. Керри жутко тосковал по тебе, особенно после смерти вашего отца. Ты знала об этом?
— Никто не знал, что случится несчастье. — Голос Клэр дрогнул.
— Никто не знал, — согласился Барни. — Бегство Айрин сломило Эрика, и после развода жизнь потеряла для него всякий смысл. Он совсем перестал обращать внимание на свое здоровье.
— Я любила его, Барни, — печально проговорила Клэр, опустив голову.
— И он любил тебя. Очень.
— Его смерть потрясла меня.
На самом деле у Клэр случилась истерика. Она обвинила мать в смерти отца и в финале безобразной сцены потеряла сознание.
— Ты что, не могла найти дорогу домой? — Барни не проявлял ни малейшего сочувствия, хотя Клэр и объяснила причину отсутствия на похоронах отца.
— Я должна была позаботиться о маме. И у меня не было в тот момент денег.
Она действительно была на мели, когда умер отец.
— А Айрин не могла подкинуть тебе тысчонку-другую на билет ради такого случая? — едва сдерживаясь, спросил Барни.
— Ее золотая кормушка опустела наполовину, так как она, поверив одному приятелю, вложила деньги в гиблое дело. Мама слишком импульсивна. Она сначала что-то сделает, а уж потом начинает думать.
— Это точно, — рассеянно согласился Барни, думая о том, как упорно работал Эрик, чтобы обеспечить жене шикарную жизнь. — Ладно, Клэр, все уже давно в прошлом.
— К сожалению, прошлое никогда не оставляет нас. Я очень удивилась, узнав, что Кейт хочет видеть меня подружкой невесты на своей свадьбе.
Барни вспомнил, как его семья, разделившись на два лагеря, спорила до хрипоты по поводу приглашения Клэр на эту почетную роль.
— Вы были подругами в детстве, — уклончиво пояснил он. — К тому же ты сестра жениха. Правда, кое-кто из нас опасался, что ты не приедешь и на свадьбу.
Барни увидел, как по лицу Клэр пробежала тень, и сразу пожалел о своей колкости. Неужели я хочу наказать ее? — спросил он себя. Похоже, что так.
Появился официант с серебряным ведерком на подносе. Откупорив шампанское, он ловко разлил его по бокалам, после чего, бормоча слова благодарности за щедрые чаевые, удалился.
— Добро пожаловать домой, — произнес Барни, подняв свой бокал. — Прости, Клэр, я действительно не очень вежливо тебя встречаю.
— Ничего, я поквитаюсь с тобой в ближайшее же время, — улыбнулась она, на глазах превратившись из снедаемой душевной болью девушки в беспечную кокетку. — Ты вообще жесткий человек.
Серые глаза Барни обрели стальной оттенок.
— Интересно. У меня что, такая репутация?
— Да, нравится тебе это или нет. — Клэр продолжала пить шампанское маленькими глотками.
— Послушай, Клэр. — Барни откинулся на спинку стула. — От меня зависит огромное количество людей и бесчисленные стада животных. И жесткость — как раз то качество, которое необходимо, чтобы управлять огромной империей Бересфордов. Советую тебе запомнить это.
— Не волнуйся, запомню! А разве Джоуи не помогает тебе?
Барни хотел было проигнорировать иронию, но потом сказал:
— Я не собираюсь ни с кем обсуждать своего младшего брата. Но ты сама скоро узнаешь, что он не любит обременять себя излишними заботами.
— Может, оно и правильно. Вы оба еще не женаты?
Барни не спешил с ответом. Вопрос не столько задел его, сколько позабавил.
— Мы даже не помолвлены. У Джоуи еще много времени впереди, я же займусь этим вопросом, когда буду готов.